ЖАНРЫ

Прокофии? и Свет Желании?
Шрифт:

– Да, Тельман, я выпускница, но я все еще их люблю и буду любить, когда выросту, – решительно заявила Ману и тут же дополнила заказ.

А через минуту над баром в очередной раз загорелась волшебная табличка, и Тельман довольно кивнул, выражая благодарность хозяину.

– Мы позвали вас сюда, чтобы сообщить кое-что важное! – тем временем начал Прокофий. – Скидл… Вы знаете его? Он как-то сумел создать…

Но тут надпись над баром неожиданно вспыхнула, и вся компания рывком обернулась. Прокофий смолк – все равно его уже никто не слушал.

– Это еще что такое? Снорри выдумал новый сигнал? – в шутку предположила Ману.

– И что же он означает? «Осторожно, горячий шоколад»? – хмыкнул Тельман.

– «Осторожно! Ужасный зануда!» – весело захохотала Твинкл.

Ману одобрительно подмигнула подруге, а Тельман недовольно скривился, заметив, как они переглянулись.

– Да что же меня все сегодня перебивают! – принялся было возмущаться Прокофий, но, заметив, что после его слов ребята дружно нахмурились, уязвленно добавил: – Ладно, ладно, я помолчу…

Но, как оказалось, дело было вовсе не в нем. Табличка над баром мигала все ярче, пока наконец не вспыхнула самым настоящим пламенем. Вдруг раздался оглушительный треск, и надпись, сверкнув, яростно зашипела. Громкие звуки и летящие во все стороны искры сильно напугали маленьких гостей; на пол полетели осколки вывески, и все вокруг мгновенно заволокло густым дымом.

– Что случилось? – кричали дети, выскакивая из-за столов. Хватая свои куртки, они торопились как можно скорее покинуть кафе.

Наблюдая за этой паникой, Прокофий случайно заметил среди прочих одного малыша, сидящего совершенно неподвижно. Возможно, Прокофий решил бы, что у него просто крепкие нервы, если бы не увидел, как тот в страхе зажал ладонью рот. То ли мальчик был сильно напуган и боялся пошевелиться, то ли…

– Думаешь, это сделал он? – нахмурился Тельман, перехватив взгляд Прокофия, и быстрым шагом направился к столу того мальчика, размахивая руками, чтобы разогнать дым.

Твинкл, Прокофий и Ману переглянулись и пошли за ним. Окружив стол «поджигателя», они вопросительно уставились на него.

– Простите меня, – тут же виновато пролепетал мальчик. – Кажется, я просто не то подумал… – Он явно был в отчаянии и растерянно бегал взглядом по задымленному залу.

– О чем это ты говоришь? – нахмурился мистер Снорри, неожиданно появляясь за спинами друзей. Еще никогда они не видели хозяина бара таким встревоженным.

Мистер Снорри недоуменно переводил взгляд с мальчика, на ребят и на волшебную вывеску, от которой к тому моменту почти ничего не осталось, кроме парочки цветных угольков.

Мальчик заметно покраснел и, говоря, на каждом слове задыхался то ли от едкого дыма, то ли от чувства вины.

– Ну… вы ведь и так уже выпили каждый по чашке горячего шоколада и заказали е-еще, – всхлипывал он. – Вот… в-вот я и подумал – как можно выпить столько сладкого? А потом опять з-загорелась табличка… И тут эта штука… б-бабахнула! – Мальчик печально вздохнул и снова спрятал раскрасневшееся лицо в ладонях.

Недоуменно переглядываясь, ребята ненадолго замолчали. Казалось, они не сразу поняли, о чем он говорит.

– Так вот, значит, что ты подумал? – через пару минут удивленно воскликнула Ману.

– Тебе не нравится горячий шоколад? – Твинкл страшно удивилась, что бывают такие люди.

– Да он просто смеется над нами! – уязвленно заметил Тельман.

– Какая вообще тебе разница, что мы пьем? – рассерженно добавил Аспен.

Вжавшись в кресло, мальчик угрюмо молчал. Было ясно, что он сильно жалеет, о том, что случайно сделал, и сам не знает, как у него это вышло.

– А ну, все тихо! – громогласно повелел мистер Снорри, перекрывая их голоса.

– Мне все-таки интересно, как это вкусного может быть слишком много? – Ману возвышалась над мальчиком будто скала. – Думать нужно, прежде чем… думать!

– Ага, точнее не скажешь, – единогласно поддержали ее остальные.

– Мозгов бы тебе побольше! – в завершение добавила Твинкл.

Они вовсе не хотели ругаться, но внезапно нахлынувшее негодование, казалось, было просто невозможно обуздать. Приложив немало усилий, чтобы наконец замолкнуть, друзья ошарашено переглянулись: что с ними такое? Ведь обычно волшебники никогда не злились.

Да уж, за этот день произошло столько всего необъяснимого, что трудно поверить, мысленно отметил Прокофий. Очевидно, его друзья размышляли о том же – на их лицах читалась нешуточная тревога.

Мальчик остался с мистером Снорри, чтобы помочь ему с уборкой, а друзья, выйдя за дверь, решили продолжить разговор в каком-нибудь тихом месте. Центр города в этот вечер был слишком уж полон сюрпризов, лучше укрыться в Крепости Мудрых и обсудить все там. Однако день неумолимо кончался. Повсюду зажигались огни, эраунды медленно шли на посадку, садясь возле засыпающих домиков, и времени на прогулки оставалось не так уж много.

– Мой эраунд на площади, – сказал Прокофий. – Наверное, нам стоит пойти за ним. – Он не желал понапрасну терять время, им с Твинкл еще нужно было вернуться в город.

Она, как и Прокофий, жила со своей семьей. А вот Ману и Аспен воспитывалась в Крепости Мудрых. Только, в отличие от Тельмана, они вовсе не считали это поводом для огорчения и всей душой любили наставников.

– А вот наших эраундов там уже нет, – напомнил Аспен, забавно морща своей маленький лобик. Его голубые глаза взволновано сверкали в свете живых огоньков. – Они ведь сами возвращаются в Крепость, когда стемнеет.

– Да, верно… – кивнул Прокофий.

– Можете не беспокоиться об этом. У меня есть одна вещица, которая нам поможет. – Тельман снял с воротника брошь и поманил друзей за собой в темноту ближайшей арки.

ГЛАВА 5

НОВЫЙ ПЛАН

За воротами было тихо и довольно укромно. Но неожиданно сумрак рассеялся, и что-то ярко мелькнуло в воздухе. Увидев, что это было, Прокофий разинул рот от изумления.

– «Шипящие» кеды! – опередив его, воскликнул Аспен.

Поделиться с друзьями: