Чтение онлайн

Но сегодня холод кажется невыносимым. Поэтому я просто сижу на скамье.

В сознание проникают последние мгновения жизни моих родителей. Их лица, озарённые облегчением, когда они увидели, что я вернулась.

Я оставила их.

Потом грохот рушащегося дома. Вспышка огня. Крики.

Я оставила их.

Не знаю, сколько времени провожу так, глядя на озеро. Его поверхность переливается, как стекло в лучах солнца. Ветер едва касается воды, и отражение дрожит, словно сам мир не может решить, какой формы ему быть.

Я тоже не могу.

— Вот ты где.

Я вздрагиваю. Голос вырывает меня из воспоминаний. Тэйн стоит рядом со скамьёй, его тень вытягивается в длинную полосу под светом позднего дня. Некоторое время я не могу сказать ни слова, крики всё ещё звенят в ушах. Его взгляд чуть напрягается, когда он видит моё лицо.

Сколько я уже тут сижу? Поднимаю взгляд, солнце почти скрылось за деревьями. Час, может, больше.

— Не хотел тебя напугать, — говорит он тихо и осторожно.

— Всё в порядке, — отвечаю, едва слышно.

Он кивает, потом указывает на свободное место рядом.

— Можно?

— Садись, — пожимаю я плечами.

И тут меня осеняет, что я не видела Лиру со времени завтрака. Уже собираюсь спросить Тэйна, но замираю, уловив его взгляд. Он смотрит на меня так, будто я что-то хрупкое. Легко ранимое.

Никто раньше так на меня не смотрел. Я всегда была сильной, уверенной, знала, куда иду. А теперь…

Теперь я просто человек, шагнувший в неизвестность.

Раньше у моей жизни было направление. Ясное, чёткое, заданное с рождения. Не было ни сомнений, ни пустоты. А теперь каждый шаг словно сделан в тумане.

— Ты не знаешь, где Лира? — спрашиваю я.

Тэйн кивает за плечо.

— Всё утро тренируется с новыми рекрутами. Я проходил мимо, когда шёл сюда.

Улыбка невольно трогает мои губы. Конечно. Это в духе Лиры. Влиться в любое место, будто она всегда там была.

С ветвей над нами доносится тихое пение птицы. Я поднимаю голову. Дуб шепчет на ветру, раскинув широкие ветви. Сквозь листву пробивается свет, играя на земле золотыми бликами.

Краем глаза замечаю, что Тэйн тоже поднимает взгляд вверх.

— Это огнепер, — говорит он, кивая на птицу.

Её рыжие крылья вспыхивают на солнце, когда она перепархивает с ветки на ветку, а золотой хохолок на голове вздрагивает с каждой нотой её песни, словно язычок пламени.

— Никогда раньше не видела такую.

— Они родом из высокогорий Клана Огня, — отвечает Тэйн. — Вьют гнёзда у лавовых потоков. Жара их не пугает. Говорят, они рождаются из углей, — он бросает на меня взгляд. — А ещё говорят, что эту песню они поют только тогда, когда чувствуют приближение перемен.

Снова смотрю на огнепера. Его песня лёгкая и чистая, разносится между деревьями. Я всё ещё наблюдаю за птицей, когда Тэйн говорит:

— Вален сказал, ты сделала выбор.

Я перевожу на него взгляд. Глаза спокойные, внимательные. Киваю.

Мой взгляд опускается на руки. Я даже не заметила, что сжимаю их, пока не почувствовала боль. Разжимаю пальцы и кладу ладони под себя, прижимая к скамье, будто так смогу вытеснить напряжение из тела.

Тэйн просто наблюдает. Не давит. И я благодарна за это. Не хочу говорить о своём горе, не с ним. Он может быть кем угодно, но сейчас всё ещё чужой.

После я найду Лиру.

Бросаю взгляд на Тэйна. Его глаза, дымчато-серые, ловят свет, словно раскалённый кремень. Никогда не видела такого цвета раньше.

В Клане Земли у людей глаза разных оттенков коричневого и зелёного. У Воздушного — все оттенки синего и серебра, как небо после шторма. Клан Воды — это ореховые глаза, мягкие и переменчивые, как речные камни. У некоторых, говорят, бывают глаза цвета моря. А у Клана Огня? Золотые, чаще всего. Иногда карие. Реже янтарные.

Но дымчато-серые? Такого цвета я не встречала. Ни в одном клане. Может, он наполовину из другого клана. Может, есть какое-то объяснение. А может, это просто ещё одна из тех вещей, которых я пока не понимаю.

— И что теперь? — спрашиваю тише, чем хотела.

— Теперь, — отвечает Тэйн спокойно, — начинаем твоё обучение.

Его голос ровный, уверенный, будто дорога уже вымощена заранее.

— Вален поможет тебе освоить твою стихийную магию, управлять ею, направлять. Я займусь боевой частью: рукопашный бой, оружие, всё, что может пригодиться. А дальше будем развивать.

Он делает короткую паузу, и в его взгляде появляется новая искра, едва заметная, но тёплая.

— Но сначала, если хочешь… познакомим тебя с моим ближним кругом. Раз ты решила остаться.

— Ближним кругом? — переспрашиваю я.

Тэйн улыбается, быстро, искренне.

— Мои братья, — отвечает он. — Не по крови, но по сути. Мы выросли вместе. Сражались, тренировались бок о бок с тех пор, как впервые взяли в руки оружие. Они будут помогать с твоей подготовкой, — в его голосе звучит гордость, смягчённая почти теплом. — Думаю, ты уже видела их на плацу. Я попросил их держаться подальше, пока ты… — он осекается, внимательно глядя на меня. — Они ждут нас, — добавляет он, вставая и отряхивая ладони.

Я киваю, но под рёбрами уже зреет лёгкое напряжение. Ещё одна комната, полная людей, которым мне придётся доказать, кто я есть.

Медленно поднимаюсь, холод всё ещё держится в ногах.

— Пойдём? — спрашивает Тэйн ровным голосом. Он жестом приглашает меня вперёд, вторая рука аккуратно заложена за спину, как у хорошо воспитанного аристократа. Неожиданно грациозно. Сдержанно, как всё, что он делает.

Я встаю рядом, шагаю с ним в ногу.

— Их зовут Гаррик и Яррик Каэлен, братья. Гаррик старший и самый громкий. Яррик — уравновешенный, тот, кто Гаррика держит в узде, — в его голосе мелькает лёгкая насмешка. — И Риан Морн. Молчалив, но не обманывайся, от него ничего не ускользнёт.

Он бросает на меня взгляд.

— Они мои второй, третий и четвёртый. Самые надёжные. А теперь, раз ты здесь, станут и твоими.

Пока мы идём, он продолжает:

— Я попросил Лиру присоединиться, когда увидел, как она тренировалась утром. Она уже должна быть там, — его взгляд скользит ко мне. — Поужинаем пораньше. Познакомишься с ними как следует, — пауза. — Вален тоже будет. А завтра я представлю тебе капитана Элариса. Он командует этим форпостом, — Тэйн снова смотрит вперёд. — Хороший человек.