Чтение онлайн

Мимика сдержанная до аскезы: губы едва шевелились, брови не выражали гнева, в отличии от его слов.

С ним сражалась магия Мор.

— Вы с Лилит перешагнули черту, — голос его трещал от сдерживаемого гнева, наполняя охвативший весь замок туман ледяными иголочками.

Что еще за Лилит такая?

Мари увидела, в другом конце залы фигуру в чёрном — Мор. Платье её слилось с туманной пеленой, делая почти невидимой. Она отражалась в многочисленных зеркалах. Десятки копий повторяли движения, и становилось трудно понять, где настоящая, а где лишь отражение.

Взгляд путался в этом лабиринте повторяющихся образов.

— О, Люций, ты всегда был таким… вспыльчивым глупцом, — её голос звучал с ледяной насмешкой. — Я уже несколько раз повторила, что мы ни при чем.

Рука Мор взметнулась — и мгла взорвалась. Помчалась к ней. Чёрные щупальца рванулись вперёд, извиваясь, хватая тонкие запястья настоящей Мор, стоящей у трона, они стучали по зеркалам, где смеялись ее копии. С противным скрежетом, словно когтями проводили по ним.

Мари вздрогнула, ощутив, как холод проникает под кожу, будто они в нее саму пытались вцепиться.

Мор зашипела.

— Ты не смел заявляться сюда!

И тьма поглотила всё, вторя ей.

Мари не видела точных пассов Мор, но ощутила насколько они изменили все вокруг. Воздух затрещал, словно натянутая до предела струна. Знаки, рождённые ею, расползлись по замку, впиваясь в стены, пол, потолок — окутывая всё сетью темной, жгучей магией.

— Чёрт! — вырвалось у Мари и она пригнулась.

Хрустальный замок содрогнулся, отзываясь на магический взрыв. Вибрация пронизала каждую молекулу пространства.

А потом — вспышка. Ослепительная, всепоглощающая.

И тьма.

Когда мгла рассеялась, не осталось ничего: ни тумана, ни мужчины в рясе, ни отблесков его посоха.

— Мор! Мор! — Мари бросилась к ней, сжимая юбку платья.

Женщинасидела на ступеньках у хрустального трона. Чёрное платье, словно сотканное из ночной тьмы, мерцало по краям металлическим отблеском. Длинные тонкие пальцы водили по мрамору ступеньки — так, что костяшки ее побелели. Её кожа была настолько бледной, что отливала болезненной синевой. Это выплеск силы так повлиял? Чёрные волосы были небрежно собраны в высокий хвост, что создавало странный контраст с кожей.

Мор выглядела всегда чуть старше нее самой. Лет на двадцать пять. А сейчас будто за мгновение на десяток лет постарела.

— Что это было? — Мари опустилась рядом, заметив, как прерывисто, с хрипотцой, дышит Мор. — Ты… ты в порядке?

Мор не ответила сразу. Медленно провела ладонью по юбке — движение вышло рваным, будто она пыталась стереть не складки ткани, а следы чего-то противозаконного. И наконец выдохнула, почти шёпотом:

— Не беспокойся, Птенчик.

— Леди Мор, — из полумрака выступил Грегори. В его руке материализовался стакан с водой.

— Так кто это был? — настаивала Мари.

— О-о-о, — Мор закатила глаза, но в этом жесте не было привычной насмешки — лишь усталость, тяжёлая, как свинцовый плащ. — Наш неуравновешенный брат императора и второй помощник Архимага. Вечно он… — она запнулась, сжала стакан так, что пальцы затрещали. — не к месту.

— Вы снова дали ему повод посетить нас, леди? — вклинился Грегори. Его голос звучал ровно, но взгляд — острый, искал подвох.

— Ты хотел сказать — напасть исподтишка со этим его проклятым туманом? — Мор резко выпрямилась, облокотилась локтем на колено, второй рукой сжала край платья. — Мы с Лилит и действительно не давали повода. В этот раз. — задумчивая пауза, она верно вспоминает, что гость там кричал. — Люций, что-то… или кого-то… потерял.

Взыграло любопытство, и Мари решила, что определенно должна знать, что это за люди такие и не ждать ли им очередного нашествия «гостей».

— А кто такой этот Архимаг? — она невольно понизила голос.

Сам титул, звучит уже сомнительно.

— Мария, — Грегори шагнул ближе, постучал указательным пальцем по шраму на виске — тонкому, бледному, со стежками. — Вы ещё не посетили нашу библиотеку?

От этого резкого замечания щеки Мари вспыхнули алым. Она опустила взгляд, сжимая край юбки, и вдруг вспомнила, что Мор поручила ей два дня назад ознакомиться с историей империи, хотя бы поверхностно.

— Ну раз ты даже не знаешь, в каком крыле замка она находится, — Мор будто лениво приподняла бровь, — то я немного поясню. — Она подняла три пальца. — В нашей империи три важных элемента. Первая — гильдии стихийных магов. Думаю, объяснять, что такое стихия, излишне. — Первый палец. — Вторая — сияющие, блистательные, «справедливые» Светлые маги. — Мор скривила губы, второй палец упал вниз. — И третья — тёмные маги… Как там, Грегори, писали в газетах? — Она бросила на слугу короткий, колючий взгляд и сама ответила: — Мы — ужасные, подлые, лживые… преступники.

П-преступники?

Мари не ослышалась?

Неважно, что выглядело это вполне логично и в рамках законов всяких ее любимых компьютерных игр.

Свет — добро.

Тьма — зло.

Хотела стать злодейкой, Мария Малинина, — получи, распишись.

— И эту иерархию создал Архимаг около шестидесяти лет назад. — Дополняет Грег поучительно.

— Зачем кого-то возвышать, а других принижать? — недоумевает Мария.

— Об этих деталях лучше тебе узнать в библиотеке, птенчик, — отмахивается Мор и кивает Грегу, что берет ее под руку. — Я пойду в свои комнаты. Три дня меня не беспокоить! — Уже на выходе она оборачивается и договаривает: — Сиди в библиотеке, медитируй или поизучай замок, и главное — не ищи неприятностей, Пташка.

Мари кивнула, вспомнив, где обещала быть завтра.

Плюс в том, что ей не нужно искать оправдания и причины, для Мор. Минус — она, кажется, нашла проблемы в чьих-то серых, металлических глазах.

Аромат свежего хлеба наполнял зал, смешиваясь с паром от мятного чая в руках Мари. Из кухни доносился тихий гул голосов, а потрескивание печки создавало уют. Она уже почти час наслаждалась этой умиротворенной, теплой атмосферой.

— Держите, леди.

Погружённая в мысли, с чашкой чая в руках, Мари едва не подпрыгнула от неожиданности.

Она перевела взгляд на песочные часы, стоявшие на витрине.

Без четверти того часа, когда они должны были встретиться.

Зак положил на стол перед ней пергамент с желтоватым отливом и необычный карандаш — два тонких деревянных бруска, зажимающих полоску графита. Мари с интересом рассмотрела его форму, покрутила в руках, не замечая, как рядом появилась тарелка с кусочком лимонного пирога — того самого «пирога раздора», с ароматом цитрусовой горчинки и золотистой корочкой.