Чтение онлайн

Однако, к примеру, в аналитической психологии К. Юнга не просто нет места для таких, кто-то сказал бы, мелких проблем. В аналитической психологии нет места для человека, который может страдать по поводу дезадаптации. То есть модель человека, с которым работает психолог в рамках аналитической психологии, исключает возможность рассмотрения жизненных затруднений как проблем нарушенной адаптации, требующей коррекции. Поскольку человек в аналитической психологии рассматривается как идущий по пути индивидуации, он встречается только с феноменами движения по пути: проспективными или ретроспективными. А все вопросы душевной жизни и ее динамика задаются перспективой отношений между душой человека и его Самостью.

Вторая стратегия направлена не «от» неблагополучия, как первая, но «к». Это направленность на развитие и актуализацию личности. Понятие личности само по себе содержит некоторые позитивные характеристики: активность позиции, свободу, доступность новому опыту и т. д. А когда личности предписывается процесс внутреннего развития или роста как процесс достижения и реализации внутренней сущности, тогда еще одним принципиально личностным качеством становится стремление к саморазвитию или самоактуализации.

Конечно, уже в модели человека самоактуализирующегося или личностно развивающегося трудно представить наличие проблем, связанных с адаптацией или с поведенческим репертуаром. Это более широкий жизненный контекст рассмотрения человека, который включает теперь кроме внешних условий, которым надо соответствовать или с которыми надо считаться, еще и внутренние требования к самому себе: быть свободным, аутентичным, целостным и т. д. Переживания, возможные в предыдущей психотерапевтической стратегии, здесь приобретают иной смысл, так как рассматриваются с других позиций. Чаще всего они уже не становятся отдельной проблемой, разрешение которой представляется консультанту специальной задачей или целью, а рассматриваются как совокупность внешних проявлений застоя личностного роста. Поэтому усилия терапевта направляются на процесс развития личности, который способен сам по себе, если и не изменить поведенческие проблемы полностью, то стать основой для изменения отношения к ним. Все-таки чаще всего «в экзистенциальной психологии духовное и психическое здоровье человека отождествляется с аутентичным, подлинным способом существования, а предпосылки расстройств кроются в неаутентичном существовании» [34] .

Двигаясь от внешних условий и обстоятельств социальной адаптации индивида, описывающих круг целей и задач консультирования как «уйти от», к внутренним условиям самоактуализации или личностного роста, описывающих второй круг целей и задач консультирования как «придти к», мы, тем не менее, остаемся в рамках одной и той же модели человека. Такое движение описывает траекторию движения от внешнего к внутреннему, от поведения к ценностям, от бихевиоризма к гуманизму. Если на одном полюсе траектории больший акцент ставится на индивидуальном прошлом человека (психоанализ, бихевиоризм), то на другом – это прошлое дополняется личным будущим (гуманистическая психология).

Какова же другая модель человека, представленная в практике психологической помощи, выстраиваемая на основе третьего круга целей и задач консультирования, описываемого как «выйти за». Выход за границы проблем и задач первой модели человека основан на представлении об относительной ценности фактора развития личности и потребности дополнения индивидуального прошлого и личного будущего временем и пространством совместного бытия.

Не только смысл происходящего в жизни человека, но и смысл внутриличностных изменений и преобразований может варьироваться с положительного на отрицательный, в зависимости от характера включенности в целостный контекст, в котором совершается судьба человека. Целостный контекст включает прошлое и будущее, личность и связанных с нею людей, историю и культуру в целое, которое называют «жизненный путь личности». При таком подходе всякое жизненное событие (болезнь ли, здоровье ли, личностное развитие) обретает свой смысл и место прежде всего по отношению к этому широкому контексту. Привычные различия между здоровьем и нездоровьем, зрелостью и инфантильностью личности стираются. Остается значимой лишь возможность или невозможность совершения личностью своего жизненного пути.

В психологии приближается момент, когда детальное препарирование личности под микроскопом психолога требует дополнения другими ландшафтами, видимыми уже в ином масштабе – в телескоп. Это знаменует шаг удаления от пристрастного разглядывания мельчайших подробностей жизни клиента в практике психологической помощи. Удаление на расстояние, достаточное, чтобы увидеть то «большое, что видится на расстоянии». Оно необходимо для того, чтобы охватить одним взглядом целое жизни конкретного человека, его орбиту и пути тех, с кем он связан, его солнце и луну и всю душевную космогонию живущего человека и предоставить каждому обстоятельству, каждой жизненной ситуации и душевному переживанию возможность занять отведенное им место.

Смысл удаления во времени и в пространстве идентичен – осмысление. Это осмысление своей жизни обычно совершается во временной перспективе постфактум прошедших событий. Не имея времени ждать, когда рассеется туман неведения и мы поймем смысл каждого поступка и слова, мы заменяем перспективу временную перспективой пространственной. Так Ф. Василюк вводит понятие «жизненного мира», а Б. Хеллингер индивидуальные проблемы рассматривает через призму семейной структуры.

Итак, подойдем к вопросу о целях психологической помощи методологически и обобщим разные процессуальные цели консультирования в три группы – адаптации индивида, развития личности, становления жизненного пути личности, в зависимости от области бытия человека, в которой должны произойти изменения, или от широты жизненного контекста, с которым имеет дело консультант.

1. Цели и задачи адаптации преследуют те психологи, которые полагают, что основные результаты связаны с областью социальной активности личности. Конечной целью их усилий является удачное приспособление к другим людям, жизненным ситуациям, своим особенностям и выработка умения адаптироваться. Адаптированность можно рассматривать широко как полную целесообразность любой активности, которую реализует субъект.

Эти психологически задачи шире всего представлены в следующих практических направлениях: психоанализ, рационалъно-эмотивная терапия, терапия поведения.

2. Цели и задачи развития или изменения ставят перед собой специалисты, считающие достижением личностные изменения в виде изменения «Я-концепции», самооценки, самопринятия, способности к рефлексии или свободному выражению чувств и т. д. Целью этих изменений является приведение личностных особенностей клиента к некоторой идеальной модели личности, провозглашаемой в конкретной теоретической концепции. Эта категория также относится к адаптивной стратегии, однако структуры и особенности личности соизмеряются не с целесообразностью деятельности, но с идеальной моделью личности. Это означает, что, развиваясь, личность может разворачивать неадаптивную или нецелесообразную деятельность (например, творческую), способствующую проявлению и реализации более значимых, чем адаптированность, потребностей (например, в спонтанности).

Развитие культурно-продуктивной личности клиента, способного к разным стратегиям поведения и нешаблонным способам действий, видит целью консультирования Г. Абрамова [37] .

Задача психолога состоит в создании условий для этого.

Р. Кочюнас формулирует свою позицию еще четче – появление у клиента черт зрелой личности: развитие личности, независимость и самостоятельность, ответственность [38] .

Эти психологически задачи шире всего представлены в следующих практических направлениях: адлерианское, клиентцентрированная терапия.