Чтение онлайн

– Что это?

Сапер кивнул на клетку с птицами: - Это ведь джараки?

Быстрый Бен склонил голову, постучал по лбу костяшками пальцев.
– Какая-то тайная подмога, может быть? Какое-то проклятие неуловимости? Или просто упрямая дурость, так хорошо нам знакомая?

– Ну вот.
– Еж потянулся за элем.
– Опять ты сам с собою.

– Ты ловко обходишь некоторые темы, Ежик. Есть тайны, которыми ты не делишься, и я нервничаю. И не только я...

– Скрип всегда нервничал от меня. Все вы. А дело всего лишь в потрясающем моем шарме и неземной прелести.

– Ловко, - повторил Быстрый Бен.
– Я говорил об Адъюнкте.

– Ей-то чего нервничать?
– удивился Еж.
– Опять по кругу пойдем. Эту женщину понять невозможно - ты сам часто так говоришь, Быстрый.
– Он склонился, прищуриваясь: - Услышал что-то новое? Насчет куда пойдем? Насчет что будем делать дальше, Худа ради?

Колдун выпучил глаза.

Еж хлопнул ладонью по столу, почесал ухо и удовлетворенно откинулся на спинку стула.

Миг спустя у стола остановились две женщины. Еж поднял взгляд, глаза его виновато забегали.

– Верховный Маг, сапер, - сказала Лостара Ииль.
– Адъюнкт требует немедленного вашего присутствия. Извольте следовать за нами.

– Я?
– спросил (точнее, почти взвизгнул) Еж.

– Первое имя в списке, - сурово улыбнулась Фаредан Сорт.

– Ну вот, допрыгался, - прошипел Бен.

Когда четверо иноземцев ушли, джарак сказал: - Чую смерть.

– Нет, не чуешь, - каркнул второй.

– Чую смерть, - настаивал первый.

– Нет. Это ты смертью пахнешь.

Через мгновение первый сунул голову под крыло, вытащил и сел ровно.
– Прости.

***

Капитан Добряк и виканский пес Крюк, оскалив зубы, разглядывали друг дружку через виканский плетень.

– Слушай сюда, пес, - начал Добряк.
– Я хочу найти Синн и Гриба. Любая попытка порезвиться, например вырвать мне горло, и я поколочу тебя. Морду в задницу засуну. Целиком. Потом отпилю голову и брошу в реку. Отрублю когти и продам злым ведьмам. Срежу шкуру полосками и наделаю гульфиков, какие прячут под койками келий некоторые жрецы - половые извращенцы. И все это я проделаю, пока ты еще жив. Я понят?

Губы на обезображенной, покрытой шрамами морде пса вздернулись ее выше, обнажая порезы от выщербленных клыков. Из щелей потекла розовая пена. Глаза Крюка пылали, словно два тоннеля в мир вождя демонов, в них кружилось буйное бешенство. Обрубок хвоста неистово дергался, словно пса пронизывали спазмы приятных мечтаний.

Добряк стоял, держа в руке плетеный ремень с петлей на конце.
– Я хочу надеть это тебе на голову, пес. Только зарычи, и я вздерну тебя, и буду хохотать, видя как ты дергаешься. Скажу прямо: я изобрел сто новых способов убийства и ты испытаешь их на себе. Все сразу.
– Он поднял поводок, показав псу.

Тусклый меховой шар, покрытый соринками и кусками грязи, тот, что лежал в углу загона - шар, который уже давно рычал - внезапно пришел в движение. Подпрыгнув несколько раз, он взметнулся в воздух, нацеливая в шею капитана крошечные, но острые зубки.

Добряк выбросил кулак, перехватив его в воздухе. Тихий хруст, щелканье ничего не поймавших челюстей - хенгезская комнатная собачка по кличке Мошка резко изменила направление полета, приземлилась подле Крюка, кувыркнулась и замерла, ошеломленно высунув розовый язык, тяжко вздыхая.

Взгляды капитана Добряка и Крюка так и не расплетались.

– Ох, забудем о поганом поводке, - сказал капитан, чуть помедлив.
– Забудем Гриба и Синн. Пусть все будет как можно проще. Я сейчас вытащу меч и порублю тебя на куски, пес.

– Не надо!
– сказал кто-то сзади.

Добряк обернулся и увидел Гриба, а также Синн за его спиной. Они стояли у входа в конюшни, изображая полнейшую невинность.
– Как удобно. Адъюнкту вы нужны.

– Для чтения?
– спросил Гриб.
– Нет, мы не можем.

– Пойдете.

– Мы думали спрятаться в старом Азате, - сказал Гриб.
– Но не получилось...

– Почему?
– спросил Добряк.

Гриб потряс головой: - Мы не хотим идти. Будет... плохо.

Капитан показал им поводок с петлей: - Так или иначе, личинки.

– Синн сожжет вас в угольки!

Капитан фыркнул: - Она? По ее лицу кажется, скорее себя обмочит. Ну как, пойдем тихо-мирно или иначе? Вы ведь догадываетесь, какой способ мне больше по нутру?

– Этот Азат...
– начал Гриб.

– Не наша проблема, - рявкнул Добряк.
– Хотите похныкать - бегите к Адъюнкту.

Они пошли втроем.

– Знаете, вас все ненавидят, - сказал Гриб.

– И правильно, - ответствовал Добряк.

***

Она поднялась с кресла, поморщившись от боли пониже спины, и подошла к двери. Посетители выдавались редко - кроме назойливой повитухи, забегавшей то и дело, принося с собой облако дыма д'байанга, и старухи с ближней улочки, которая, завидев ее, предлагала выпечку. Для обоих было уже поздно, и громкий стук в дверь заставил ее встревожиться.

Серен Педак, некогда бывшая аквитором, открыла дверь.

– О, - сказала она.
– Привет.

Старик поклонился: - Госпожа, здоровы ли вы?

– Ну, работы для каменщика пока нет...

– Аквитор...

– Я уже не аквитор.

– Звание сохранено в королевской Палате Сборов, - сказал он.
– Вы продолжаете получать жалование.

– И я дважды посылала запрос, чтобы все это отменили.
– Она помолчала, склоняя голову.- Простите, откуда вам знать?

– Простите, аквитор. Меня зовут Багг, и ныне я занимаю должность канцлера Королевства, а также занимаюсь многими иными... э... делами. Ваши запросы принимались, рассматривались и отклонялись мною.
– Он поднял руку: - Тише, тише, вас не вытащат из дома, чтобы заставить заниматься работой. Отныне вы в отставке и будете получать полный пенсион до конца жизни. В любом случае, аквитор, я пришел сегодня по другому делу.

– О? Так чего вы хотите?

– Можно войти?

Она отступила с порога. Он закрыл дверь и пошел за ней по узкому коридору, в скромно обставленную гостиную.
– Прошу садиться, Канцлер. Я никогда вас не видела, так что не могла подумать, что милый господин, помогавший мне перенести несколько камней...
– Она помедлила.
– Если слухи не врут, вы были слугой Короля?

– Все верно.
– Он подождал, пока она не усядется в кресло, а затем сел на единственный стул.
– Аквитор, вы на шестом месяце?