Чтение онлайн

Живот скручивает тугим узлом.

А потом воздух отпускает меня.

Паника вспыхивает в груди. Я хватаюсь за пустоту, беспомощно машу руками. Гравитация тянет вниз…

— Дыши, Амара! Почувствуй его! Позволь воздуху нести тебя! — кричит Вален.

Я слышу его, но всё будто тонет в шуме, пока внутри вдруг не проясняется.

Воспоминание. Сон. Тепло в груди. Родители. Голос. Зов.

Не страх. Цель.

И прямо перед тем, как я достигаю земли, воздух подхватывает меня. Смягчает падение, поддерживает и осторожно опускает вниз.

Я приземляюсь тяжело, колени подгибаются, дыхание вырывается из лёгких. И затем, так же внезапно, как появился шквал, ветер стихает.

До ушей долетает гул голосов. По сухой траве слышны шаги. Я поднимаю голову и за деревьями различаю фигуры. Солдаты. Сначала несколько, потом всё больше. Наверное, почувствовали ветер, перемену в воздухе. Они стоят у края поляны, наблюдают, кто с восхищением, кто с настороженностью.

Лира выходит вперёд, скрестив руки на груди, одна бровь насмешливо приподнята. Рядом с ней Гаррик улыбается так, будто это лучший день в его жизни.

— Вот моя девочка, — кричит Лира с усмешкой.

— Ну всё, это нечестно, — подхватывает Гаррик, складывая руки. — Теперь у тебя, значит, и крылья есть? Что дальше? Начнёшь плеваться огнём?

И тогда я замечаю Тэйна. Он стоит чуть поодаль, взгляд прикован ко мне. Лицо непроницаемо, но в глазах мелькает что-то острое и оценивающее.

Поляна почти не пострадала. Разве что ветви ободраны, листья разбросаны. А под кожей всё ещё дрожит остаток силы, тонкий электрический отклик.

Вален тихо свистит.

— Ну, — произносит он, — по крайней мере, шею ты себе не свернула.

— Я летала, — резко поднимаю голову.

Уголки его губ подрагивают.

— Летала, — подтверждает он.

Я упираюсь ладонями в землю и поднимаюсь. Ноги дрожат, но я стою.

— Сначала ты сопротивлялась, — говорит Вален, подходя ближе. — А потом отпустила. Вот тогда Воздух и подхватил тебя.

Он ловит мой взгляд.

— Воздух не подчиняется силе, — говорит он тихо. — Он отвечает на доверие. К себе. И к нему.

Земля была прочной. Вода — неудержимой. Но Воздух… Воздух вознёс меня. А потом отпустил. И на миг я действительно не падала.

Я до сих пор чувствую его. Живой отклик внутри, гул в венах, зов, ждущий, когда я отвечу. И впервые я хочу этого. Не потому что Вален сказал. Не из-за снов. А потому что внутри меня что-то пробудилось.

И я должна понять, что именно.

— Что со мной происходит?

Вален выдыхает, проводя рукой по лицу.

— Вот это мы и узнаем. Осталась последняя стихия — Огонь.

Поляна застыла в тишине. Солдаты стоят, не отводя взгляда. Я чувствую их внимание, настороженность, повисшую в воздухе, слышу короткие перешёптывания, но слов не различаю.

И не нужно. Я знаю, о чём они думают. И не виню их. Они видели, как я упала и взлетела. Как ветер поднял меня в воздух, а потом отпустил. А теперь Вален просит коснуться силы, куда опаснее.

Той, что не просит позволения.

Той, что пожирает.

Я расправляю плечи, стараясь не показать, как дрожат пальцы.

— Теперь, — говорит он, отходя на шаг. — Огонь.

Ветер стихает. Исчезает свежий утренний запах земли. Поляна замирает, будто затаила дыхание.

Огонь.

Земля была устойчивой. Вода — безграничной. Воздух — лёгким и свободным. Но Огонь… Огонь уничтожает.

Я видела, как он пожирает, превращает камень в пепел, как леса становятся кладбищами обугленных стволов. Он берёт. Без предупреждения. Без сожаления.

— Вален, я… — делаю шаг назад.

— Ты готова.

— А если нет? Если не смогу удержать его? — я сжимаю кулаки.

— Тогда научишься.

В прошлый раз, когда я потеряла контроль, земля раскололась, озеро чуть не утянуло нас на дно, а ветер швырнул меня в небо. Если я не справлюсь с Огнём, то что останется?

Я бросаю взгляд на солдат. Они неподвижны, наблюдают, затаив дыхание.

Лира стоит, скрестив руки, подбородок упрямо поднят, словно уже решила довериться, что бы ни случилось. Гаррик теперь без улыбки, взгляд сосредоточен. А Тэйн… Тэйн всё это время не сводит с меня глаз.

Вален замечает моё колебание и подходит ближе, понижая голос:

— Огонь уже внутри тебя, Амара. Всегда был. Просто ждал, — в его голосе мягкость, но каждое слово тяжелеет смыслом. — Огонь — это страсть. Это жизнь. Это выбор.

— Я ничего не чувствую, — качаю головой.

— Почувствуешь.

Он жестом велит мне закрыть глаза и я, повинуясь делаю это.

— Дыши, — говорит он.

Я медленно вдыхаю, чувствуя, как прохладный воздух наполняет грудь.

— Огонь не просит разрешения, — тихо произносит Вален. — Он не ждёт. Не сомневается. Он просто есть.

Сначала тишина. Лишь неподвижность. А потом вспышка. Искра. Крошечная, дрожащая, спрятанная где-то под рёбрами. Ждёт.

Живая.

Я вдыхаю и Огонь просыпается.

Жар взрывается в груди, стремительно катится по рукам, будто потоки расплавленного света. Искра вспыхивает, разгорается…

Твою мать!

Пламя вырывается из моих ладоней, ревёт, закручиваясь в дикие спирали. Оно прожигает воздух, трещит под ногами, обжигая землю. Почва чернеет, покрывается трещинами. Жар накрывает меня, голодный и неумолимый.

Ему нужно больше.

Я чувствую, как он питается всем, что я когда-либо сдерживала. Болью, гневом, стыдом, виной. Всем, что копилось со дня нападения на деревню.

Он требует всё.

По поляне разносятся вскрики. Кто-то зовёт. Я слышу топот, звук сапог, скользящих по земле — люди пятятся, отступают.

Огонь прилипает ко мне, обвивается вокруг запястий, лижет кожу и всё же не обжигает. Он во мне. Жар растёт. Он ярится.

— Амара! — голос Валена прорезает гул.