Чтение онлайн

— Вот что, — говорит Блэк, поднимаясь из-за стола, за которым они сидят. — Можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. У меня найдется лишняя комната. Правда, здесь порой бывает слишком шумно, но к этому можно привыкнуть.

Вилма сомневается в том, что это может быть правильным решением. Оставаться у Блэков ей, шерифу, не очень-то с руки. Пойдут ненужные разговоры. С другой стороны, ей остаться и негде.

Дома больше нет. В управлении шерифа в последнее время слишком много посетителей. К Соломону напрашиваться… Нет уж.

— Спасибо, — кивает Вилма.

— Интересное украшение, — кивает Зак на перстень на ее руке. — Но в защите я бы не полагался только на него. Подожди минуту.

Он не спрашивает, не уточняет. Просто покидает столовую, а затем возвращается, держа в руке кольт. Оружие он кладет перед Вилмой на стол.

— Возьми, это получше будет, — сообщает он.

Кольт заговоренный, в этом Вилма не сомневается, даже несмотря на то, что внутри нее самой нет никакой магии.

На оружие она смотрит с большим сомнением.

— Я не настаиваю, — замечает Блэк. — Но сейчас в городе происходит разное. Слегка усиленное оружие может сослужить неплохую службу.

Вилма берется за рукоять кольта. Да и черт с ним.

Это всего лишь оружие.

В доме Рэгланов Вилма оказывается впервые. Со стороны те кажутся образцовым семейством, состоящим из славного Арчибальда, изящной Флоры и троих очаровательных сыновей. Настолько со стороны, что, пожалуй, исключительно для портретов. Вилма знает, что Арчи — почти блаженный, увлекающийся историей и не увлекающийся настоящим временем. Слышала, что старший сын Рэгланов — замкнутый молодой человек, не ухаживающий за девушками и практически не покидающий родительского дома любитель науки и механизмов. Пару лет назад в этом доме из-за его научных экспериментов даже что-то взорвалось. Младшие близнецы — вовсе сорванцы, известные каждому.

Что касается Флоры… Просто стерва и есть.

Вилме не нравятся такие «образцовые» семьи, потому что в них, в отличие от тех, что всегда на виду, слишком много пронизывающих червоточин.

Сейчас она оказывается в этом доме ради того, чтобы поприсутствовать на допросе самой Флоры. Когда Бернадетт принесла ей новость о том, что мэр Ротшильд посадил миссис Рэглан под домашний арест, Вилма поразилась и возмутилась. Да, дела магические — не ее профиль. Но это все еще — деяния человеческие, которые и регулироваться должны общими человеческими законами.

— Мне не нравится твое самоуправство, господин мэр, — шипит Вилма, едва пересекается в доме Рэгланов с Соломоном. — Ты забыл, в какой стране мы живем?

У господина мэра нет полномочий накладывать аресты, он не шериф и не федеральный маршал. Соломон откровенно забывается, решив в кой-то веки поиграть во власть.

— Я должен был что-то сделать, — размеренным тоном отвечает Соломон.

Не оправдываясь, просто констатируя факт. Возмущение Вилмы это никак не гасит. Она не должна о таком узнавать самой последней.

— Ты… — начинает она, но спотыкается, замечая выходящего к ним Аластора Рэглана.

— Можем начинать? — с долей раздражения спрашивает тот. — Давайте уже покончим с этим.

В лице Аластора есть что-то жесткое, даже хищное. Внутри Вилмы он вызывает неприязнь. Она решает, что еще обязательно все выскажет Соломону, но сейчас, раз уж это произошло, нужно переходить к допросу Флоры.

Втроем они проходят в домашний кабинет Рэгланов. Сама Флора располагается в мягком кресле, недовольная и холодная. Ее руки затянуты в атласные перчатки, а волосы идеально собраны в прическу. Будто она сидит не в ожидании допроса, а устраивает светский раут. Вилма замечает, как она обменивается быстрым взглядом с Аластором.

— Членам семьи обязательно присутствовать? — спрашивает Вилма, отходя к широкому столу из красного дерева и опираясь о него. — Мистер Рэглан, боюсь, вы будете здесь только мешаться.

От взгляда, которым одаривает ее Рэглан, становится не по себе. Но Вилма его не боится. Если опасаться каждого неприятного мужчины, волосы на голове слишком быстро из рыжих превратятся в седые.

— Я могу и сам рассудить, — замечает Рэглан.

— Аластор, — привлекает его внимание Соломон. — Думаю, госпожа шериф права.

На Соломона Аластор смотрит уже с удивлением. Будто от него, обычно мягкотелого, словно Арчи, такого предательства он не ожидал.

Вилма усмехается.

— Во имя всего святого, — раздраженно отзывается Флора. — Вам для начала стоило бы определиться с протоколом, прежде чем кого-то арестовывать. Аластор, я способна справиться с этим фарсом без твоего присутствия. А господину мэру и госпоже шерифу спешу напомнить, что я могу очень громко кричать.

Будто они собирались тут ее пытать, честное слово. Это для них пытка — находиться в компании Флоры.

Аластор покидает кабинет. Вилма складывает руки на груди и выдыхает. Без него гораздо лучше.

— Начнем с простого, — говорит Соломон, примеряя на себя роль дознавателя. — Кто помогал вам устанавливать в городе магический дозор? Сомневаюсь, что вы, миссис Рэглан, справились в одиночку.

Но явно не сомневается в ее причастности. Еще бы кто-то самой Вилме по-нормальному объяснил, что это за дозор такой. Видимо, снова придется расспрашивать Зака Блэка, а не надеяться на то, что Соломон соизволит поделиться информацией и измышлениями.

Флора откидывается на спинку кресла.

— Микеланджело Блумберг, — называет она имя. — И Аластор Рэглан.

Соломон вскидывает брови вверх.

— Аластор? — переспрашивает он.

Флора только кивает, совершенно не заботясь о том, что, получается, сдает своих сообщников так запросто.

— Я предлагала принять участие и Микаэле Блумберг, но она не очень-то дружна со своим супругом в последнее время, — Флора поводит плечами. — Было бы нечестно вынуждать ее творить магию вместе с ним.

Вилма совсем не удивляется тому, что Майки и Микки, несмотря на все потрясающее созвучие их имен, не очень-то дружны. Она ведь видит, как Микеланджело свободно волочится за разными девушками. Нет повода не думать, что этого не видит и Микаэла. Значит, можно полагать, что ее это не очень-то устраивает.

Соломон как-то шумно дышит, видимо, размышляя над сказанным Флорой. Будто упоминание Аластора выбивает его из колеи. Вилма же не удивляется и этому — семья Рэгланов слишком похожа на переплетенный змеиный клубок, в котором яда на клыках нет разве что у Арчи и Грегори.