Чтение онлайн

– Вторая дверь налево по коридору, за ней винтовая лестница.

На меня они больше не обращали внимания, продолжая бродить по офисному болоту, словно два печальных привидения на развалинах замка.

Лестницу я нашла быстро, достаточно было следовать за запахом гари, усиливавшимся по мере приближения к источнику возгорания. Огляделась по сторонам и, не заметив никого, кто бы мог мне помешать, буквально взлетела по ступенькам, усыпанным осколками стекла. Потянула за то, что осталось от двери, и очутилась в лаборатории.

Странное это было место. Следы гари и копоти перемежались огромными лужами. Моментально промочив ноги и испачкавшись, я начала искренне сочувствовать Ланской. Капремонт, похоже, и впрямь предстояло делать нешуточный. Такое количество воды просто обязано было залить все до самого первого этажа. Судя по всему, пожарные так старались не допустить распространения огня по зданию, что вылили сюда целое озеро.

Я огляделась по сторонам. В мутной стоячей воде плавала какая-то грязь. Не хватало только лягушек, мирно квакающих в камышах. Ну и, собственно, самих камышей…

И все же что-то было не так. Что-то неправильно…Что?

Приглядевшись внимательнее, я неожиданно заметила, что следы огня располагались неравномерно, как будто по кругу расходились из одной точки, угасая по мере отдаления.

Осторожно обходя груды искореженного металла, стеклянную крошку, полусгоревшие стулья и столы, я добралась до места, где следы бушевавшего пламени были самыми сильными – точно бомбу с напалмом сбросили. Если несколькими метрами ранее, стулья просто обгорели, то здесь они обуглились. Разбитое стекло сплавилось в большие, тускло блестящие бляхи. Я долго смотрела на небольшую пластиковую лужицу странной формы, пока не сообразила, что когда-то это был монитор.

По коже побежали мурашки. Это ж какая должна была быть в этой точке температура, чтобы от огромного монитора осталась вот это?! Тысяча градусов? Две?

И почему, все-таки не загорелись перекрытия?

Я задрала голову. Потолок над «точкой горения» был слегка закопчен, но и только. Пол пострадал больше. Ковролин полностью выгорел, но вниз огонь тоже отчего-то не пошел.

Странно. Я бы даже сказала – феноменально! При температуре как в доменной печи сгорает лишь кусочек комнаты радиусом десять метров. Это что, новые законы физики такие?!

Немного подумав, я потрогала остатки монитора. Прислушалась. В голове была пустота, никаких картинок, ничего. Медленно двигаясь от одной искалеченной вещи к другой, я касалась их пальцами, надеясь увидеть хоть что-нибудь. Тщетно.

Леший, плохо, очень плохо. Я рассчитывала приехать в офис если и не с решенной задачкой, то, по крайней мере, с какой-нибудь удобоваримой версией. На деле же, все еще больше запутывалось. Представив себе лицо Гудвина, когда скажу ему, что ничего не нашла, я поежилась. И в тот же момент услышала резкое: «Что вы здесь делаете?!» и почувствовала на плече тяжелую руку.

***

Темное небо над головой давит свинцовой тяжестью. Вязкой пеленой окутывает сознание, мешает дышать. Воздух наэлектризован до такой степени, что, кажется, по телу пробегают искры. Я затравленно оглядываюсь по сторонам, словно ищу чего-то.

Рядом низкорослое дерево растопырило колючие ветки-пальцы, я опираюсь на него рукой, но тут же отдергиваю, уколовшись о шип. На пальце проступает яркая бисеринка крови. Я что-то кричу, но порывы ветра заталкивают слова обратно в горло.

Впереди небольшой деревянный домик. Грязные стекла смотрят бесстрастно, словно пустые глазницы. Обреченно хлопают на ветру покосившиеся ставни. Притулившись возле ветхого забора, темнеет колодец.

Мне надо туда, в дом. Там ждет меня что-то очень важное, но я не могу даже шевельнуться. Ноги отказываются идти, горло распухло, перекрыв в легкие доступ кислорода.

Начинается дождь. Ледяные капли барабанят по лицу, тонкими противными струйками сбегают за воротник. В отчаянии, я снова пытаюсь что-то крикнуть, но из горла вырывается только хрип…

– Девушка! Девушка! Да очнитесь же!

Чей-то голос пробился сквозь затуманенное видением сознание. Я открыла глаза и обнаружила, что элегантно лежу на руках у какого-то мужика. Судя по ощущениям, он явно не стал себя утруждать легким брызганьем в лицо водой, а просто окатил меня ею с ног до головы. Благо, воды вокруг хватало.

Я очумело протерла глаза и со второго раза ухитрилась принять вертикальное положение. Мужик подозрительно меня рассматривал, вероятно опасаясь, что я снова завалюсь в обморок или же отчебучу еще что похлеще. Например, схвачу останки какой-нибудь чашки Петри и выскочу с ней в окно, а-ля Супермен.

Осторожно я дотронулась до головы. Вроде, на месте, хотя, если судить по ощущениям, в то время, пока я валялась в отключке, кто-то со вкусом долбил ей об стену.

Взгляд мужика с каждой секундой становился все более неприязненным. Наверное, я являла собой довольно жалкое зрелище, потому что на лице его, бледном и усталом, к тому же довольно ясно читалось отвращение. Н-да, мокрая с ног до головы, с растекшейся тушью и слипшимися волосами, я вряд ли могла рассчитывать на проявление симпатии.

– Вам лучше? – холодно осведомился он, увидев, что я окончательно пришла в себя.

– Вроде бы.

– Вы каждый раз в обморок падаете, если к вам неожиданно обращаются?

Я постаралась смущенно улыбнуться.

– Да нет, просто не ожидала кого-то здесь увидеть, вот и испугалась.

– Я, если честно, тоже не ожидал здесь кого-то увидеть.

Незнакомец отступил назад, достал из кармана носовой платок и брезгливо вытер руки. Поджал губы, словно пожилая дуэнья, увидевшая, как ее воспитанница целуется в кустах с простолюдином.

– Хочу заметить, что это закрытая зона и вход посторонним, и уж тем более журналистам, – покосился он на мой блокнот, вернее, его сочащиеся водой останки, – сюда строго воспрещен. Как вы здесь очутились? Кто вас пропустил?

Я слабо попыталась отбиваться.

– А кто Вы такой? Почему я должна перед Вами отчитываться?

У моего собеседника как-то разом стали нехорошие глаза.

– Я – начальник отдела безопасности компании, в чьи дела Вам вздумалось совать свой не в меру любопытный нос. И на этом основании Вы не только будете передо мной отчитываться, Вы еще и объяснительную мне напишите в трех экземплярах, какого черта Вам здесь понадобилось. Пройдемте.