Пять поросят (= Убийство в ретроспективе)
Шрифт:
– Когда я спросил, любил ли Эмиас ребенка, - сказал Пуаро, - я имел в виду его собственную дочь.
– А, вы говорили про малышку Карлу? Она тоже была всеобщей любимицей. И Эмиас, когда был в настроении, с удовольствием с ней возился. Но его привязанность к девочке ни в коем случае не помешала бы ему жениться на Эльзе, если вы об этом меня спрашиваете. Такого чувства к дочери он не испытывал.
– А Кэролайн Крейл была очень привязана к ребенку?
Что-то вроде судороги исказило лицо Филипа.
– Не могу сказать, что она была плохой матерью. Нет, не могу. Единственное...
– Да, мистер Блейк?
– Единственное, что вызывает у меня чувство боли во всей этой истории, - с горечью отозвался Филип, - это мысль о ребенке. При каких трагических обстоятельствах началась, по существу, ее жизнь! Ее отправили за границу к двоюродной сестре Эмиаса. Я надеюсь, очень надеюсь, что ей и ее мужу удалось утаить от ребенка правду.
Пуаро покачал головой.
– Правда, мистер Блейк, имеет обыкновение обнаруживаться. Даже по прошествии лет.
– Не уверен, - пробормотал маклер.
– В интересах истины, мистер Блейк, - продолжал Пуаро, - я хочу попросить вас кое-что сделать.
– Что именно?
– - Я хочу попросить вас подробно описать все события, имевшие место в те дни в Олдербери. То есть я прошу вас в письменной форме изложить ваши воспоминания, связанные как с самим убийством, так и с сопутствующими ему обстоятельствами.
– Но разве можно после стольких лет упомнить все в точности и последовательности?
– Почему же нет?
– Потому что прошло так много времени.
– Именно по прошествии лет в памяти остается самое главное, отсекая все несущественные детали.
– Вы хотите получить общее изложение фактов?
– Ни в коем случае. Мне нужно подробное, добросовестное описание всех событий в том порядке, в каком они происходили, и всех бесед, которые вы в состоянии припомнить.
– А что, если я не правильно их запомнил?
– Постарайтесь изложить их так, как они вам помнятся. Конечно, кое-что вы подзабыли, но этому уж ничем не поможешь.
Блейк с любопытством смотрел на него.
– А зачем все это? В полицейском досье вы найдете значительно более аккуратное изложение фактов.
– Нет, мистер Блейк. Меня интересует психология. Мне не нужны голые факты. Мне нужен ваш собственный отбор фактов. Время и память помогут вам сделать выбор. Возможно, имели место эпизоды или были сказаны слова, которых мне никогда не найти в полицейских досье, ибо вы никогда о них прежде не упоминали, либо не придавая им значения, либо не желая о них говорить.
– Эти мои воспоминания будут опубликованы?
– резко спросил Блейк.
– Разумеется, нет. Прочту их только я. Они помогут мне сделать определенные выводы.
– И вы не будете из них ничего цитировать без моего согласия?
– Разумеется, нет.
– Хм, - задумался Филип Блейк, - я очень занят, мсье Пуаро.
– Я прекрасно понимаю, что вам придется затратить на это время и усилия. Я был бы рад договориться о гонораре. В разумных пределах.
Наступило молчание.
– Нет, - вдруг выпалил Филип Блейк, - если я уж возьмусь за это дело, то бесплатно.
– Значит, возьметесь?
– Помните, я не могу поручиться за надежность своей памяти, предупредил Филип.
– Это вполне понятно.
– В таком случае, - сказал Филип Блейк, - я с удовольствием это сделаю. По-моему, я обязан сделать это... из дружбы к Эмиасу Крейлу.
Глава VII
ВТОРОЙ ПОРОСЕНОК ЗАБИЛСЯ В АМБАР...
Эркюль Пуаро был не из тех, кто пренебрегает деталями.
Он тщательно продумал тактику подхода к Мередиту Блейку. Мередит Блейк, был уверен он, очень отличается от Филипа Блейка, и его нельзя брать штурмом. Тут следовало действовать не спеша.
Эркюль Пуаро знал, что есть только один способ проникнуть в эту крепость. Необходимо запастись рекомендательными письмами. Причем эти письма ни в коем случае не должны быть от его коллег по профессии К счастью, за годы карьеры Эркюль Пуаро обрел друзей во многих графствах. В том числе и в Девоншире. Он стал вспоминать, кто ему может помочь в Девоншире И нашел двух людей, которые оказались знакомыми или друзьями мистера Мередита Блейка. В результате чего и явился к нему во всеоружии: одно письмо было написано леди Мэри Литтон-Гор, вдовой благородного происхождения, но с ограниченными средствами, ведущей весьма уединенный образ жизни, а второе - адмиралом в отставке, семья которого продолжала обитать в Девоншире уже в четвертом поколении.
Мередит Блейк принял Пуаро в состоянии некоторого замешательства.
Последнее время, чувствовал он, очень многое в жизни изменилось. Например, когда-то частные сыщики были только частными сыщиками, которым либо поручали охрану подарков на деревенских свадьбах, либо предстояло распутать какое-нибудь грязное дельце.
Но вот что пишет леди Мэри Литтон-Гор: "Эркюль Пуаро - мой старый и близкий друг. Убедительно прошу вас оказать ему посильную помощь". А Мэри Литтон-Гор никак нельзя отнести к тем женщинам, которые имеют Дело с частными сыщиками. И адмирал Кроншо писал: "Отличный малый, превосходно соображает. Буду признателен, если вы сочтете возможным ему помочь. И человек он интересный, может рассказать немало занимательного".
И вот он явился. Странный тип: не так одет, ботинки на пуговичках, немыслимые усы! Явно не в его, Мередита Блейка, вкусе. Сразу видно, что не охотник и не картежник. Иностранец, одним словом.
Посмеиваясь в душе, Эркюль Пуаро с легкостью читал мысли, которые роились в голове у Мередита Блейка.
Он сразу почувствовал, насколько вырос его интерес, как только поезд доставил его в Вест-Кантри. Теперь он собственными глазами увидит те места, где когда-то разыгрались события.
Именно здесь, в Хэндкросс-Мэнор, жили два брата, отсюда они ходили в Олдербери, где шутили, играли в теннис и дружили с юным Эмиасом Крейлом и девушкой по имени Кэролайн. Отсюда Мередит отправился в Олдербери в то роковое утро. Было это шестнадцать лет назад. Эркюль Пуаро с любопытством посмотрел на человека, который в свою очередь вежливо, но не без тревоги взирал на него.
Мередит Блейк был именно такой, каким Пуаро и ожидал его увидеть: очень похож на английского джентльмена из сельской местности, довольно стесненного в средствах и увлекающегося охотой и спортивными играми на свежем воздухе.
Поношенный пиджак из твида, обветренное, но с приятными чертами и выцветшими голубыми глазами лицо, нечетко очерченный рот, неровная щеточка усов. Мередит Блейк, решил, Пуаро, совсем не такой, как его брат. Держался он неуверенно, мыслил явно лениво. Казалось, будто с годами ритм его жизни становился все более медлительным, в то время как у его брата, наоборот, ускорялся.