Разрушительная ненависть
Шрифт:
Приятно знать – насколько бы сильно ни менялись некоторые вещи, другие навсегда останутся неизменными.
Глава 57
Джулс
– Что за сюрприз? – Я пружинила на пятках, не в силах сдержать любопытство, когда мы вошли в лифт роскошного жилого дома в Верхнем Ист-Сайде. – Скажи, ну пожалуйста. Я умираю.
Джош удивил меня поездкой в Нью-Йорк, на последний показ мюзикла «Блондинка в законе», и сказал, что у него есть для меня еще один сюрприз. Я пыталась выведать у него секрет, пока мы ехали сюда на такси, но он отказался сдаваться.
– Рыжая, мы будем там буквально через несколько минут. – Он нажал на кнопку пентхауса, и мое любопытство усилилось. – Тебе знакомо слово «терпение»?
– Терпение? – Я притворилась, что думаю. – Нет, никогда не слышала.
Я рассмеялась, когда он игриво шлепнул меня по заднице.
Я витала в облаках с тех пор, как мы с Джошем снова стали встречаться. Я ловила себя на том, что напеваю в самые странные моменты, например, когда загружаю посудомоечную машину или жду поезда в метро, и мои щеки болели от улыбки. Даже стресс из-за надвигающихся результатов экзамена не мог ослабить легкость в груди.
Когда мы прибыли в пентхаус, женщина в потрясающем белом платье вычеркнула из списка наши имена и с улыбкой пригласила войти.
– Добро пожаловать на выставку, мистер Чен, мисс Эмброуз. Галерея справа от вас.
– Выставку?
Я оценила элегантную современную мебель и стеклянные стены с видом на Центральный парк. Место скорее напоминало частную резиденцию, чем музей.
– Частный коллекционер. Устроил вечеринку для демонстрации недавно приобретенных работ.
Джош провел меня в длинный мраморный зал под куполообразным стеклянным потолком. На стенах висели в позолоченных рамах десятки картин, а хорошо одетые гости ходили с шампанским в руках.
Я снова сжала руку Джоша, когда его взгляд задержался на бокале с золотистой пузырящейся жидкостью.
– А откуда у тебя приглашение на эту выставку? – подозрительно спросила я. Кого Джош мог знать в Нью-Йорке?
Его самодовольная ухмылка провоцировала дюжину сигналов тревоги.
– Причина перед тобой. – Он потянул меня дальше по коридору, пока мы не дошли до одной картины.
У меня отвисла челюсть.
– Ты шутишь. Как это возможно?
Ужасная картина из комнаты Джоша, та самая, что принесла мне в прошлом месяце столько горя. Только теперь она висит в многомиллионной квартире между Моне и де Кунингом.
– Я продал ее. Я не хотел, чтобы тот охотник за картиной снова пришел ко мне, и поэтому сделал продажу как можно более громкой. Если они хотят связываться с новым владельцем… – Джош пожал плечами. – Им же хуже.
– Господи Иисусе.
Признаю – гениальный ход, хотя я по-прежнему не могла понять, зачем кому-то столь богатому покупать такую уродливую картину.
Макс умер, но мне стало любопытно, кто способен отпугнуть преступников, с которыми он работал.
– Кто новый владелец?
– Я.
Я повернулась на глубокий, чем-то знакомый голос, и мои брови взлетели вверх, когда я увидела говорившего. Мы встречались всего один раз, но я узнаю эти блестящие темные волосы и красивую оливковую кожу где угодно.
Данте Руссо улыбнулся:
– Рад снова видеть вас обоих. Надеюсь, вам нравится вечеринка.
Значит, не я одна вспомнила нашу встречу в библиотеке Кристиана.
– Да, спасибо. Ваша галерея прекрасна, – вежливо ответила я.
Я мысленно запланировала погуглить информацию о Данте. Я где-то слышала его фамилию раньше, но не помнила точно где.
Он благодарно кивнул.
– Красота – часть моего семейного бизнеса. Предметы роскоши, – пояснил он, когда я недоуменно нахмурилась. – Мода, ювелирные изделия, вина и крепкие напитки, красота и косметика. Все это – часть империи Руссо. – В его тон прокралась самоуничижительная нота.
Ну конечно.
До меня вдруг дошло. Недавно я читала в журнале про «Руссо Груп», крупнейший в мире конгломерат предметов роскоши.
Данте – генеральный директор. Согласно статье, по слухам, у него одна из самых безжалостных команд безопасности в корпоративном мире. Ходила городская легенда, что начальник его службы безопасности однажды поймал кого-то, пытавшегося проникнуть в его дом, пока он уезжал по делам. Незадачливый вор месяц пролежал в коме с двумя сломанными коленными чашечками, искалеченным лицом и раздробленными ребрами.
Вор отказался называть имена, и не было никаких веских доказательств, ведущих к Данте, но репутацию он заработал.
Понятно, почему Джош настолько уверен, что партнеры Макса не станут с ним связываться.
Мы проболтали еще несколько минут, прежде чем я, поколебавшись, сказала:
– Сожалею насчет вашего дедушки.
Энцо Руссо основал «Руссо Груп» шестьдесят пять лет назад. Он был настоящей легендой мира бизнеса, и его похороны захватили газетные заголовки несколько недель назад.
Данте не казался расстроенным смертью деда, но это было данью вежливости – учитывая, насколько недавно все случилось. Кроме того, я присутствовала, когда он получил известие в библиотеке Кристиана.
Точеные черты окаменели.
– Благодарю. – Он глянул мне за плечо. – Прошу прощения, что прерываю наш разговор, но наконец прибыла моя невеста, – сказал он без явного восторга. Этому человеку вообще хоть кто-нибудь нравится? – Пожалуйста, наслаждайтесь вечеринкой.
Он кивнул нам и зашагал прочь – его высокая, мускулистая фигура выделялась в толпе. В конце зала красивая азиатская женщина с взволнованным и вызывающим видом наблюдала за его приближением. Очевидно, это его невеста.
– Готова заплатить, чтобы увидеть, как кто-то попытается его обокрасть, – сказала я. – Отличная работа.
Джош ухмыльнулся:
– Я старался. Откуда ты его знаешь? – В его голосе прозвучало скорее любопытство, чем тревога.
– Мы встретились у Кристиана, когда я попросила его помочь с Максом.
Я заметила официанта, идущего к нам с подносом шампанского, и быстро покачала головой.
– Ясно. Мне кажется или все богатые люди между собой знакомы?
– Я бы не удивилась. Они живут в маленьком мире. – Я снова посмотрела на картину. В отличие от остальных, у нее не было таблички с названием, художником и происхождением. – Итак, у столь драгоценного произведения есть имя?
– Как выяснилось. Данте уже знал про нее, когда покупал. – Джош снова взял меня за руку, и мы направились к следующей картине. – Она называется «Магда».
Глава 58
Джош
Во всей истории с картиной было одно светлое пятно: я продал ее Данте за чертову уйму денег. Недостаточно, чтобы сразу уйти на пенсию, но достаточно, чтобы погасить кредиты за учебу, устраивать приятные свидания с Джулс и сделать неплохой запас на будущее.