Чтение онлайн

***

Ханчжоу, расположенный на востоке страны в устье реки Цяньтанцзян и изрезанный многочисленными каналами и реками, был заполнен судами, лодками, перевозившими грузы и людей также интенсивно, как автодороги в далеком XXI веке.

По названиям каналов можно было понять, что водные артерии играют важную роль в повседневной и экономической жизни столицы: Яньцяоюньхэ – Канал перевозок соли; Шихэ – Канал, который вел к рынку, Цайшихэ – Канал овощного рынка и прочие.

Естественно, что при таких условиях в городе имелось превеликое множество мостов и мостиков – несколько сотен! Были они прочными, широкими, зачастую высокими, из кирпича или белого камня, поэтому их закономерно облюбовали бродячие и местные торговцы: здесь устраивались лавки, шныряли лоточники… А как практично и в тоже время поэтично они назывались: Мишицяо – Мост рисового рынка, Танбинцяо – Мост, где торгуют сладкими лепешками…

***

Между тем слуга самурая продолжал информировать Баев об окружающем городском пространстве:

– Видите лодки? Их много, на них перевозят и людей, и грузы. Есть даже такие, на которые могут усесться 100 человек! А грузовые лодки тянут кули (неквалифицированные низкооплачиваемые разнорабочие в странах Юго-Восточной Азии), идущие по берегу канала. У господина есть такая, и нас часто просят городские власти что-то для них перевезти, а платить не платят – сокрушался парень. – Но отказать нельзя, начнут мешать делу.

– Вы давно живете здесь? – спросила Ниу. – И как вообще Тайра-сама попал в Великую Сун и начал торговать?

– Я с господином три года, он забрал меня из дома после смерти отца…А сам господин покинул Ямато еще в молодости. Об остальном спросите его сами, мне неловко…– ушел от темы юноша.

Пока ребята шли по кварталу, в котором находился дом Тайры, иномирянка рассматривала местную архитектуру: в качестве строительного материала использовались кирпич и керамика (поливная и бисквитная черепица, даже разноцветная), дерево и бамбук, белый камень, глина, солома.

Хоть внутрь, за забор, им заглянуть удалось лишь несколько раз (пока открывались-закрывались внушительные особняковые ворота), Сэтоши восхищенно отметил, что дворцовые постройки, административные здания, дома аристократов отличаются дороговизной и вычурностью: сплошь из белого камня, углы строений и крыш украшены резьбой в виде сказочных животных и покрыты красным лаком.

Японцу очень нравились такие дома, потому что на родине жилье не было столь разнообразным и основательным, если не считать замки представителей императорской семьи или военных кланов.

Ниу убедилась, что основным типом жилища в столице Великой Сун, также как и в истории её страны, был дом-усадьба (сыхэюань), для которой характерно стремление к правильной организации, наличии оси север - юг, использование двора, огороженного с трех или четырех сторон, внутри которого разбивались сады, входившие в общую композицию. Постройки (жилые и хозяйственные) были преимущественно одноэтажными, но здесь, на юге, строились здания в два и более этажей, особенно в усадьбах знати.

Когда трое молодых людей, наконец, добрались до Вайчэна (Внешнего города), то попали в царство мастерских по изготовлению одежды, обуви, мебели, домашней утвари, вееров, зонтов, туши, жертвенной утвари, ювелирных изделий и так далее!

Здесь располагались также гостиницы и постоялые дворы, в основном, двухэтажные, а вот жилища торговцев и мастеровых были не так хороши: один этаж, деревянный каркас, земляные стены, соломенные крыши, изредка только черепичные как показатель благосостояния владельца (например, в увеселительных кварталах – вацзы) и глухие внешние заборы.

– Сэтоши-кун, откуда ты все так хорошо знаешь? –спросил в какой-то момент Бай Юн так и не оставившего их паренька-иноземца. – И тебя не будут ругать, что ты с нами так долго возишься?

Тот сначала смутился, посмотрел на Бай Ниу и, вздохнув,тихо ответил:

– Меня господин специально отправил с вами. Он просто беспокоится, не подумайте чего! А город я изучил тоже по приказу Тайры-доно! Но мне и самому очень интересно! Вот я и хожу по столице, когда хозяин ненадолго уезжает и не берет меня с собой, смотрю, изучаю, а ещё – слушаю внимательно! Мне трудно говорить, но понимаю речь я лучше. К нам в дело часто нанимаются местные, они болтают о своей жизни, о родных, случаях всяких. Ну а я…– Сэтоши покраснел, но продолжил. – Я не лазутчик! Просто мне не с кем особо поговорить, а вам город посмотреть захотелось, вот так и..

Ниу похлопала расстроенного парня по плечу и сказала:

– Спасибо, Сэтоши! Мы не думаем о тебе плохо – Юн энергично закивал, подтверждая слова сестры. – Ты иностранец, а столицу нашего государства знаешь лучше нас. Поэтому брат и задал такой вопрос. Мы рады, что ты сейчас с нами, не волнуйся, пойдем дальше.

И они двинулись вперед. В толпе сновали кули, несущие грузы на коромысле, впрягшиеся в одноколесные или в двухколесные тачки, перевозя тяжести, а ещё попадались ослы, везущие поклажу на спине или запряженные в повозку.

Несколько раз им встретились носильщики с ведрами, наполненными водой, и Ниу задала гиду вопрос:

– А что, воду тоже продают?

– Да, таково распоряжение префекта. Воды-то вроде много вокруг, но она нечистая, вызывает недомогания и болезни всякие. Общедоступных колодцев мало, вот и продают те, у кого есть во дворах источники, воду соседям – с разрешения властей, разумеется. Господин отказался от такого бизнеса, пришлось много заплатить…

– То есть, питевой воды недостаточно? Для остальных нужд из каналов берут, наверное…Ладно, а если пожар разгориться где?
– полюбопытствовала иномирянка.

– О, это интересно! Вон, посмотрите, видите кирпичную вышку? Это специально построенные, в равноудаленных друг от друга местах, обычно –возвышенных, помещения для стражей, которые должны постоянно следить за вверенной городской территорией и пресекать пожары, если вдруг заметят! Они сразу туда бегут и едут на повозках всем отрядом тушить, у них ведра есть для этого, палки с крючками, топоры, пилы, веревки и канаты, железные кошки…

– И как, успевают? – спросила снова Ниу.

– В нашем квартале не было пожаров, поэтому – не знаю, но работники говорили, что чаще всего хоть немного добра и строений, но спасают или не дают пожару разгореться больше и дальше – ответил Сэтоши.

***

Когда солнце встало в зените, экскурсанты решили найти затененное место и поесть, благо, едальных заведений им попадалось предостаточно: под навесом тут и там стояли грубо сколоченные столы и лавки, а хозяева обслуживали посетителей споро и дешево. Лапша, немного закусок и возможность дать отдых ногам привела туристов в благодушное расположение духа: они сидели чуть в стороне от движущейся разномастной толпы и наблюдали за городской суетой.

В основном мимо них двигались пешие, но периодически улица оглашалась пронзительными криками возниц или носильщиков, требующих освободить дорогу.