Путь ведьмы
Шрифт:
И когда он на руках отнес меня в мою спальню, я не сопротивлялась. Я позволила этому случиться. Не как стратег, осуществляющий свой план. А как женщина. Впервые за несколько десятков лет — просто как женщина.
Расчет мог подождать до утра.
Глава 20
Его губы были жаждущими, а руки — твердыми и уверенными. Они скользили по моей спине, прижимая меня так близко, что я чувствовала каждый мускул его тела, каждое биение его сердца, совпадавшее с бешеным ритмом моего собственного. Воздух в спальне был наполнен ароматом вина, дыма и чего-то нового, острого — нашего общего желания.
Я откинула голову назад, позволяя его губам исследовать линию моей шеи, и издала звук, которого не слышала от себя веками — низкий, сдавленный стон. Мои пальцы впились в его волосы, спутанные и мягкие.
— Эветта, — мое имя на его устах было похоже на молитву и проклятие одновременно.
Он снял с меня платье одним ловким движением, и его пальцы обожгли обнаженную кожу. Но это был не единственный огонь. Наша магия, та самая сила, что делала нас собой, вырвалась из-под контроля. Искры сыпались с наших пальцев, а воздух потрескивал от напряжения. Его магия, мощная и дисциплинированная, сплеталась с моей, древней и дикой, создавая вихрь чистой энергии.
Я отбросила прочь его рубашку, и мои ладони прикоснулись к его груди, к теплой коже, покрытой шрамами старых битв и свежими следами недавней раны. Я чувствовала под пальцами биение его жизни, его силы.
— Я хочу видеть тебя, — прошептал он, его голос был хриплым от страсти. — Всю. Без масок.
Это была просьба и требование одновременно. И я, всегда скрывавшая свою истинную сущность за сарказмом и чарами, согласилась. Я позволила ему увидеть. Не просто тело, а ту силу, что пульсировала во мне, ту древнюю магию, что текла в моих жилах вместо крови.
Комната озарилась мягким зеленоватым светом, исходящим от меня. В его глазах я увидела не страх, а благоговейный трепет. Его руки скользнули по моим бедрам, и он привлек меня к себе, стирая последние остатки дистанции.
Когда он вошел в меня, это было не просто соединение тел. Это было слияние. Наши магии слились в единый, бушующий поток. Я чувствовала каждую частицу его существа, а он — мою. Не было тайн, не было барьеров. Была только правда.
Он двигался внутри меня с первобытной силой, и я отвечала ему с такой же яростью. Каждое движение, каждый вздох, каждый стон были частью этого древнего ритуала. Я обвила его ногами, притягивая его глубже, желая раствориться в нем, в этой мгновенной, всепоглощающей связи.
Его губы нашли мои в поцелуе, который был одновременно нежным и яростным. Его руки исследовали мое тело, и каждое прикосновение оставляло на коже след из магических искр. Я была пламенем, а он — воздухом, который раздувал меня, заставляя гореть все ярче.
В тот момент, когда мы достигли пика, мир взорвался в ослепительной вспышке. Наша общая магия вырвалась наружу, озарив комнату слепящим светом. Я крикнула, цепляясь за него, чувствуя, как его собственное тело содрогается в экстазе.
Когда свет угас, мы лежали в объятиях друг друга, тяжело дыша. Его тело было горячим и влажным, прижатым к моему. Его магия, теперь спокойная и умиротворенная, мягко переплеталась с моей.
Он приподнялся на локте, его глаза в полумраке были темными и серьезными.
— Теперь я понимаю, — прошептал он, сметая прядь волос с моего лица. — Кто ты.
— А я понимаю, кто ты, — ответила я, и мои пальцы сами потянулись к шраму на его щеке. — Не принц. Не солдат. Просто мужчина.
Он наклонился и поцеловал меня с новой, почти болезненной нежностью. И в этом поцелуе было больше откровений, чем в тысяче слов.
Мы не спали всю ночь. Мы исследовали друг друга снова и снова, как будто боялись, что утро заберет эту новообретенную близость. И с каждым прикосновением, с каждым вздохом, магнетическая связь между нами крепла, становясь прочнее стали и древних заклятий.
Глава 21
Рассвет застал нас в сплетении конечностей и простыней. Первые лучи солнца робко пробивались сквозь окна, окрашивая его кожу в теплые тона. Он спал, его лицо, наконец, лишенное напряжения, казалось моложе. Рука его лежала на моей талии, властная даже во сне.
Я не спала. Лежала и слушала его ровное дыхание, чувствуя под ладонью ритм его сердца. Плоть моя была тяжелой и удовлетворенной, но разум уже просыпался, холодный и ясный. Ночью не было места расчету. Теперь он возвращался, но уже не как бездушный стратег, а как часть чего-то большего.
Он потянулся во сне, его рука инстинктивно потянулась ко мне, ищу тепла. И я, к своему удивлению, прижалась к нему, позволив этой простоте существовать. В этом был странный мир — в том, чтобы просто лежать с ним, чувствуя вес его руки и тепло его кожи.
Он проснулся не сразу. Его сознание возвращалось постепенно, и я чувствовала, как меняется его дыхание, как напрягаются мышцы, прежде чем он открыл глаза. Его взгляд был затуманенным, несфокусированным, но когда он увидел меня, в его глазах вспыхнуло осознание. И что-то еще. Нежность, которой я не видела в нем раньше.
— Эветта, — его голос был хриплым от сна. Он приподнялся на локте, его свободная рука поднялась, чтобы коснуться моего лица. Это прикосновение было иным — не жадным, как ночью, а почти благоговейным.
Я поймала его руку и прижала к своей щеке, закрыв глаза. Его пальцы были шершавыми, мозолистыми. Руки воина. Руки, которые могли убивать, а сейчас касались меня с такой осторожностью.
— Ты настоящая, — прошептал он. — Я думал, может быть это был сон. Или колдовство.
— Колдовство закончилось с рассветом, — ответила я, открывая глаза. — Осталась только я.
Он наклонился и поцеловал меня. Медленно, глубоко, без спешки. Этот поцелуй был другим — не про страсть, а про что-то более глубокое. Про узнавание.
— Я никогда… — он запнулся, отрываясь, его лоб прижался к моему. — Я никогда не чувствовал себя так. Без контроля. Без необходимости быть кем-то.
Его слова были ключом, отпирающим последний замок. Он открывался мне.
— Здесь тебе не нужно быть никем, кроме того, кто ты есть, — сказала я тихо. Мои пальцы провели по линии его плеча, чувствуя под кожей стальную силу. — Здесь только лес. И мы.
Он перевернулся на спину, увлекая меня за собой, так что я оказалась лежащей на нем, мои волосы накрыли нас. Его руки лежали на моих бедрах, твердые и уверенные.