Чтение онлайн

На этот раз исчезла улыбка Авы.

– Хорошо, одно правило. Никаких разговоров о вашей интимной жизни, даже намеков. Никогда.

Она изобразила рвоту. Я засмеялся и притянул ее к груди, чтобы обнять. Взъерошил ей волосы, как в детстве, заслужив приглушенный протест.

– Не буду, но правило касается и тебя.

– Отлично. – Ава отбросила мою руку и с ворчанием пригладила волосы, но вскоре ее раздражение сменилось чем-то более мягким. – На самом деле, я рада, что ты счастлив. Знаю, тебе пришлось нелегко со… всем. Я всегда буду рядом, но я рада, что с тобой Джулс. Она бывает немного… драматичной, – мы оба понимающе рассмеялись, – но у нее огромное сердце.

– Знаю. – Я сжал Аву крепче и поцеловал в макушку. – Спасибо, сестренка.

Иногда мы чертовски раздражали друг друга, но мне повезло, что она – моя сестра. До встречи с Алексом я обсуждал с ней все свои проблемы, и наоборот. Мы не так часто откровенничали теперь, когда мы выросли и у каждого началась своя жизнь, но продолжали поддерживать друг друга в любой ситуации.

Глава 55

Джош

Когда мы вернулись в гостиную, Ава утащила Джулс, по моим предположениям, на похожий разговор – не считая братско-сестринской части. Но вместо того чтобы остаться в квартире, они сбежали в соседний бар, чтобы Ава могла – цитата – попытаться забыть, что слышала фразу «трахаю твоего брата».

Лично я подозревал, что они ушли строить тайные планы, как объединиться против меня в будущем – уж я-то их знаю, – но мне было все равно: главное, Ава приняла мои отношения с Джулс.

Когда девушки ушли, я подошел к Алексу, который с задумчивым видом стоял возле панорамного окна.

– Удивительно, что ты не отправился с ними. – Я посмотрел вниз, на раскинувшийся перед нами город. Сумерки окрасили небо в нежно-розовые и пурпурные оттенки, а в океане зданий загорались огни, пока они не стали похожи на ковер из крошечных драгоценных камней. – Обычно ты не отходишь от Авы.

У Алекса началась паранойя из-за безопасности Авы после того, как ее похитил его дядя; он даже нанял телохранителя, но ее начало раздражать постоянное чужое присутствие. Они сильно поссорились, но потом Алекс сдался и убрал охрану.

– Мы работаем над этим. – В его голосе послышался намек на недовольство. – Она говорит, я параноик.

– Так и есть. И я говорю это, как ее брат, – человек, которого крайне заботит ее благополучие.

Он раздраженно хмыкнул, но не стал развивать тему.

– Я остался по еще одной причине. Мне нужно… Мне нужно тебе кое-что сказать.

Я поднял брови, удивившись нетипичной для него запинке.

– Ладно. Если только это не очередное признание в семилетней лжи, потому что Богом клянусь…

– И кто из нас параноик? – Алекс нахмурился и потер рукой подбородок.

Чем дольше он колебался, тем сильнее разгоралось мое любопытство. Алекс редко подбирал слова. За исключением Авы, его совершенно не волновало, как их воспримут окружающие.

– У меня никогда не было большой семьи, – наконец сказал он. – Как ты знаешь, моих родителей и сестру убили, когда я был ребенком, а мой дядя оказался психопатом.

Только Алекс мог излагать столь жестокие факты с такой непоколебимой честностью.

– У меня всегда было немного друзей, и это нормально. Большинство людей мне не нравится. Я занимался бизнесом и дополнительными проектами, и этого хватало. – Он нервно сглотнул. – Потом я встретил тебя и Аву. Сначала вы здорово взбесили меня своим настойчивым соблюдением приличий и решимостью видеть в людях лучшее, каким бы глупым ни казалось это стремление.

Я фыркнул, но грудь сжало странное напряжение.

– Но… – Алекс снова замялся. – Вы видели лучшее и во мне. Вы единственные видели во мне нечто большее, чем банковский счет, статус или деловые связи. И пусть у нас разные взгляды на жизнь и подход ко многим вещам, ты и Ава… – Его голос смягчился. – Если я и могу назвать кого-то своей семьей, то именно вас.

Твою мать. Если я не смогу сдержать слез из-за слов Алекса, он никогда не оставит меня в покое.

Но я понимал, насколько тяжело ему далось такое признание. Несмотря на все недостатки, Алекс был хорошим другом – верным, отзывчивым и готовым сжечь мир дотла ради любимых людей.

– Черт, чувак, надо было предупредить меня, что ты планируешь сентиментальный разговор. Я бы принес больше «Клинекса».

Слова прозвучали более сдавленно, чем мне бы хотелось.

Он улыбнулся:

– Это факты, а не сентиментальность. На этой ноте… – Он полез в карман и достал маленькую бархатную коробочку. – Я бы хотел оформить отношения официально.

Уши меня обманывают или действительно прозвучала нотка волнения?

Я тупо уставился на Алекса. Я догадывался, на что он намекает, но мой вялый мозг не успевал осознать.

– Какие отношения?

– Семейные. – Он открыл коробочку, и я чуть не ослеп.

Святые угодники.

Кольцо на бархатной подушечке поражало воображение своими размерами. Я не очень разбирался в бриллиантах, но понял – этот стоит как минимум пятизначную сумму.

Он сверкал, как комета в умирающем свете позднего вечера. Вокруг сияли бриллианты поменьше, отбрасывая радужные отблески по всей комнате, а вокруг подушечки было написано серебряными буквами «Гарри Уинстон».

– Я хотел сообщить тебе, что собираюсь сделать предложение. – Алекс снова закрыл коробку, спасая меня от слепоты. – Ты знаешь, как я отношусь к Аве, поэтому не буду утомлять тебя фактами. И я презираю устаревшую традицию спрашивать разрешение на вступление в брак. Но я знаю, как она ценит твое мнение. Я тоже, и хотя мне не нужно разрешение… – Он тяжело сглотнул. – Я бы очень хотел его получить.

После его слов воцарилась тишина.

Алекс. Делает предложение Аве. И станет моим зятем.

В голове пронеслись лихорадочные мысли. Я понял, что у Алекса и моей сестры все крайне серьезно, с того момента, как узнал, что он отказался ради нее от своей компании. Он вернул компанию обратно, как Ава его простила, но столь радикальный шаг говорил о многом.

Но я совершенно не ожидал, что предложение последует так скоро или что он спросит моего разрешения.

Алекс никогда не спрашивал разрешения.

– Я не хотел делать предложение, пока мы с тобой… не разобрались с некоторыми проблемами. – Алекс смотрел на меня пристально и напряженно. – Не хотел ставить тебя в неловкое положение.

Я наконец снова обрел дар речи:

– Сестра хорошо на тебя влияет. Ты рассуждаешь как живой человек.

– Я хорош в подражании.

Я изумленно замолчал, а потом расхохотался.

– Черт, Волков, так я умру от шока еще до свадьбы. Ава будет в бешенстве.

Губы Алекса изогнулись.

– Я могу считать это благословением?