Чтение онлайн

Уже через час я лежала в своей кровати.

– Можно? – показалась в дверях мама.

– Заходи!

Она села на край возле меня.

– Ты не рассказала, как прошла консультация?

– Отлично. Как же ещё! – я думала, как бы отпроситься у мамы на завтра. – Знаешь, нам задали с Наташей подготовить тему для выступления в понедельник. Это повлияет и на экзаменационную оценку, как сказала Вера Ивановна.

– И что? – не понимала мама, к чему я клоню.

– Можно я завтра пойду к Наташе готовиться? – спросила я, закатив глаза и собрав губы бантиком.

– Тебе не кажется, что ты зачастила к Наташе? Может, её к нам пригласишь?

– Мам, ну, ты же знаешь, у неё лучше. Здесь мы тебе будем мешать. И ещё у нас интернет постоянно виснет! Ну, пожалуйста!

– Не знаю даже, – мама задумалась. – Хотела попросить сходить тебя со мной на рынок.

– Так мы успеем! У Наташи завтра английский и теннис днём. Собраться получится только вечером.

– Что значит вечером? Нет! Никаких вечеров!

– Мамочка, ну, пожалуйста! – я приподнялась с кровати и обняла маму. – Нам нужно выступить лучше всех! Ты же понимаешь!

– А домой ты как доберёшься?

– Сейчас светло до одиннадцати. И меня Наташин водитель может довезти, не в первый раз.

– Ладно, - сдалась мама. – Завтра и посмотрим.

– Спасибо! – счастью моему не было предела. – Ты самая лучшая мама в мире!

– Сказала «посмотрим», - мама поцеловала меня в лоб, выключила ночник и вышла из комнаты.

Я ликовала, зная, что мамино «посмотрим» это значит «да».

Я вновь простила ему всё. Я размышляла над словами Стаса…. Это была просто месть Ника. Ведь Миксер как никто другой знает своего друга. Если он так сказал, значит, так оно и есть!
– оправдывала я поступок Домбровского.

Я включила ночник, приподнялась с кровати и прижалась к Нику. Затем провела по его лицу указательным пальцем и поцеловала в губы.

Пусть он сейчас не один! Пусть он с этой Цирцеей-Лютиковой! Пусть так! Всё равно он будет моим!

– Уже уходишь? Так быстро? – Марина потянулась к настольной лампе.

Ник встал с кровати, запрыгнул в брюки, натянул майку.

– А тебе мало? – обратил он, наконец, внимание на оторопевшую девушку.

– Но ведь мы только пришли! – развела она руками. – Можешь, задержишься?

– Зачем?

– Тебе не понравилось? – Лютикова встала с кровати и подошла совсем близко к Нику, стоявшему в дверях комнаты. Она сбросила с себя простыню, под которой ничего не было, кроме её «прелестей», взяла руку Ника и положила себе на грудь.

– Может, всё-таки передумаешь? – кокетливо продолжала она.

– Может, хватит? – Ник резко одёрнул руку и развернулся к двери.

– Постой! – Лютикова не спешила сдаваться. Она вновь взяла Ника за руку и попыталась пристроить её между ног.

Ник вновь одёрнул руку.

– Это был просто секс! – грубо ответил он. – Не более!

– Да, но разве мы больше не увидимся? – Марина хлопала глазками, будто сейчас расплачется от обиды.

– Ты меня слышала? – повторил Ник. – Это был просто секс, причём не самый лучший в моей жизни! – усмехнулся он.

– Ты и, правда, козёл!

– Это я козёл? – Ник рассмеялся. – Сказать, каким словом называют таких, как ты?

– Да я тебя! – обиженная девушка с кулаками набросилась на несостоявшегося мачо. – Правильно Синицына влепила тебе пощёчину! – кричала она. – Да таких, как ты кастрировать мало! Ненавижу тебя!

– Ох, детка! – Ник ловко уворачивался от её ударов. – Я почти каждый день это слышу! Поэтому не обижаюсь на тебя!

Марина кулаками «проводила» Ника до самой входной двери.

– Идиот! Придурок! – продолжала она засыпать его «комплиментами» даже на лестничной клетке.

– И тебе счастливо оставаться! – послал он ей воздушный поцелуй.

– Кобель! – никак не могла успокоиться разъярённая девушка.

– Вот сучка! С такими связываться – себе дороже! – не мог успокоиться и Ник, застёгивая мотоциклетный шлем.

Уже через полчаса он сидел за барной стойкой в «Кубе», успокаивая нервы пивом из высокого бокала. Девушки подходили к нему одна за другой, но Ник не обращал на них никакого внимания, погрузившись в свои мысли.

– Ник, – подошёл к нему охранник под два метра ростом, - шеф тебя зовёт!

Ник поднял на него глаза.

– Сейчас приду, – он допил пиво, достал из кармана деньги, швырнул их на барную стойку. – Сдачи не надо.

Через минуту он стучал в дверь кабинета хозяина «Кубы».

– Можно? – спросил Ник.

– Заходи!

Ник вошёл в кабинет. Он был просторным и очень светлым. Десятки лампочек в форме свечей висели повсюду. Посередине стоял дубовый круглый стол и кресло хозяина. Напротив располагался огромный кожаный диван, как и кресло, шоколадного цвета. Высокие от самого пола окна, были плотно занавешаны тёмными бархатными шторами. В кабинет стоял запах кубинских сигар и дорого виски.

– Присаживайся, – показал пальцем на диван полный мужчина средних лет с густыми закрученными книзу седыми усами и лысиной на затылке.

Ник подчинился.

Мужчина встал из-за стола и, опираясь на трость, подошёл к бару, располагающемуся в золотом глобусе возле окна.

– Выпьешь? – открыл он крышку глобуса и достал бутылку «Джек Дэниелс».

– Можно, – уселся поудобнее Ник, запрокинув назад голову, а ногу положив на ногу.

По дорогому серому костюму «Brioni» и часам марки «Vacheron Constantin» на руке господина можно было догадаться о его положении в этом современном мире.

– Тобой интересовались очень важные люди, – наливая виски в бокал, начал хозяин кабинета.

– Вот как? – ухмылка пробежала по лицу Ника.

– Когда-нибудь ты доиграешься! – посмотрел на него господин исподлобья.

– Вы меня для этого звали? - Ник протягивал руку за бокалом.

– Ник! Может, хватит уже дурака валять! – сев на кресло, продолжал мужчина. – Ты знаешь, ты мне стал, как сын, и я волнуюсь за тебя.

– Не стоит, – спокойно ответил Ник.

– Я никогда не забуду, что ты спас мне жизнь. Но ты играешь с огнём!

– Может, хватит уже! – Ник отглотнул из стакана и встал с места. Он подошёл к окну и отодвинул шторы.