Чтение онлайн

– Госпожа примет мое сопровождение в поездке? Чжао Ливей был сегодня здесь…

– Да, и я благодарю и господина Чжао, и Вас, Тайра-доно, за участие в нашей судьбе. Я обещаю, что как только мы с братом разрешим нашу проблему в столице, мы обязательно всё разъясним. Простите, мне есть, что скрывать, увы, и поэтому пока мне не хотелось бы лишнего внимания к нашим непростым обстоятельствам. Мост не перейден. Я надеюсь на Ваше понимание.

– Что ж, я уважаю Ваше решение. Однако, несмотря ни на что, хотел бы пригласить Вас остановиться в моем доме на все время Вашего пребывания. Вы можете рассмотреть этот вариант?

Бай Ниу внутри возликовала – это было даже больше, чем она рассчитывала получить! Да и лечение самурая требовалось закончить. Стараясь не показать волнения, она ответила:

– Ваше предложение щедрое, но я буду дерзка и приму его. В ответ я проведу полный курс массажа в качестве платы за проживание и помощь. А также покажу ряд упражнений для поддержания Вашего здоровья впоследствии и расскажу о диете, которой желательно придерживаться при Вашем заболевании. Уже поздно, я пойду. Завтра , перед поездкой, часа за два до выхода, я приду и сделаю массаж. Во сколько Вы планировали отправиться?

– В начале часа Змеи (9-00/11-00).

– Тогда ждите меня в час Дракона (7-00/9-00).

Бай Ниу поклонилась и покинула расстроенного мужчину. Хироюки оставалось лишь мечтать о ее будущем визите…Хм, такая досада…

***

Сестре и брату удалось поужинать благодаря расторопности Сэтоши, который еще и намекнул гостиничной прислуге, что вернувшиеся гости будут рады горячей воде, поэтому в номер вновь принесли все необходимое для омовения и убрали ненужное.

Лежа в постели, Ниу и Юн тихо поговорили о завтрашнем отбытии, обсудили возможное поведение в присутствии японца и охраны и незаметно заснули.

***

Бай Ниу разбудил Сэтоши, спасибо ему! Быстренько размявшись, она отправилась к пациенту и в течение часа «творила добро»: Хироюки уже не так смущался и с благодарностью отметил улучшение самочувствия.

Однако Ниу остудила его пыл запретом на конную поездку в течение всего пути следования. Сошлись на том, что часть времени он проведет с ней и Юном в повозке господина Чжао. Это заявление вернуло Тайру к благодушному состоянию.

Бай Ниу могла рисковать собой, но не пациентом. Мысленно пожелав себе удачи, она пошла собираться в дорогу.

***

Несмотря на дефицит времени, гимнастику брата она делать заставила, сократив комплекс до минимума: перерыв в тренировках сводит все усилия на нет, объяснила ему свое требование, и юноше оставалось только подчиниться. Да и сборы были недолги: рюкзак не распаковывался, прежние пожитки уместились в купленной вчера на рынке плетеной корзине, благо, нести ее будет лошадь, а не их спины.

К моменту отправки каравана из трех больших телег, кареты-повозки и шестерых охранников вышел сияющий Чжао Ливей. Он пожелал отъезжающим хорошей дороги, успешного решения проблем и выразил надежду на скорую встречу, чем весьма озадачил Бай Юна.

Хироюки-сан мудро сел на своего коня, Баи – в квадратную повозку с занавешенными плотной светлой тканью проемами по обеим сторонам, носильщики выстроились в ряд рядом с телегами, и процессия покинула двор таверны.

Управляющий Су Тай выдохнул с облегчением: зараза, наконец-то, уехала!

Глава 27

«Передвижение по древним дорогам – тот еще квест, скажу я вам» – сетовала автомеханик 21 века, очередной раз подпрыгивая на скамье внутри повозки. Несмотря на подушки под жо…, понятно, где, и сухую погоду, дорога в Ханчжоу не была ровной, как шоссе в её прошлом, и трясло пассажиров изрядно.

К вечеру болело все и даже голова, но эта, скорее от напряжения и духоты: брат не разрешал открывать занавески, а внимание Хироюки, который присоединился к ним во второй половине дня, требовало большой концентрации при разговоре.

Юн помогал, как мог, отвлекая внимание самурая вопросами о путешествиях, родине и оружии, но все равно Ниу было трудно сдерживать себя и не сболтнуть лишнего.

В конце концов, она прибегла к самому простому способу: извинилась и закрыла глаза, сославшись на усталость. Соседи по купе тоже замолчали. Так и добрались до ночевки.

«О, времена, о, скорость! Шестьдесят километров за два дня с ночевкой – предел мечтаний. Я становлюсь занудой и циником», – с грустью констатировала попаданка, когда телеги остановились в лесу рядом с небольшой деревней.

Охранники развели костер, приготовили пшеничную кашу с сухим мясом, и бивуак погрузился в темноту и тишину. Спать пришлось в повозке: сиденья откидывались к стенкам, и с трудом, но получилось прилечь на полу, согнув ноги.

Хироюки, по настоянию Ниу, разместили в телеге, сняв с неё часть поклажи. Ни возмущение самурая, ни странные взгляды охраны воздействия на девушку не возымели: выздоровеете – и спите, где хотите, точка.

***

Зарождающийся день порадовал птичьими трелями, ржанием лошадей и затекшими частями тела. Последнюю проблему Ниу решила, заставив себя и Юна выполнить комплекс тай-чи, чем повергла караван в культурный шок. И только Хироюки и Сэтоши смотрели на них с непередаваемыми выражениями на лицах: они что-то понимали.

Пока Баи разминались в сторонке, прогоняя онемение и сон, лагерь наполнился запахом чего-то вареного. Приближение гимнастов сразу вызвало вопросы присутствующих:

– Что это было?

Юн целомудренно опустил глаза долу, а Ниу более-менее правдиво рассказала, что этой гимнастике ее научил старый слуга в доме отца, много лет проведший в послушниках при монастыре где-то в Тибете. Парадоксально, но ей вроде поверили, хотя осуждение в глазах носильщиков-хань прослеживалось.

«Все-таки хорошо, что она в вуали. А Юн отъестся, переоденется и его будет трудно узнать». По крайней мере, Ниу надеялась более с этими людьми не встречаться.

***

Говорят, что самая короткая дорога – та, которую знаешь. А еще: любая дорога кончается. Всё верно: после полудня показался Ханчжоу, и караван ускорился – все хотели домой.

И только для брата и сестры Бай это означало приближение часа «ИКС». Ниу начала необъяснимо нервничать (ну, точно гормоны), Юн, видя её состояние, окна вообще закрыл наглухо, а Хироюки сочувственно молчал. Поэтому ни въезд в город, ни дорогу до дома самурая попаданка не увидела.

***

Повозка въехала во двор, прогромыхала по каменным плитам и остановилась.

– Госпожа, выходите, – услышала Ниу голос Сэтоши. – Господин ушел проследить за разгрузкой товара, я провожу Вас в дом. Пожалуйста, – сделал парень приглашающий жест.