Чтение онлайн

Тирин сам выбрался из клоста и упал на лед. Он лежал в неестественной позе, выпучив глаза и загребая пальцами снег.

Кэль подбежал к Тирину. Слезы выступили на глазах юноши.
– Зачем? Ну зачем, отец?

– Тебе слишком тяжело... сынок... агх... как же... больно...

– Я справлюсь, отец! Давай, осторожней, я помогу тебе залезть обратно.

– Нет!
– Кэль чуть не закричал, когда Тирин с неожиданной силой сжал его руку.
– Мой срок пришел. Только... без меня... ты спасешь... Брета.

Кровь выступила из-под повязок Тирина. Его лицо было белее снега, на котором он лежал, а синие губы тряслись.

– Прости меня, - Кэль прижался к Тирину.

– Ты последний, Кэль. Последний рыцарь. Я обещал твоей матери, что... защищу тебя. Не смог. Как я теперь взгляну ей в глаза?

– Не бойся, отец!
– Кэль поцеловал Тирина в лоб, его горячие слезы скатывались с холодной кожи старого охотника.

– Так страшно...

– Ты всегда был храбрым, отец. Ради меня. "Господи, помоги ему!"

– Есть те, кто желает твоей смерти, Кэль. Они скоро придут, я знаю это. Создатель открыл мне эту истину на границе между мирами.
– Тирин сейчас говорил очень четко и ясно. "Может ему уже легче? Может он выживет?" - зажглась надежда в душе Кэля.

– Я сейчас больше всего боюсь, что увижу колесницу. Я боюсь, что большую часть жизни ошибался.

– Ты не ошибался, отец. Всю свою жизнь ты боролся за истину. Я продолжу твою борьбу и не забуду Единого Бога.

– Люблю...
– глаза Тирина замерли, а дыхание почти остановилось.

– Папочка, - всхлипнул Кэль.
– Я тоже люблю тебя.
– Юноша упал рядом с отцом и разрыдался. Через минуту грудь Тирина поднялась в последний раз.

Кэль не знал, сколько времени просидел на снегу возле тела Тирина. Солнце скрылось за плотными сплошными облаками, белая туманная дымка окружала одинокого путника со всех сторон. Юношу начала одолевать сонливость, вернулось ощущение длинных костлявых пальцев, делающих ему успокаивающий массаж. Ветер свистел нежную убаюкивающую мелодию, а снег манил, словно пуховая подушка.

– Ради Брета...
– прошептал Кэль и тяжело поднялся на ноги. Ему показалось, что в белой дымке вдали появились крупные существа. Кэль с трудом вскарабкался на мертвого клоста и сощурился, вглядываясь в туман.

– Господи! Это же хищные клосты. Только их еще не хватало, - пробормотал Кэль.
– Эти твари очень трусливы и никогда не нападут на живого человека, но с удовольствием попируют мертвым клостом. И мертвым человеком тоже.
– Кэль бросил полный боли взгляд на тело Тирина.
– Я не могу взять его тело с собой, слишком тяжело. И оставить не могу, хищные клосты растащат его на куски.

Кэль представил, как он возвращается за телом Тирина и находит лишь обглоданные кости и обрывки одежды, а чуть в стороне валяется его наполовину объеденная голова с одним глазом.

Тошнота подступила к горлу Кэля. "А если спрятать тело? Засыпать снегом и льдом. Вряд ли хищные клосты догадаются раскопать его. Но здесь нет осколков льда, придется идти обратно к полынье, а одного снега будет мало. Уйду и оставлю клоста им на съедение".
– А если потащить клоста обратно к полынье? Господи, нет! Я совсем выбьюсь из сил. Да и закопать Тирина сил уже нет.

Кэль, словно наяву, увидел, как истощенный Брет умирает у него на руках. В голове всплыли слова Тирина: "У нас есть выбор: рискнуть или дать Брету умереть. Ты готов сделать этот выбор?"

– Сейчас похожая ситуация, отец. Дать Брету умереть или оставить твое тело на поругание. Но в отличие от того раза, теперь я готов сделать выбор.

Кэль снова впрягся в сани с тушей клоста.
– Ради Брета, - прошептал юноша, бросая последний взгляд на тело отца.

– Лишь бы не замерзнуть, лишь бы не замерзнуть, - бормотал Кэль, вытягивая сани на заснеженный берег. "Дотянуть сани до длинного дома я не смогу, нужно спрятать тушу и бежать за помощью".

К счастью, на берегу у охотников была потайная пещера, куда они в теплые месяца прятали добычу от хищных клостов и птиц. Завалив пещеру снегом, Кэль начал подъем на Скалу.

Руки то и дело срывались с обледенелых камней, когда юноша пытался сократить путь и забраться по камням. Узкие и крутые тропинки виляли между огромных булыжников и иногда уходили от поселения клана на добрые поллиги. Поэтому Кэль упрямо полез к карнизу, с которого он утром смотрел на море.

Ветер хлопал ленточками на обледеневшей ветке, со скрипом покачивающейся на одиноком каменном карнизе над морем. Рука в ободранной перчатке, покрытой темной кровью и инеем из последних сил вырвала ветку из дощечки и бросила на землю. Кэль упал рядом со столом, который они утром возвели с отцом.

– Почему Тирин? Почему?
– Кэль устало откинулся на камни. Продолжать путь у него больше не было сил. "Господи, я так хотел, чтобы он жил".

Кэлу почудилось, что в свисте ветра он услышал свой диалог с Тирином.

"- Бог не оставит нас.

– Также, как он не оставил моих родителей?

– Как не оставил тебя".

– Ты снова не оставил меня, Великий Создатель. Но почему ты помог только мне? Почему?!
– крикнул юноша небесам. Белесые облака оставили его вопрос без ответа.

Кэль попытался подняться, но снова упал.
– Они же не догадаются, что я спрятал тушу в пещере. Они даже не знают, что мы смогли её добыть, - пробормотал Кэль.

– Смотри, какое место я нашел! Здесь отличный вид на море.
– Звонкий голос Мейта вырвал Кэля из сонного оцепенения. Он с трудом приподнялся на локтях и попытался крикнуть, но из горла вырвался только сиплый вздох.

– Море зимой скучное, - ответила Мейту девушка. Её тихий, чуть с хрипотцой голос Кэль бы никогда не спутал. С Мейтом пришла Джоль.

– И ничего оно не скучное. Давай, я помогу спуститься.
– Мейт говорил быстро и громко, словно боялся, что Джоль передумает и уйдет.

– Не надо, Мейт. Я лазаю по горам всяко лучше горшечника.

– А варишь еду в моих горшках, - обиженно ответил юноша.

– Моя мать покупает горшки у Тольда.

– У меня лучше.

– Сомневаюсь.

Фигура Джоль появилась из-за нависающего над карнизом каменного козырька. Девушка не замечала Кэля, осторожно цепляясь за выступы в скальной породе. Мейт на четвереньках подполз к краю, осматривая море. Через секунд пять он перевел взгляд вниз.