Чтение онлайн

А затем произошло то, чего я никогда раньше не делал.

Я уснул рядом с ней.

ИЗАБЕЛЬ

Первое, что я заметила, проснувшись, — это тепло. Не просто остаточный жар сна, а что-то твердое, непреклонное, обернутое вокруг меня.

Райкер.

Его рука тяжело лежала на моей талии, пальцы слегка сжались на тонкой ткани футболки, которую я одолжила. На этот раз это была его футболка. Моя спина плотно прижималась к его груди, и медленное, размеренное дыхание Райкера отдавалось во мне, напоминая, где именно я нахожусь. И что именно произошло.

Я должна была чувствовать вину, смятение, что-то похожее на сожаление — но я этого не чувствовала.

Я чувствовала себя в безопасности. И это было самым опасным из всего.

Потому что я не была в безопасности.

Только не с пропавшим Уиллом. И не после того, как я позволила Райкеру взять меня, как легко отдалась в его руки, словно мое тело всегда знало, что принадлежит этому месту.

Утренний свет пробивался сквозь занавески, скользя по скомканным простыням, разбросанной одежде — доказательствам того, что произошло между нами. Я лежала неподвижно, стараясь запомнить это чувство, в глубине души понимая, что как только Райкер проснется, все изменится.

Я была права. В ту же секунду, как изменилось его дыхание, в ту же секунду, как его тело напряглось за моей спиной, я это почувствовала. Стены снова воздвигались.

Его рука — некогда теплая и тяжелая — исчезла, когда он отстранился. Тепло сменилось холодной пустотой, и прежде чем я успела перевернуться, я услышала тихий шорох — он вставал.

Я перекатилась на спину; в животе все сжалось, когда я наблюдала, как он пересекает комнату.

Его широкие плечи напряглись, обнаженная спина натянулась, как струна, каждый мускул прорисовался, когда он натягивал черные спортивные штаны. Он не обернулся. Не произнес ни слова. Просто постоял секунду, опершись одной рукой о край комода, опустив голову, словно борясь с самим собой.

В груди что-то болезненно сжалось.

— Ты ведь собираешься притвориться, что этого не было, да? — мой голос охрип со сна, из-за него, но в нем безошибочно слышались нотки раздражения.

Райкер медленно выдохнул.

— Этого не должно было случиться.

Горький смешок вырвался у меня, когда я села, потянув за собой простыню.

— Ого. Как оригинально.

Наконец он повернулся, лицо его было непроницаемым — но только не глаза. Его глаза были темными, дикими, жадными, словно он заставлял себя стоять на другом конце комнаты, потому что иначе просто не смог бы остановиться.

Он провел рукой по волосам, выглядя таким же разбитым, какой чувствовала себя я.

— Изабель, это не...

— Не надо, — резко перебила я. — Не произноси мое имя таким тоном.

Как будто это было предупреждение. Как будто я была проблемой, которую нужно решить, а не женщиной, которую он пожирал часами.

На его челюсти дрогнул мускул, но он не стал спорить.

Тишина между нами затянулась, тяжелая и удушающая, пока я, наконец, не свесила ноги с края кровати и не встала; простыня соскользнула, оставив меня босой и только в футболке. Мои трусики были уничтожены Райкером еще в бассейне.

Его взгляд метнулся — всего на секунду, достаточно низко, чтобы выдать себя, — но быстро исчез, сменившись холодной сдержанностью.

Я закатила глаза.

— Знаешь, не только ты решаешь, что это было.

Кадык Райкера дернулся, но он промолчал.

Я и не стала ждать. Вместо этого я схватила свой телефон с тумбочки и замерла. Одно непрочитанное сообщение.

Неизвестный номер.

Ты хорошо смотрелась в бассейне прошлой ночью.

Холодная дрожь поползла по позвоночнику.

Я сглотнула, чувствуя, как учащается пульс. Я флиртовала с ревностью Райкера, но кто еще за мной наблюдал?

Я почувствовала движение Райкера еще до того, как увидела его. В одну секунду он стоял у комода, а в следующую уже оказался передо мной; его пальцы скользнули под мой подбородок, заставляя поднять глаза.

— Что там? — его голос прозвучал тихо, резко и уже был пропитан опасностью.

Я колебалась лишь мгновение, прежде чем повернуть телефон так, чтобы он мог увидеть экран.

Все его тело напряглось.

А затем он выхватил телефон из моих рук и провел большим пальцем по экрану. Я наблюдала, как его дыхание становится глубже, а челюсти сжимаются так сильно, что, казалось, он вот-вот сломает зуб.

— Кто, блядь, это такой? — пробормотал он, скорее обращаясь к самому себе.

Я покачала головой.

— Я не знаю.

Его губы слегка приоткрылись, а глаза сузились, когда он снова прочитал сообщение. А затем — без всякого предупреждения — он развернулся на каблуках и вышел из комнаты, унося мой телефон с собой.

Я осталась стоять на месте, глядя, как он исчезает; моя кожа все еще была влажной от сна, от его прикосновений и от угрозы, которая только что ворвалась в комнату, украв те крохи времени, что у нас оставались.

Внезапно я осознала кое-что еще. Возможно, я оказалась в ловушке не только в мире Райкера. Возможно, кто-то другой пытался затащить меня в свой.

Я еще долго смотрела в пустой дверной проем после того, как Райкер исчез; кожа все еще гудела от остатков его прикосновений, а пульс теперь колотился по совершенно иной причине.

Я пришла сюда, чтобы сбежать от собственных мыслей, отвлечься, но вместо этого шагнула прямиком в новую бурю. В ту, на которой повсюду были отпечатки пальцев Райкера.

Но это сообщение — это было нечто совершенно иное.

Это был не Райкер. И не Маркус, не Ной, не Чарли и никто другой из Доминион-холла, кто последние несколько часов наблюдал за мной, как за чем-то надломленным и хрупким.

Это был кто-то другой. Тот, кто следил из тени.

Я вздрогнула, потирая руками плечи, а затем быстро направилась в гостевую ванную, подхватила с пола свое платье и натянула его. От мысли о том, чтобы оставаться здесь и ждать, когда Райкер вернется с новыми указаниями, новой порцией ледяной сдержанности и очередными чертовыми правилами, у меня скрутило живот.

Мне нужно было уйти. Мне нужно было дышать.

Когда я спустилась на первый этаж, Маркус был в вестибюле, облокотившись на деревянную лестницу со скрещенными на груди руками. Его волосы все еще были влажными, а широкая фигура казалась расслабленной, но бдительной, словно он ждал меня.

— Я собирался приготовить завтрак, — сказал он, слегка склонив голову. — Но что-то мне подсказывает, что ты собираешься сбежать.

Я вздохнула, одергивая подол платья.

— Мне нужно идти.