Чтение онлайн

Большую часть ингредиентов для горючего масла, а так же шкуру саламандр мы добывали сами, как и дерево для основы будущего транспорта. На изготовление корпуса лучше всего подошла морозная лиственница, с добычей которой неплохо справлялись арахниды. Кстати, эта нечисть вообще стала незаменима!

Выносливые и трудолюбивые пауки оказались на многое способны. Стоило направить их энергию в нужное русло, как Фирузен заметно преобразился – за считанные дни на пустыре рядом с поселением появились первые постройки из кристаллизованной паутины. Они искрились всеми цветами радуги под первыми тёплыми лучами светила, являя собой начало пути на поприще химерьей архитектуры. Пока ещё мало походящие на привычные беседки или укрытые от ветров комнаты были хаотично разбросаны по площадке, но уже имели своё некое очарование.

Помимо кристальных построек на ближайших скалах появились дорожки и висящие прямо над пропастями мостики. Их арахниды высекали из камня, затем “оплавляя” своей слюной, тем самым делая новые дорожки крепкими и нескользкими. Такую особенность обнаружил один из охотников, получивших от меня постоянно голодного паука – именно по данной причине у этой особи арахнида часто капала слюна из пасти, что и привело к такому полезному открытию.

И завершали общую картину обновленного Фирузена свежеуложенные дорожки у подножья. Теперь там вместо размокшего снега и грязи под ногами красовались тропы, выложенные из сброшенного паучьего хитина. Да, как и саламандры, арахниды тоже были подвержены линьке, но в данном случае их кожный покров не годился для дальнейшего использования ремесленниками. Со временем именно сброшенный хитин будто напитывался влагой, тяжелел и становился похож на гранитный камень, потому совсем не подходил для изготовления оружия или брони. Что не касалось хитина, снятого с убитых тел – он не терял нужную для производства податливость. В нашем же случае первый вариант материала пригодился как нельзя лучше.

Как раз на одном из небольших вечерних собраний мы с троицей старост, специально избранных для совещаний, решили использовать сброшенный хитин в качестве укрывного материала для дорог. Если он хорошо себя покажет, то позже можно будет услать им целый тракт. Воздушный транспорт это хорошо, но надёжные дороги никогда не бывают лишними.

В общем, дел было действительно полно, потому нам всё острее не хватало лишних рук.

– Часть охотников отказывается заниматься иным промыслом, – сообщил на собрании Греир. Как самый старший охотник он ожидаемо был выбран ими в качестве связующего звена между нами. – Они считают, что должны продолжить дело своей семьи и поддерживать баланс в лесу. Иначе лохмачи опять расплодятся.

– Согласна, – ответила я, понимая и разделяя опасения, – раз мы живём здесь и вынужденно истребляем хищников, то и травоядных придётся держать под контролем. К тому же не стоит забывать о стабильном доходе, в коем мы сейчас остро нуждаемся. В гильдиях очень высоко оценили как мех оленей, так и костную муку. Глупо упускать возможность хорошо заработать на этом.

Старший охотник поспешил согласиться:

– Тогда решено. Семьи: Норт, Миро, и Дьер будут и дальше вести охоту, пользуясь вашими тотемами. Остальные начнут уделять больше времени строительству, а так же сборам материалов.

– Но это всё равно не решит главную проблему, – вступила в разговор Райша, устало массируя переносицу. В иссушенных временем пальцах находился пергамент с пометками. – Даже так свободных рук не хватит. Тем более если госпожа Адрианна и господин Ларсэл возьмутся за производство летающих ладьей всерьёз.

– Значит, пришло время поиска новых работников, – прозвучало заключение с моей стороны, на которое отреагировал последний член совета. Самый старший житель Фирузена, чья семья некогда управляла ювелирными мастерскими.

– Среди них может оказаться шпион короля Максимилиама, – скрипуче напомнил старик Тареш, чьи глаза были наглухо скрыты под пышными седыми бровями.

На что я улыбнулась и озвучила уже давно крутившуюся у меня мысль:

– Привлечём специалистов со стороны. Уверена, на том же юге мне смогут найти не только десяток другой семей, готовых работать за достойную плату, но и парочку талантливых зодчих. Я уже отправила нескольким эмирам послание с просьбой. Хоть кто-нибудь, да откликнется одной из последних рода Аджарди.

Мужчины на такие вести согласно закивали, а вот Райша решила напомнить мне не самую приятную правду:

– Леди Адрианна, для многих вы сейчас… безродная госпожа. Вы покинули семью Аджарди, когда вышли замуж, и пока у вашего рода нет главы, вас некому туда принять вновь.

– Да, – не стала отрицать горького факта, – но моя сила сокрыта не только в древней фамилии.

– Вы предложите им свою магию? – поинтересовалась Райша.

– Пока это мой самый весомый аргумент и я намерена использовать его без оглядки на запреты, – последовал мой самую малость насмешливый ответ. – Тем более ты сама сказала: после развода я лишилась фамилии и зовусь леди Аджарди скорее по привычке, а те немногие, кто за мной повторяют, делают это из уважения. По факту сейчас у меня нет родового имени, но в моих планах исправить такое упущение.

– Ваш брат вам точно не откажет, – заговорил старик Тареш, на что мне оставалось только хмыкнуть:

– Нет, я не стану его утруждать. Безопаснее будет…. получить совершенно новое родовое имя.

– Но как же? Какой в этом смысл? – удивилась Райша. – Как только вы выйдете замуж, оно просто канет в лету.

– Кто сказал, что я ещё хоть раз войду в чужую семью?

Такой ответ порядком озадачил всех. Однако, ни как иначе по счастливой случайности, мне довелось пожить в роли любовницы, познать на себе тяжесть осуждения “нормальных” семей и понять…. отныне чужое мнение меня не сильно заботит.

Что толку с порицания, когда оно никак не влияет на мою жизнь? Тем более если всё продолжит идти тем же курсом, то я встану во главе не только людей, приручивших нечисть, но и совершенно новой транспортной гильдии. Не ради одного, так ради другого глупые люди будут оставлять при себе своё неодобрение. А умные… просто поймут, почему я больше не рискнула идти под венец.

– Но ведь господин Варг…, – не смогла промолчать Райша, всё ещё озадаченная такой инородной позицией. На что мне пришлось строго отрезать:

– Наши с ним отношения никого не касаются. Всё ясно?

Крохотному совету пришлось со мной согласиться, ведь моё семейное положение не повлияло бы положительно на их благополучие. Скорее наоборот. Реши я выйти за кого-то, тем более из другой страны, то была бы вынуждена покинуть Фирузен, оставляя начатое. Так что теперь тут все скорее с радостью примут моё желание отказаться от официальных брачных уз – мало ли, что стукнет в голову моему мужу, имеющему на меня все законные права.

Единственный же, кого действительно касались мои новые убеждения, не спешил развивать болезненную для меня тему. Даньян просто был рядом, старательно делая вид, что он мне не помогает, но при этом с помощью своих шпионов всячески распространяя пожар из слухов (которым от меня так же занимались дедушка и лорд Гойе) о грязных секретах высших лордов. Ну а ещё мой мужчина исправно отвлекал меня от забот. Как, например, на следующий после собрания день.

И вот снова все мои мысли занимали столбики из цифр прибыли и расходов, но всего одного прикосновение к моей ладони вытеснили работу на второй план.

– Аккуратнее, не перетрудись, – ласково произнёс Даньян, поднося мои пальцы к своим губам. Он частенько находил меня в ворохе бумаг, чтобы вот так подарить нежный, а то и очень жаркий поцелуй.

Посмотрев на закрытую дверь моего рабочего кабинета, я позволила себе проявить инициативу. Встав из-за стола, прильнула к мощной фигуре своего мужчины и игриво сказала: