Чтение онлайн

Небольшое белое облако скрыло солнце. Края его источали режущее глаз сияние, но все прочее на несколько мгновений погрузилось в приятное, теплое спокойствие приглушенного света, исходившего от высокого голубого неба. Краски мира тут же стали более глубокими и насыщенными. Эмхир услышал, как где-то совсем рядом переговаривались какие-то девушки. Ворон собрался уходить, но одна из них вышла прямо к нему и, увидев его, радостно улыбнулась.

– Высокий Гарван, - сказала она, кланяясь.

– Разда, - Эмхир кивнул в ответ.

На южанке было простое выцветшее платье, вокруг талии на манер передника был завязан платок, в который Разда собирала моллюсков. Она чуть опустила руку, так что несколько раковин упало обратно в воду.

– Как велика щедрость этих вод, - произнесла Разда.
– Милостью Девяти...

Она ступила на белесый песок и подошла к Гарвану.

– Река всегда была щедрой, но милостью Девяти, она теперь куда спокойнее. И безопаснее.

– Говорят, Старшие Гарваны помнят наяд и других существ, которые раньше встречались здесь, - сказала Разда, с интересом глядя на Эмхира.

Эмхир усмехнулся.

– Помнят. Эти существа есть и сейчас, но выше по течению.

– Значит, все те же тайны хранит Великая Река, - в голосе Разды слышался благоговейный трепет.
– Знаешь, о Гарван, несколько дней назад я видела, как рыбаки выловили каменную голову. Красоты - невиданной. Я просила отдать ее в Этксе, но они решили продать ее купцам... Такой красоты Гафастан лишится теперь...

Эмхир внимательно посмотрел на Разду.

– А ведь это тоже дар Великой Реки, - Разда грустно вздохнула, глядя на воду.

– Сколько даров еще сокрыто, - произнес Эмхир.
– Но они всегда находят достойных хозяев. Когда приходит время.

– Находят. Три Милостивые не зря проливали свои слезы. Мне нравится думать, что мы и сейчас можем прикоснуться к ним. Удивительно близки к нам Милостивые.

– Я видел недавно, как служители Вириде опускали на воду нарциссы.

– Я всегда хотела посмотреть, но это зрелище доступно лишь глазам тех, кому покровительствует сама Вириде, - Разда грустно улыбнулась Эмхиру.

Большая серебристо-серая бабочка опустилась на плечо Эмхира. Нойр того не заметил, а Разда протянула руку и смахнула бабочку.

Эмхир осторожно перехватил запястье Разды, и произнес:

– Три Милостивые: Мейшет, Вириде и Амра. И я не знаю, в чьи глаза я смотрю.

– В глаза той, которую хочешь видеть, - едва слышно ответила она, хотя точно знала, которая из Девяти теперь брала их под свое крыло.

Разда хотела что-то еще сказать, но над водой послышался взволнованный возглас.

Словно извиняясь, она подняла глаза на Эмхира и произнесла:

– Тави зовет, о Гарван.

Эмхир едва заметно склонил голову.

Разда шагнула к воде. Несколько моллюсков выпало из ее платка, но она не обратила на то внимания и заспешила прочь, увязая по щиколотку в иле.

Эмхир провожал ее взглядом, ловя каждое движение, каждое очертание. Он запомнил, что Разда говорила о каменной голове невиданной красоты, но не представлял, что в мире может быть прекраснее самой Разды. Он подобрал с песка, еще хранившего следы южанки, оброненного ей моллюска, повертел в руках, чувствуя борозды на темном панцире, и бросил его в воду.

***

– Как я ненавижу все это, - процедил Кадор, проходя в комнату.

– Разве у Гарванов есть чувства?
– засмеялась женщина и коснулась рукой золотого торквеса.

– Да, Зэрмелис, есть, представь себе, - Гарван сдернул край тагельмуста и опустился на усеянный подушками ковер.

– Да я знаю, - грустно улыбнулась она в ответ.
– Знаешь кто был у меня в доме сегодня ночью?

Кадор покачал головой.

– Ваша правящая нойрин и ее любовник, что ходит стражем при караванах.

– И давно?
– нахмурился Кадор.

– Как только его караван приходит - они тут же бегут ко мне. В этот раз особенно задержались.

– О чем говорили - знаешь?

Зэрмелис прикусила губу.

– Я вообще не подслушиваю...

Кадор выразительно посмотрел на жену ювелира.

– Но в этот раз, поскольку я все ждала, когда можно их будет выпроводить, да, я слышала кое-что из их бесед.

– И что же?

Зэрмелис замялась, припоминая, и произнесла:

– Ну, они что-то про Рух там... Нойрин Сванлауг говорила, что это их... как же? Дух Покровитель или что-то такое. В общем, она была далеко не грустна и даже сказала что-то про то, что Гарваны, возможно, смогут вернуть себе свои прежние способности. И даже на Север вернуться. Как-то так.

Кадор поднял брови.

– Теперь я не удивляюсь, почему Сванлауг хотела сперва отправить меня охранять Рух. И почему больше своей просьбы не повторила.

– Что ты ей сказал?

– Я сказал, что могу действовать только по прямому приказу Эмхира, поскольку я все еще его ученик.

– Зря, - Зэрмелис покачала головой.

– Тебе-то какая выгода?
– удивился Кадор.

– Да пусть уже ваши правящие пропадут куда-нибудь. Я больше не верю в эту их справедливость...

Кадору показалось, что смуглое лицо Зэрмелис приобрело сероватый оттенок.

– Они казнили Фриви. А это было...никак нельзя. Хотя он, конечно, был виновен.

– Так где же несправедливость?
– Кадор задумчиво покрутил в пальцах кисточку ближайшей подушки.

Зэрмелис тяжело вздохнула, собираясь с духом.

– Ты же чтишь Матерей Пустыни?

– Превыше всего на свете, - Кадор наклонил голову.

– Мою дочь забрали жрицы Мрок. В этом году Провидица в Гафастане и... но... в общем, - она понизила голос, - это дочь моя и Фриви. И его никак нельзя было казнить, раз уж он отец Провидицы. Но я не могла сказать, иначе бы плохо пришлось всей моей семье. А я все же не думаю, что Старшие Гарваны чтут Матерей Пустыни настолько, что пошли бы против собственных законов.

Она помолчала.

– Нельзя было его казнить.

– Не волнуйся, справедливость будет... Обещаю.

– Не надо ничего делать, Кадор.

Гарван промолчал. Он знал Зэрмелис давно: его мать была сводной сестрой Зэрмелис и женой Гарвана уинвольских кровей, который мнил себя чистокровным. Он был далек от Высоких Гарванов, но это не мешало ему быть столь же тщеславным. Он в итоге возненавидел свою жену за то, что та родила ему не белокожего сына: обвинив ее в измене, он даже довел это дело до Старших Гарванов, которые рассудили не в его пользу, объявив, что это его сын, а сам он нечистокровный. Это решение не сделало последующую жизнь Кадора и его матери легче. Вел отец Кадора себя очень жестоко, вспомнил о том, что был на далёком Фёне патриархат. Вскоре о происходящем узнали Старшие Гарваны и отправили неразумного отреченного служить в Афлетан, где он в первую же вылазку и погиб. Мать Кадора прожила не дольше, и в итоге он остался один. Из жалости или по воле случая, Эмхир взял Кадора в ученики. Но и тут Кадор не нашел ничего из того, что искал. Эмхир многому научил Кадора в обращении с оружием и прочих науках, что могли пригодиться на службе, но Кадор часто бывал среди Старших и Бессмертных, и видел, что в них все еще живо презрение не только к нечистокровным Гарванам и простым атгибан, но и к людям вообще. Теперь же, видя горе Зэрмелис, Кадор окончательно разочаровался в нойрах.