Чтение онлайн

— Это она.

— А тебе что нужно? — обратился ко мне страж. Я вздрогнул, так как не заметил его перемещения, ведь он стоял рядом с Лукерьей шагах в пятидесяти от меня и за секунду оказался рядом со мной.

— Михай Райнер. Любые жалобы, доклады, рапорты, связанные с Агафьей Мирной.

Страж задумчиво бродил между стеллажами, долго, мне показалось, целую вечность.

— Здесь нет таких бумаг, — выдал он наконец.

— Я нашла. Мне нужно взять их с собой.

— Нельзя забирать документы из архива. Это запрещено. Покажи мне письменное разрешение, — потребовал призрак.

— Но у меня его нет, — растерялась девушка.

— Тогда положи на место.

— А если я напишу на вас рапорт? — выдал я первое, что пришло в голову.

— О чём? — спросил страж.

— Что бродите здесь после отбоя, нарушаете режим. Покажите ваш рабочий график.

Он замер, моргнул, задумался. А я продолжил.

— Ещё доложу вашему начальству, что пустили посторонних в архив и даже помогли им.

Страж молчал, словно пытался сообразить, как ему быть. Стоял он спиной к Лукерье. Я обошёл его сбоку. К сожалению сейчас взгляд призрака был обращён к двери, через которую мы вошли. Пока он молчит, но что, если начнёт снова считать? Если мой блеф не даст нужного результата, нам не выбраться. Я ничего не могу сделать этому призраку, моя примитивная магия здесь не работает. Стараясь ступать бесшумно, я показал Лукерье знак молчать, взял её за руку и повел к другому проходу, указанному на картах. Сначала мы шли тихо, а потом, скрывшись за стеллажом, побежали.

— От меня не уйти! — ожил призрак. — Я найду вас. И посчитаю все ваши шаги до самой смерти.

— Быстрее, — сказал я ей, когда девушка на секунду засомневалась. — Чтобы считать, он должен смотреть прямо на нас.

У неё сбилось дыхание, когда мы достигли двери. Я достал кинжал, стал ломать замок.

— Быстрее, Лука! Я вижу пыль!

Замок щёлкнул, дверь с тугим усилием открылась.

— Один.

Я втолкнул девушку внутрь.

— Два.

Прыгнул сразу за ней и притянул на себя дверь. Тяжёлая, с проржавевшими петлями, она закрывалась медленно, пришлось с силой тянуть.

— Он может прийти за нами сюда? — спросила она нервно.

— Не думаю, этот призрак обитает только в архиве. Но проверять мы не будем.

— Ты всегда так говоришь.

Я осмотрелся, поднялся и помог ей. Лукерья прижимала к себе драгоценные бумаги. Мы оказались в более просторной помещении с каменными стенами и тёкшим посередине ручейком. Непонятно откуда шел бледный свет позволявший рассмотреть путь. Что-то фосфоресцировало прямо в воздухе.

— Где мы? Тут безопасно?

— Старая ливневая канализация, она запечатана наглухо, есть только слив для воды и пара старых дверей. Нужно идти.

Я взял её за руку и повел за собой. Наши шаги эхом отдавались от каменных стен. Здесь было влажно, воздух тяжёлый, так что даже дышать удавалось с трудом. К счастью, других призраков нам не встретилось. Зато по полу местами бегали не очень крупные сколопендры и другие виды многоножек.

— Господи, мерзость какая, — запричитала Лукерья, очередной раз ойкнув и подпрыгнув, когда мелкая плоская тварь пробежала у неё под ногами.

— Да это ерунда, — мне показалось молчание её напрягает, а какой-нибудь разговор мог бы отвлечь, но не придумал ничего лучше, чем рассказать о своих нынешних подопечных. Вдруг в сравнении эти мелкие многоножки уже не будут казаться такими уж страшными, тем более они безобидны, просто противны на вид.

— В зверинце есть сколопендра размером с твоего келпи. Вот она мерзкая. Всё тело состоит из мелких кусачих муравьёв. Она может рассыпаться в ничто и эти муравьи заползут куда угодно, а потом собирается снова в единое существо и нападает.

— Бррр. Прости, что просила у тебя экскурсию. Я не хочу это видеть.

— А ещё есть туманный полоз. Он метров шесть в длину. Полупрозрачное тело, клыки около 30 сантиметров. Он создаёт иллюзии. Ты даже не поймёшь, что он рядом. Питается мечтами и фантазиями. Может полностью забрать у человека волю к жизни.

— Господи…

Я заметил как её пальцы, и без того холодные, стали вовсе ледяными. Мы достигли следующей двери. Сколько замков мне придётся заменить в ближайшее время?

Следующим помещением оказался старый винный погреб. Факел мы оставили в архиве, но у меня в кармане были обыкновенные спички. Погреб давно не использовался, здесь остались только пустые лопнувшие бочки и несколько десятков бутылок. Она вдруг отпустила мою руку и остановилась. Я зажёг спичку.

— Сейчас бы выпить, — прошептала девушка.

— Не думаю, что здесь есть что-то годное.

Она стояла, прижав к груди документы и крупно дрожа. А потом осела, прислонившись к ближайшей бочке.

— Эй, ты чего?

— Н-н-н-е могу. Тр-р-р-ясёт.

— Чёрт.

Я прошёлся со спичкой вдоль стен и обнаружил старенький факел, чуть дальше ещё один. Зажглись они без труда, видимо сухой климат этой полупещеры способствовал. Стало светлее. Девушка совсем бледная, себя не контролировала, она сильно дрожала и стучала зубами. Я снял камзол, накинул поверх платья, сел рядом и обнял за плечи.

— Держись. Нам нужно ещё выйти отсюда.

— П-п-п-почему всё т-т-т-ак сложно?! И страшно?! Этот п-п-п-ризрак. Он же отнял у нас годы. Сколько? Десять? Двадцать?! И зачем я с тобой пошла?! Я теперь совсем старуха! Даже пожить толком не успела!

У неё началась истерика, специально или машинально, она стала биться затылком о деревянную бочку. Мне пришлось выпустить девушку из объятий, взять руками за лицо и пару раз пошлёпать по щекам.

— Лукерья! Приди в себя! Успокойся! Эй!

— Нет! Отпусти меня! Мне страшно! Я не хочу! Ненавижу всё это! Выведи меня отсюда! Я хочу домой! Мне тут не место! Выпустите меня!

— Ты не слишком постарела, он не успел забрать много. Слышишь меня?! Успокойся!

Она металась, дралась, пыталась встать, но ноги явно не держали. Бумаги рассыпались по полу, рискуя быть уничтоженными. Мне прежде не попадались девушки в истерике и я не знал, как себя вести. Единственным разумным способом казалось отвлечь её. Лёгкая пощечина к результату не привела, она врезала мне кулаком в ответ. Будь она мужчиной, получила бы сильнее, но женщины не такие, их вряд ли отрезвит избиение. Я тряс её за плечи, пытался удержать, всё без толку. На мои слова она вообще не реагировала и лишь сильнее заводилась.

Тогда я притянул к себе её голову и коснулся губ. Не сразу, но девушка обмякла, сердце ещё бешено колотилось в груди. Пальцем, прижатым к её шее, я чувствовал частое биение пульса. Лукерья чуть приоткрыла губы, словно приглашая продолжать. Мне бы остановиться, но что-то затмило разум.

Я смял ее губы, проник языком в рот, прижал к себе крепко. Она перестала дрожать, вцепилась в мои руки пальцами. А потом вдруг оттолкнула.

— Что на вас нашло, Райнер?!

— Наконец-то, — выдохнул я. — Пришла в себя?