Чтение онлайн

Сержант проявлял явные признаки нетерпения, не решаясь вмешаться в диалог двух комиссаров.

– Роберт, ты хочешь что-то добавить? — Смит обратил внимание на сигналы сержанта.

– Прошу прощения, но я не успел сказать — машина стояла на другой стороне дороги, лицом в сторону въезда на виллу.

Минуту в кабинете стояло молчание, затем Сэм, откашлявшись, обратился к сержанту:

– Ты хочешь сказать, что Моррисон возвращался на виллу, но не доехал?

Сержант не решался ответить, и Смит пришел ему на помощь.

– Возвращался добровольно или кто-то возвращал его насильно.

– Может, ты добавишь что-нибудь более конкретное?

– Конкретное не могу, а порассуждать — пожалуйста.

– Мы ждем.

– Начнем с того, что вряд ли по этой дороге ездят автобусы — это надо проверить, а если и ездят, то один-два в день, и не по воскресеньям. Если с этим согласиться, то убийца или убийцы приехали на своей машине. Сомневаюсь, что при такой погоде остались следы, но чем черт не шутит — тоже проверим. Не исключены несколько вариантов: например,

Моррисон забыл что-то сделать и решил вернуться, или, на обочине стоит машина, и водитель просит о помощи. Дальнейший сценарий можно себе представить: преступник просит подвезти до Оксфорда и садиться в машину. Для маленького и хрупкого пожилого человека достаточно одного удара, чтобы лишить его жизни или сознания. Машину возвращают или к тому месту, где спрятана своя, или просто ближе к свету. С Моррисоном расправляются, грабят и уезжают. Возможен вариант, когда встреча с человеком, убившим нотариуса, была обусловлена заранее. Хотите еще или достаточно?

– Спасибо, Смит, достаточно. Как всегда ты вываливаешь кучу всяких предположений и благосклонно разрешаешь другим в них разбираться. Лучше проверь, когда будут готовы результаты осмотра машины.

– Пойду и потороплю их.

Когда за Смитом закрылась дверь, Сэм обратился к сержанту:

– Теперь расскажи подробно, ничего не упуская, все, что ты узнал о доме Вольского и его обитателях.

– С чего начать, сэр? С описания дома или членов семьи и гостей?

– Мне все равно — как тебе удобно.

Но сержант не успел начать, как в кабинет вошел полицейский с сэндвичами и кофе.

– Неужели это ваш комиссар такой заботливый? — наигранно удивился Сэм.

– Так точно, сэр.

– Надо же, наконец-то на старости лет усвоил приличные манеры!

– И тебе советую подумать об этом же. — В комнату вошел комиссар Смит. — Давайте перекусим и почитаем протокол обследования машины, и, заодно, посмотрим кое-что еще.

– Ты уже ознакомился? Что-нибудь срочное?

– Десять минут потерпит.

– Сержант, не стесняйся. — Сэм заметил нерешительность молодого человека. — Я понимаю, начальство объедать неприлично, но мне нужен живой и здоровый помощник.

На несколько минут в комнате воцарилось молчание.

Дождь порывами хлестал по стеклам. Сэм подошел к окну: участок вокруг полицейского управления освещался достаточно хорошо, и в конусах света, отбрасываемых фонарями, метались, подгоняемые ветром, потоки воды. «Небо горько плачет по душам, ушедшим в мир иной. — Он невольно представил себе скорбную картину в доме Вольских. — И не только небо: старый адвокат был главой большого клана, и, судя по его характеру, уму и мужскому обаянию, любимым и уважаемым. А Моррисон? Кто оплакивает его?..»

– Джон, надо дать объявление в утренние газеты с просьбой сообщить, проезжал ли кто-нибудь по этой дороге в интересующее нас время.

– Стареешь, комиссар — уже сделали; раньше ты бы и не спрашивал.

– Согласен, не молодею. Но и ты мало похож на юного петушка. Давай, похвастайся работой своих специалистов.

Смит вытащил из папки несколько листов, бегло просмотрел и начал вслух:

– Так. Вступление пропустим, и если коротко, важны три пункта: первый — в машине не обнаружено следов крови, борьбы или каких-нибудь тяжелых предметов, представляющих для нас интерес. Второй: проявились отпечатки пальцев трех человек; одни из них принадлежат покойному, двое других по нашей картотеке не проходят, так что пусть помучаются столичные специалисты. И, наконец, третий. На полу, возле сидения водителя, найдены кусочки земли с нечеткими следами рифленой подошвы. Это не обувь Моррисона, и нужно искать хозяина».

– Это уже кое-что, — отреагировал Сэм. — Имеется еще что-нибудь?

– Персонально для тебя, Скульптор.

Джон взял со стола пакет и вытащил из него шахматную доску.

– Эта вещица была обнаружена в пакете под сидением водителя; скорее всего, грабители ее не обнаружили, а ведь она весьма дорогая. Ты, как известный специалист в Скотленд-Ярде, оценишь по достоинству. Смотри — одна доска чего стоит: дорогие породы дерева, ну а фигурки — просто фантастика!

Насмешки коллег мало задевали комиссара; он оценивал свой уровень не выше любительского, но был способен по достоинству оценить чужое мастерство. «Это — рука художника! И дело не только в тонкости линий и изяществе форм». Сэм расставил фигуры на доске, пытаясь прочувствовать свое ощущение не от каждой детали, а от всей композиции в целом.

– Смотрите, коллеги, весьма символическая для нашей ситуации находка: если мне не изменяет память, по-персидски «шах мат» — царь умер. Умер «царь» Давид.

– Сэм, ты ударился в лирику. Лучше прочти записку, что нашли в пакете вместе с шахматами.

Комиссар развернул сложенный пополам листок и прочел вслух текст, написанный нетвердой рукой:

– Науму — моему единственному и любимому племяннику. Побеждай врагов, но оставайся человеком в любых ситуациях (Подпись).

– Это подпись покойного адвоката — я хорошо знаю ее. — Сэм еще раз прочел текст. — Почему этот подарок оказался у Моррисона? Сержант, кто такой Наум? Ты встречался с ним?

– Да, сэр. Он — гость семьи Вольских, из России. Желаете более подробную информацию или сами хотите поговорить?

Сэм посмотрел на часы — третий час ночи.

– Сейчас, пожалуй, нет. Я думаю, коллеги согласятся со мной, что ехать сейчас в дом покойного и бессмысленно, и безжалостно. Уверен, что сержант сделал все необходимое при первом осмотре, и поделится с нами утром. Завтра предстоит тяжелый день, и не мешало бы три-четыре часа отдохнуть, особенно мне, пенсионеру. Джон, закажи гостиницу и в восемь часов утра забери меня оттуда.

Лежа в холодной и неудобной кровати, Сэм пытался еще раз пройтись по полученной информации и продумать главные действия на завтра, но усталая голова отказывалась работать. События могут оказаться непредсказуемыми; единственное, в чем он был уверен, утренние газеты не преминут бросить камень в сторону Скотленд-Ярда. Можно поставить десять к одному, что самым невинным заголовком будет что- то вроде: «Двойное убийство за спиной защитников прав и порядка».

ГЛАВА 3

Ночь не внесла корректив в погоду: утро оказалось таким же дождливым и ветреным, как и весь вчерашний день. Те неполные четыре часа отдыха, что Сэм провел в постели, нельзя было назвать сном; Шоу относился к той категории людей, для которых сон не в домашней постели, по крайней мере в первую ночь, всегда чуток и неполноценен.