Чтение онлайн

— Снежана Львовна, миленько болтаешь с врагами?

Говорящий подобрался к ним практически бесшумно, словно бы возникнув из воздуха. Это был высокий статный мужчина с тёмными вьющимися волосами ежевичного оттенка. Его рубиновые глаза лучились надменностью, а бледные губы вытянулись в тонкую нитку ухмылочки. Учитывая, что это был девятихвостый, его самодовольство было оправдано. Мирослав ощутил мощное давление, которое тот источал вокруг. Как тогда, когда будучи свежепробуждённым двухвостым разгневал ректора. Но куда интенсивнее. Имперец определённо наслаждался своей мощью и выпячивал её вполне намеренно. Но юноша лишь слегка сместился, чтобы сидеть было удобнее, и не подал виду, что заметил воздействие.

— Знакомься, Дарён, Первый Принц Дома, наставник «Элиты», девятихвостый и просто гордость всей Империи — Лаврентий Галактионович Поддубный, — представила его Снежана, хотя из её уст эти похвалы звучали слегка саркастично.

— Переводишь тему? — хищно осклабился тот.

— Проявляю вежливость, которой славится Империя, о чём в последнее время все почему-то принялись забывать, — невозмутимо ответила целительница.

Мирослав едва заметно усмехнулся, продолжая расслабленно попивать брусничную воду.

— Потому что вежливость для слабых, — пренебрежительно отмахнулся Лаврентий, — Сильные в такой ерунде не нуждаются.

— Как будет угодно господину девятихвостому, — со всё тем же едва скрытым ехидством ответила целительница.

— Ладно, о чём вы тут шепчетесь, не имеет значения. В любом случае мои ребятишки всех размажут.

— С удовольствием посмотрю на успехи нашей «Элиты», — кивнула Снежана, — Это ведь будет первый их бой на турнире. Ты одним своим присутствием запугал команду Степной Провинции, и они даже не рискнули попытаться дать им бой. Даже жалко их. Ребятишки ведь тоже старались.

— Не моя вина, что они почуяли силу и поджали хвосты, — последнее слово он произнёс с особой насмешкой, явно осознавая получившийся каламбур, — Знают своё место, что тоже полезное качество.

— Может и так. Ты, в общем-то, просто проявить вежливость решил? — целительница сделала явственное ударение на слове вежливость, — Или по делу подошёл?

— Ах да. Заболтала меня. Эй, мальчишка, — Лаврентий указал на Мирослава, — Слушай внимательно.

Они столкнулись взглядами. Юноша даже и не подумал отвести взор, продолжая поддерживать зрительный контакт с совершенно невозмутимым выражением лица. В глазах девятихвостого промелькнуло лёгкое удивление. Всё же, мало кто смел смотреть на него так прямо и спокойно, словно бы на равного.

— Чего изволите? — спросил Мирослав, всё так же сохраняя расслабленную позу.

— Не вздумайте сдаться или проиграть слишком быстро! — сказал Лаврентий строго.

— Хах, — юноша не сдержавшись выдал смешок, который можно было трактовать сильно по разному.

— Что, слишком многого требую от семикняжских слабаков? — девятихвостый понял его по своему.

— Мы победим, — твёрдо сказал Мирослав.

— Ахахахахаха, — Лаврентий зашёлся во вполне искреннем хохоте, а после посерьёзнел, вновь принявшись сверлить Мирослава взглядом, — Погоди… Ты что, реально думаешь победить? Это не шутка была?

— Если кто-то приходит на турнир с другим настроем, то ему здесь не место, — ответил юноша таким тоном, словно бы говорил что-то совершенно очевидное.

— Ты откуда такой наглый взялся? — в голосе Лаврентия смешались раздражение и удивление.

— Русалка родила, — пожал плечами Мирослав, — А вырос в деревеньке, о которой вы и не слыхали никогда.

— Безродный. Бездарный. Слабак. Но зато наглый. Терпеть таких не могу, — хмуро сказал девятихвостый, — Запомни, мальчишка, тебя твоя дерзость однажды погубит. Не все такие милостивые, как я.

— Смиренно принимаю мудрость поколений, — саркастично усмехнулся Мирослав и кивнул.

— Ты испытываешь судьбу! — рыкнул богатырь.

Фигура Лаврентия словно бы стала больше, а Мирослав ощутил как давление становится почти невыносимым. Однако это ощущение быстро схлынуло. Девятихвостый вернул себе самообладание и обернулся на голос, который юноша сразу узнал.

— Есть ли в этом мире что-то, что ты любишь больше, чем кичиться силой? — спросила его Рагнеда, положив ладонь на плечо.

Тот стряхнул её руку движением плеча и скривился.

— А есть что-то, что ты любишь больше, чем нянчить слабаков?

— Да. Мешать тебе радоваться жизни, — ехидно усмехнулась командующая.

— На драку нарываешься? Так я всегда за! — Лаврентий хрустнул пальцами, словно бы готовясь схватиться прямо здесь и сейчас.

— Мне твои детские шалости не интересны, — отмахнулась Рагнеда, — Но если решишь навредить Дарёну, я тебя прикончу.

— Ооо, это вызов? — воодушевился имперец, — Может, мне прямо сейчас ему ноги переломать?

— Господа, я попрошу вас успокоиться, — сказала Снежана Львовна строгим назидательным тоном, — Давайте всё же уважать правила города, который нас принимает своими гостями.

Лаврентий уставился на неё недовольным взглядом, помолчал пару мгновений и обиженно проворчал:

— Ой да тьфу на тебя, всё настроение испортила… Но ты Рагнеда помни, я всегда готов к поединку! В любом месте в любое время!

После этого он быстро ушёл. Мирослав облегчёно выдохнул.

— Я представлял себе его более…

— Достойным? Воспитанным? Сдержанным? — усмехнулась Рагнеда, — Все его таким считают, пока рот не откроет.

— Вы всё же несправедливы к Лаврентию Галактионовичу. Он скор на слова и всегда жаждет вызова, но на деле обижать слабых не станет, — вмешалась Снежана, — Так что можешь по этому поводу не беспокоиться, Дарён.

— Доверюсь вашему суждению, Снежана Львовна, — сказал Мирослав, — И благодарю за поддержку, Рагнеда.

— Теперь ты просто обязан победить, чтобы утереть ему нос, — ответила та, — Да и мой мальчонка жаждет сразиться с тобой в финале. Так что не подведи!

«Да, точно, ведь её сын тоже участвует в турнире. Будет любопытно поглядеть на что он способен.»

— Сделаю всё, что от меня зависит.

«Жаль только, что всё до сих пор висит на волоске из-за Брячислава. Но я должен верить в него. И в себя. Мои слова должны были на него повлиять. Непременно…»

По пути к комнате подготовки его перехватил молодой имперец. Он встал поперёк пути и указал на Мирослава пальцем вытянутой в его сторону правой руки.

— Ты, немедля верни шлем!