Чтение онлайн

Пищей запахло. На дерево влез. Ба! Полевая кухня стоит, около двое фрицев хлопочут. Поверх мундиров белые передники, на головах колпаки. Игорь даже сплюнул. Надо же, в полевых условиях и то заведённый порядок соблюдают. Но то, что кухня, не повод для радости. Вполне может быть — пехотная рота стоит или батальон. Крюк вокруг сделал изрядный, да всё на брюхе. Старания увенчались успехом. Бензовоз обнаружил, под деревьями, да маскировочной сетью накрыт. С двадцати метров не разглядишь, не то, что сверху, с самолёта. Кстати, где же они?

Может, с бензовоза мотоциклы или машины заправляют? Нет, всё же на аэродром подскока он вышел. Потому, что через полчаса наблюдения низко над лесом мелькнули две тени. Моторы не ревут, как на взлёте. Коснулись колёсами луга, пробежали, раскачиваясь на неровностях, зарулили к лесу. Сразу моторы заглушили, лётчики откинули фонари, выбрались на крыло, спрыгнули на землю. А из леса уже техобслуга. Облепили самолёт, развернули хвостом вперёд, закатили под деревья. Помогая шестами, набросили маскировочную сеть. Не медля, так же поступили со вторым самолётом. Несколько минут, луг пустынен. Хоть сбоку смотри, хоть сверху, с самолёта, а ничего не заметишь. Игорь мысленно восхитился. Ловко немцы придумали.

С такого аэродрома ловко из-подтишка перехватывать. Взлетели, атаковали и в сторону.

Пилоты, как приметил Игорь, в землянку прошли. Завыл мотор бензовоза. К истребителям резиновые шланги протянули, начали заправку. Руки чесались снять автомат, да высадить весь диск. Только будет ли толк? Для того, чтобы поджечь бензовоз и самолёты, пули нужны зажигательные, бронебойно-зажигательные, на худой конец трассирующие сойдут. Только таких патронов для «папаши» Игорь не видел. А без таких пуль будет ли толк от стрельбы? Насколько он знал, пилота защищает бронестекло и бронированное кресло. Нет, от стрельбы он отказался. Повреждения нанесёт небольшие, механики быстро восстановят. Но поймут, что раскрыты, сменят место дислокации. А на его поиски бросят команду егерей или полевую полицию с собаками. Игорь с дерева слез, направился к лёжке. Наводчик ещё не вернулся. Игорь с радистом перекусил. Смеркаться начало. Стало беспокойно. Хоть авианаводчик в картах топографических разбирается, в темноте мимо лёжки пройти — раз плюнуть. И сигнал не подашь — выстрелом или криком. Наводчик нашёлся уже в полночь. Игорь услышал шуршание старой листвы, треск веток. Мог пробираться зверёк. Немцы по лесу ночью не шастают. Окликнул по-русски.

— Стой! Отзовись!

Зверёк от человеческого голоса в сторону бы рванул, а сейчас шум движения слышнее стал. Игорь затвор взвёл. На лёжку выбрался старлей.

— Уф! Нашёл, наконец, есть хочу, как волк.

Хотел ему Игорь сказать, что возвращаться по светлому времени надо было, но промолчал. Зачем топтаться по самолюбию наводчика. Умный сам ошибку учтёт, а дураку говорить бесполезно. Старлей сидор развязал, принялся сухари грызть, тушёнку открыл. Игорь по запаху учуял. Старлей прожевал, спросил Игоря.

— Как успехи?

— Аэродром нашёл.

Старлей так и замер с ложкой у рта.

— Где?

— Утром на карте покажу. Два истребителя, бензовоз, полевая кухня. Замаскированы идеально.

— Зенитки обнаружил?

— Не заметил.

— Пушек зенитных не будет, а вот малокалиберные «Эрликоны» немцы поставить должны, хотя бы пару. Тогда так. Завтра с утра идём туда, осматриваем вдвоём.

— Есть.

Игорь решил вывести старлея к аэродрому, а зенитки поискать сам. Старлей ходит по лесу как кабан, шумно. Засечь его без труда можно. Кончится плохо. Координаты по карте Игорь сам определить может, но частота рации, позывные, пароль? Потому наводчика оберегать надо, как дитё малое, неразумное.

Улеглись спать, место глухое, Игорь тоже спать улёгся. На радиста надежды нет, лучше по привычке, в пол-уха, в пол-глаза дремать. Как рассвело, Игорь разбудил обоих.

— Пора перекусить и к аэродрому.

У наводчика лицо недовольное. Не выспался, видно. Ну так чужой тыл — не место для отдыха. Опять еда всухомятку, запили водой из фляжки. Игорь вёл Воронцова быстро, конечную точку маршрута знал. На опушке остановились. Наводчик несколько минут приглядывался.

— Не вижу ничего!

— Там самолёты, две штуки, — ткнул пальцем Игорь. Под маскировочными сетями.

Немцы проявили себя сами. Заработал мотор одного самолёта, выпустив клуб дыма, потом второго.

Механики прогревали моторы. Непрогретый двигатель тяги не даёт. Наводчик карту достал, отметку карандашом сделал. Лицо довольное. Считает — задание наполовину выполнено. Теперь только о зенитном прикрытии узнать и своим сообщить. Игорь про зенитки решил узнать сам.

Там осторожно надо, ящерицей. Даже если с ним случится что-нибудь, наводчик по рации сообщит и осиному гнезду конец.

— Я пойду, разведаю, где зенитки, — сказал Игорь.

— А мне что делать?

— За немцами понаблюдайте. Где заправщик, где машина с боеприпасами.

Наводчик недоволен. Сержант ему, офицеру, задание даёт. Ну подожди, сержант, вернёмся в своё расположение, в рапорте он отметит недостойное поведение разведчика. Обернулся, а Игоря уже нет. Как ушёл, наводчик не слышал. Только что рядом стоял и пропал. Игорь по лесу луг стороной обошёл. Вчера в лесу он зенитки не видел. Стало быть они с другой стороны луга. Им для обстрела нужен круговой сектор, в лесу такого нет.

А дальше ползком. Больше разведчиков в войсках не ползал никто, ну может сапёры. Пехота на марше ходит, а в атаку бежит.

Благо, костюм на нём маскировочный и что особенно хорошо, совпадает с травой на лугу. А бывает — расцветкой выделяется. Копна сена небольшая сбоку луга, ближе к оврагу. Что ей тут делать? Сено свежее, не прошлогоднее, не высохшее. Крестьяне сначала покос сделают, высохнет сено, потом стогуют. А если сырое уложить в копну — попреет. Да и скотины у селян мало осталось. Что-то немцы изъяли, что сами съели, чтобы врагу не досталась. И деревня далеко.

Покосы делают и скирдуют недалеко от деревни, чтобы перевезти удобно, лошадей-то мало осталось. Отступающие части Красной Армии лошадей, годных к службе, забирали, как тягловую силу для артиллерии, обозов. Немцы предпочитали автотранспорт. Интересно Игорю стало, но к стогу не пополз, понаблюдать решил. Ждать долго пришлось, но всё воздалось. Из-за стога немец вышел, в овражек спустился. Вот те на! Что ему у стога делать? К оврагу пополз, осторожно заглянул. Да тут немцев четыре человека. Сидят, двое в карты дуются, ещё двое из котелков ложками черпают. Игорь до рези в глазах присмотрелся к нашивкам. На левом рукаве ваффензона, пониже локтя — овальная нашивка со свастикой, а в центре пушечный ствол, задранный в зенит. Опознавательный знак зенитной артиллерии люфтваффе. В вермахте зенитчики носили другой. Точно — зенитчики, а под стогом зенитка. Непонятный продолговатый ящик приметил возле одного из солдат. Панцерфауст? Зачем он зенитчикам? Отполз, позиция одной зенитки ясна. Где вторая? Но сколько не ползал, не смотрел, выявить не смог. Вернулся к месту, где старлей ждал.

— Стог сена наблюдаете? За ним ещё овраг неглубокий. Под сеном зенитка, а обслуга в овраге.

— Откуда выводы?

— На ваффензоне нашивка на левом рукаве, ствол пушки вверх направлен.

Старлей помолчал.

— А что такое ваффензон?

— Китель такой в люфтваффе. Разрешите вопрос?

— Давай.

— Какой-то узкий продолговатый ящик у них.

Игорь развёл руки, показывая размер.

— Футляр для дальномера. Специальные наплечники есть, сам дальномер в виде круглой трубы. Без него по высотной цели стрелять бесполезно. Либо недолёт будет, либо перелёт по высоте.