Чтение онлайн

Она бросает очередной смущённый взгляд в сторону Акеллы. И снова полное отсутствие реакции.

— Оно по-прежнему сидит на тебе идеально, — от чистого сердца подбадриваю рассказчицу, но получаю лишь грустную улыбку.

— Кстати, персонал у них человечный. Одна из официанток перехватила меня у уборной и предупредила, чем этот индюк прославился. Ну я как ни в чём не бывало вернулась за столик и заказала десерт от шефа до кучи. Ковырнула пару раз вилкой и сказала, что мне нужно на пару минут отойти, маме позвонить. Он пообещал ждать с нетерпением. Терпение, кстати, у него так себе. Уже минут через пять раскалил мне телефон. Пришлось заблокировать его номер.

— Увидеть бы его лицо, когда принесли счёт, — вздыхаю мечтательно.

— Вот тут не расскажу. Чего не видела, того не видела. Но мне тоже было любопытно, поэтому засела неподалёку от «Тиффани». Приехал какой-то мужик на мерине и чуть ли не за шкирку придурка выволок. Я ж потом не выдержала — вернулась спросить, чего он официантке заливал-то. Говорит, когда счёт увидел, его чуть удар не хватил. Мямлил, что при себе столько нет, но вот-вот должны подвезти… Девчонка тоже не промах попалась, заявила погромче, мол «Ничего, мы можем подождать, если вам не хватает!". Там ещё несколько посетителей повернули голову в их сторону. Адам реально оттуда выскочил весь красный.

— Боже, ну и лох! Чувствую, после разговора с батей, ему нескоро свои брекеты сушить захочется, — ухмыляется Акелла, вызывая у меня желание стукнуть себя по лбу.

Дважды я погорела и оба раза позора можно было легко избежать, просто заглянув парню в рот.

— Ксюша? Очнись. Мы ждём ответ.

Взгляды собравшихся у костра обращены ко мне. Герман, мать Костика, мои родители — все с любопытством смотрят на меня. Даже сидящая на руках Соколовского Дарья выжидательно хлопает глазками-плошками. Очевидно, я чересчур увлеклась, изучая посты на стене Злобина, и пропустила в разговоре что-то важное.

Забавно, я теперь знаю фамилию Славы и то, куда он отправился праздновать свой день рождения, но представления не имею, что происходит у меня под носом.

— Ксения! Где ты витаешь? — закипает отец, присоединяясь к ранее заданному вопросу.

Я привычно ищу помощи у друга. На лице, раскрашенном рыжими отблесками огня, ни единой подсказки, одна досада. Раньше, когда мне случалось выпадать из беседы, Костя всегда приходил мне на выручку. «Раньше» закончилось. В конечном счёте каждый преследует свой интерес.

— Сеня, а ну!.. — Грозит пальчиком Дарья.

— У меня передоз свежим воздухом, — ворчу с намёком на перепалку перед самым отъездом.

Я горячо люблю родителей, но они совсем не оставляют пространства для личной жизни. Могли бы прислушаться и не тянуть впервые упёршуюся меня загород, да ещё с ночёвкой.

Совесть грустно вздыхает, намекая на проблемы с ясностью. Сознаться в причинах я всё же не отважилась.

— А по-моему, у тебя облучение гаджетом, — не сдаётся отец.

— Извини, что копаться в телефоне мне интересней, ваших студенческих баек. У меня тоже всего одна молодость, знаешь ли. И вспомнить из неё мне будет нечего. — Выдержка сдаёт. Рубить правду, как она есть, на редкость неприятно. Зато после признания меня переполняет лёгкость, способная выдернуть в соседнюю галактику. По крайней мере, флягу мне срывает точно, ибо поток претензий не остановить. — Мне девятнадцать. Только вдумайся! Девятнадцать! А я отпрашиваюсь даже в магазин!

— Ксюша… — перебивает мама, сокрушённо прикрывая глаза.

— Что Ксюша? Ксюше ничего нельзя! Нельзя вас волновать, нельзя ошибаться и витать в облаках, оказывается, тоже нельзя. Да знаете что? Хочется вам уныло кормить комаров на природе — вперёд. А я еду в клуб. Напиваться и позволять парням лишнего не буду. В остальном… Телефон не выключаю. Вернусь, когда вернусь.

Решительно поднимаюсь с поваленного пня, задираю рукав, смотрю на часах время — уже довольно позднее для детских утех. Самое то, чтобы резко сорвать пластырь душной опеки.

— Дочь, погоди-ка! — подрывается папа. — Мы не договорили.

— Я всё сказала. — Тороплюсь убраться, надеясь, что никто не заметит, как от стыда начинает гореть моё лицо. Ну не дура ли?

Позади слышно, как шипит костёр. Похоже, отец, подскакивая, пролил в огонь содержимое кружки.

— Стоять, я сказал!

— Пусть идёт, — стальные нотки в тоне матери звучат нечасто, но действуют на него безотказно.

Я беспрепятственно продолжаю идти к выходу с территории туда, где расположена автостоянка. А вот и первый минус внезапных решений — обдумать всё как следует я не удосужилась. Придётся возвращаться к отцу на поклон. Без ключей от его машины мне с турбазы не уехать.

Боже, это так унизительно!

— Я побуду с ней.

Неожиданное заявление Соколовского топит волной благодарности. Вспышка гнева прошла и наглости смотреть в глаза родителям, да ещё при посторонних, я теперь вряд ли наскребу.

— Спасибо, — бросаю тихо, когда Костя меня нагоняет.

— Ты всё правильно сделала.

— Серьёзно?

Он не перестаёт удивлять меня сегодня. Я ожидала как минимум нотаций. Наверное, потому что сама от себя в лёгком шоке.

— Даже если в чём-то ошибаешься, молчание не выход. Храбрая речь. Я б так не смог.

Лукавит, конечно, но мне всё равно чертовски приятно. Как бальзам на душу, честное слово.

— А всё-таки, о чём меня спрашивали? — перевожу тему смутившись.

И смущаюсь ещё больше, поймав взглядом край шальной улыбки.

— Дарья назначила меня своим женихом. Хотела узнать твоё мнение.

— И не мечтай, старпёр.

— А по-моему, самый сок, — разворачивается он, копируя мою снисходительную интонацию и претенциозно поднимая бровь. — Куда хоть собралась?

Кот пользуется моментом, чтобы пригласить меня к своей машине. Всё. Моё искренне обожание отдано целиком и полностью.

— Предлагаешь услуги извозчика? — уточняю голосом полным надежды.

— У тебя разве поменялись планы?

— Нет.

— И я правильно понял, что домой ты не хочешь?

— Однозначно! — Киваю, резво забираясь на пассажирское место. Меня дважды приглашать не надо.

Погода кочевряжится, как капризная барышня. Пока мчим по окаймлённой полями дороге, заходящее пыльное солнце всего пару раз обжигает глаза из-за туч.

— Про клуб… Это была шутка? — заговаривает Костя, обгоняя одинокий грузовик.

— Нет!

— Врёшь.

— С чего ты взял?

— Клуб — это место, куда ходят с друзьями. Ты там никого не знаешь.

— Я познакомлюсь, — беспечно делюсь планами. — Итак, с маршрутом мы определились. Твоя очередь отвечать на вопросы.

— Ну до клуба я тебя вряд ли довезу. Извини, барахлит навигатор. — Он утопает в глубине водительского кресла, отдаляясь от моего скептичного взгляда. — В остальном, чего ж не ответить? Жги, подруга.

Беру паузу, примеряясь, с какой стороны зайти, чтобы вышло по моему. Сосредоточенно тру переносицу, скашиваю глаза на Соколовского. Мой взгляд застывает на его губах. Я подвисаю, размышляя, что в них такого особенного? Вроде мёдом не намазаны, а уши начинает печь как у воришки, пойманной в кондитерском отделе. И, как следствие, выпаливаю совсем не то, что собиралась.