Чтение онлайн

Я не понял ни слова, тем не менее киваю.

– Сперва нам нужно освободить место для монеты. – Бити делает сбоку картофелины прорезь размером с монету, и я повторяю за ним. – Потом мы оборачиваем одну из медных монет проволокой и вставляем, оставляя длинный хвост снаружи.

Я сую обернутую проволокой монетку в картофелину.

– Значит, на арене будет темно?

– Увы, я понятия не имею, что будет на арене. Говорят, если картофелину сварить, то лампочка будет светиться сильнее, так что имей в виду.

– Если смогу сварить картошку, то у меня и огонь будет. Значит…

Его губы расплываются в улыбке.

– Значит, получишь альтернативный источник света, и упражнение с картошкой – пустая трата твоего времени.

– Я не это имел в виду. Простите!

– Не стоит извиняться за проницательность. Я рад, что ты внимателен.

Миротворец отходит от нас.

– Вайресс сказала, что во время тренировок даются подсказки об устройстве арены.

– Я бы к ней прислушался. Как ее ментор, я знаю, насколько она умна. – Бити поднимает гвоздь. – Он оцинкован. Не прикасайся им к монете. И не обязательно искать именно гвоздь и монету. Тебе нужны медь и цинк. Металлические стружки вполне сгодятся. Может, тебе удастся их раздобыть, если попадешь на изнанку арены.

Он втыкает гвоздь в картошку в паре дюймов от монеты. Я повторяю за ним.

– Еще она говорит, что каждая арена – просто механизм.

– Верно, все они в каком-то смысле машины.

Вспоминаю нашу беседу в кухне, когда я сказал, что хочу перехитрить машину и заставить Капитолий выглядеть глупо. Какое бахвальство! Вайресс занималась этим все Игры, причем гораздо лучше, чем мог бы я, и что с того? Вдобавок, даже если удастся что-то сделать, это все равно не покажут зрителям. То ли дело…

– Если арена – механизм, значит, его можно сломать?

Бити не сводит глаз с Ампера.

– Теоретически – да. На практике все сложнее. Теперь давай соединим наши картошки. – Он прикрепляет провод от своей монеты к моему гвоздю и цепляет третий провод к своему гвоздю.

Внезапно я вспоминаю нарезку с Игр, в которых участвовал Бити. Каким-то образом он ухитрился извлечь из арены необходимые детали и убить током всех оставшихся соперников. Если я действительно хочу сломать машину, мне понадобиться этот человек, который не только перехитрил, но и взломал свою арену. Пусть я в достаточной степени умен, но я всего лишь недоучка из горного дистрикта, до недавнего времени понятия не имевший, что можно превратить картофелину в батарейку.

– Как, Бити? Как я могу ее сломать? – чуть слышно спрашиваю я. – В механизмах я совсем не разбираюсь.

– Я уверен в обратном, просто ты сам этого не сознаешь. Шуруп – простой механизм. Колесо и ось тоже. И рычаг. Тебе доводилось пользоваться насосом?

– Еще как.

– Так вот, это рычаг. Он помогает создавать вакуум, и вода поднимается вверх. Некоторые механизмы требуют больше практических навыков, чем другие.

– Я знаю, как работает самогонный аппарат. Это считается?

На его губах мелькает тень улыбки.

– Почему бы и нет? – Бити берет два проводка – от моей монеты и от своего гвоздя – и присоединяет их к маленьким проводкам в основании крошечной лампочки. – Вот и все!

Лампочка слабо светится.

Ма понравилось бы. Сколько денег мы сэкономили бы на свечах!.. Увы, арену этим не разрушишь.

– Так как ее сломать, Бити? – наседаю я.

Он подается вперед, поднимает очки и внимательно разглядывает батарейку.

– Цепь-то? Ну, тебе просто нужно отсоединить один элемент – к примеру, проводок, – и вся батарейка перестанет работать.

Тут я замечаю позади себя женщину-миротворца и понимаю, что слова Бити предназначены для нее.

– Помни, мы превращаем химическую энергию в электрическую, чтобы лампочка светилась. Необходимо сохранять целостность цепи.

Миротворец придвигается ближе, едва не касаясь батарейки носом, и ее интерес привлекает четверку трибутов в персиковых костюмах. Дистрикт-8. Мои негласные союзники, если получится.

– Можно нам тоже попробовать? – спрашивает один из них.

– Конечно, – говорит Бити. – Ну, спасибо, что зашел, Хеймитч. Возвращайся, если решишь еще потренироваться. И прими запоздалые поздравления с шестнадцатилетием. – Наверное, ему сказал Ампер. Бити протягивает мне руку. – Забавно вышло. Мой жребий выпал на Жатве в день твоего рождения.

Пожимая руку, я чувствую какой-то предмет и прячу в карман.

– Спасибо, сэр, – говорю я, ощупывая пластиковый пакетик с монетками и гвоздиками. Небольшой подарок на день рождения от Бити. Если удастся пронести его тайком на арену, убедить всех, что сам подобрал нужные материалы – с монетками будет нелегко, но, может, я найду медь – и картошку, то я приближусь к тому, чтобы зажечь слабенькую лампочку. Уверен, с моим огнивом добыть свет выйдет гораздо быстрее, однако набор может пригодиться ребятам из Восьмого.

На трибунах Мейсили добавляет финальные штрихи к мастерски сплетенному ожерелью. Действительно похоже на талисман из дома. Она поднимает его для осмотра.

Ампер трогает ожерелье с восхищением.

– Красивое! И симметричное. Даже не верится, что сделано из одной нити. Ты и правда очень умна!

– А у тебя отличный вкус, – говорит Мейсили, надевая ожерелье ему на шею.

– Вот бы ты была моей сестрой! – восклицает он.

На ее лице появляется странное выражение. Готов поспорить, что Мейсили такого никто не говорил. Жду резкого ответа, а она неожиданно отвечает:

– Я буду твоей сестрой.

– Здорово! Пойду покажу отцу! – Ампер бросается ее обнимать, она смущенно обнимает его в ответ, и мальчик убегает.

Мейсили задумчиво хмурится.

– Отцу?

– Его отец и правда здесь, – заверяю я. – Помнишь Бити, победителя из Дистрикта-3? Перешел черту, и теперь его наказывают, заставив быть ментором Ампера.

– Жестоко. Ты хотел бы, чтобы твоя семья была здесь?

– Ни в коем случае!

Распорядитель объявляет перерыв на обед, и нас отводят обратно к нашему сектору, куда миротворцы приносят четыре коробки с едой. Я все еще сыт после завтрака, нутро болит после удара Панаша, и вид невостребованной коробки Луэллы убивает остатки аппетита.

К подножию нашей трибуны устремляется череда ребят в голубых, коричневых, персиковых и красных костюмах. Я различаю Третий, Седьмой, Восьмой, Десятый.

– Можно к вам присоединиться? – спрашивает Ампер.

– Конечно, – киваю я. Хорошо бы узнать возможных союзников поближе.

Они карабкаются на скамьи рядом с нами и называют свои имена, большую часть которых я тотчас забываю. Ребята из Десятого в синяках и ссадинах после столкновения колесниц, но выглядят довольно крепкими.

Хотя сидящие в соседнем секторе трибуты Дистрикта-11 делают вид, что не обращают на нас внимания, по тому, как они затихли, я догадываюсь: нас подслушивают. Пытаются выяснить, какой союз мы заключаем.