Чтение онлайн

– Конечно, - вру я. Потому что конечно, нет! Ни черта не в порядке! Но я ужасно не хочу показать Давиду, какая я слабая и запуганная, когда дело касается Бори и его феечки.

Улыбаюсь, неестественно и глупо, как китайская кукла с криво нарисованным лицом. Но это максимум, который я сейчас могу из себя выжать.

– Давид, мы с Лизой поговорим наедине? Ты можешь вернуться в офис, не хочу тебя задерживать.

– Я не тороплюсь, у меня вот… звонок важный. Прошу прощения, дамы, - говорит он мягко, и достает из кармана телефон, - Если что, я здесь, рядом. Он легко касается моего локтя, давая понять этим жестом, что он со мной, и отходит к скамейке, откуда внимательно наблюдает за нами.

От этой его попытки меня защитить становится смешно. Нет, мне все нравится, конечно, но что Дава планирует делать, если наш разговор с Богиней зайдет не в то русло? Разнимать драку? Или записывать ее на видео, чтобы потом показывать мне особенно тупые моменты?

Очень надеюсь, что обойдется без драки. Что мы просто поговорим, о чем она там хочет и разойдемся, на этот раз навсегда.

Поворачиваюсь к Лизе, и спрашиваю прямо:

– Вот, мы одни. Что ты хотела обсудить?

– Узнать, действительно ли развелся с Вами Борис. И есть ли у Вас к нему какие-то претензии после развода?

Я смотрю на нее – молодую, красивую девочку и не понимаю, почему, как, зачем она связалась с моим мужем!

Он не настолько богат, чтобы можно было списать все на деньги.

Не настолько стар, чтобы причиной стало наследства.

И не настолько хорош, чтобы уверовать в его природную харизму и магнетизм.

Или он только со мной так не старался? А перед Лизой расстилается ковром, лишь бы угодить Богине? Не знаю, и если честно, знать не хочу.

– Аниса, - Лиза говорит со мной мягко, как медсестра с душевнобольной, - вы не можете злиться на меня, я ведь… я видела вас со стороны. Вы же совсем другая - расцвели, похорошели. И все это в том числе, потому что разошлись с неподходящим для вас человеком! Неужели вы не благодарны мне? И хотя бы из этого чувства не можете поговорить со мной?

– Нет, Лиза, - упрямо сжимаю губы, - не хочу.

– Я не верю, что в вас нет женской солидарности.

– А в вас значит есть?!

– Разумеется! Иначе я бы не пришла сюда. Или вы думаете, мне очень нравится вот так стоять и позориться? Нет же! Но, Аниса, мне нужно убедиться, что Боря мне не врет. В наш век нельзя верить ничему, ни словам, ни документам, ни интернету – все обманут. Я решила что могу доверять только вам, поэтому, пожалуйста, скажите. Он действительно развелся? Эта вся история, она закончена?

История. Как ловко мою семью опустили до безликого слова «история». Историю в школе учат. Или во дворе пацанам рассказывают. А когда люди женятся, живут вместе, строят быт, дом, бизнес, воспитывают ребенка и в конце выясняется, что тебе все время врали, это не история. Это трагедия.

Но разве на Олимпе про такое знают?

Я могла бы вывалить на эту Лизу сейчас столько всего, но самое главное, я не хочу и не буду эту богиньку ничему учить. Зачем оно мне? Выворачиваться перед ней наизнанку, чтобы что-то доказать или что-то рассказать. Если надо – сама разберется. Как-то же нашла, где меня караулить, а узнать про Борины активы не может? Ну, смешно.

– Лиза, - выдыхаю я, - мы с Борей разведены. И все имущество… оно было поделено, никаких имущественных притязаний на Самойлова у меня нет. Такой ответ вас устроит?

– Более чем!

Вижу, как Лизино лицо смягчается. Бернадская становится еще красивее, хотя я не понимаю, как это возможно. Ну и так же Богиня! Свежая, с такой кукольной мордашкой, будто с нее нарисовали ту самую Барби.

– Лиз, - не могу уже молчать, этот вопрос давно крутится у меня в голове, не давая покоя: - я не понимаю, зачем он вам? Вы молодая, красивая, вроде даже с головой на плечах и так вляпаться. Просто вы и Боря, это же… это даже противоестественно! Лиза отводит взгляд, смотрит куда-то вглубь парка.
– Не знаю. Честно.
– она пожимает плечами.
– Может, он… напоминает мне отца? Я своего папу очень любила, но почти никогда не проводила с ним время, он был все время занят. А еще он был таким строгим, бескомпромиссным, и в то же время мягким, когда это нужно маме. Один в один как Боря.
– Она вздыхает. – Правильнее всего было бы разорвать эти отношения, но я не могу. Не получается. И я ведь понимаю, что они ни к чему не приведут, что у нас чудовищная разница в возрасте и что любое наше совместное решение, от свадьбы до рождения детей – так еще авантюра. Но вот, сижу и гуглю пары с большой разницей в возрасте, чтобы хоть как-то успокоиться. Майкл Дуглас старше своей жены на 25 лет, представляете? А Боря меня всего на 23.

– Лиза, но ведь он обманщик и предатель.

Странно, но мне важнее донести до нее это, чем все финансовые махинации, которые провернул вокруг меня Самойлов. Абсолютно плевать на деньги, но почему-то становится жалко эту дуру!

– Ну он же вас предал, не меня. Я много думала об этом и поняла, что женщина раскрывает потенциал мужчины и… вероятно с вами он прожил такой сценарий. А со мной все будет по другому и я смогу его изменить. Вы его ненавидите, для вас он подлец и мерзавец. Но я-то вижу другого Борю. Я верю, что могу… раскрыть в нем того самого, лучшего мужчину. Сделать из чудовища принца.

Она поворачивается ко мне, и в ее глазах внезапно проскальзывает детская неуверенность.

– Аниса, вы думаете, я идиотка?

Я смотрю на ее юное, наивное лицо и чувствую не презрение, а горькую жалость. К ней. И к себе прошлой.

– В вашем возрасте быть идиоткой не стыдно, - говорю я тихо.
– А вот в моем - очень. И я не могу пережить, что была ей.

Мы молчим, не зная, что еще сказать, как вдруг я прошу:

– Лиза… если вы действительно верите во все, что рассказываете… про то, что женщина женщине опора и про наше сестринство, то могу я попросить об одном одолжении? Это такая мелочь, если учесть что от меня вам достался потенциально лучший из мужчин? – Бернадская медленно кивает и тогда я произношу: - пожалуйста, избавьте меня от вашего общества. Я не хочу видеть вас никогда, и даже если мы встретимся где-то случайно, я хочу, чтобы вы сделали вид, что мы не знакомы. И не нужно искать меня и задавать вопросы, просить советы – все это меня больше не касается, а воспоминания о прошлом причиняют слишком много боли. Пожалуйста. Это единственное, о чем я вас могу просить.

Лиза смотрит на меня еще немного, а потом разворачивается и уходит, и идет пока ее силуэт не теряется за деревьями.

А я остаюсь стоять на аллее. Мне даже пошевелиться, не то что уйти, трудно. Словно все тепло этого дня из меня выморозили и мышцы задеревенели как у покойницы.

Я чувствую, как ко мне подходит Давид. Он не говорит ни слова. Он просто становится рядом.

Просто протягивает руку и поправляет мои волосы. Его пальцы слегка задевают кожу у виска, и это прикосновение - такое тихое, такое бережное, - заставляет меня вздрогнуть.

Просто шепчет, что все будет хорошо.

Он просто есть.

Я закрываю глаза и на секунду прижимаюсь щекой к его ладони. Не плачу. Стою и дышу, чувствуя, как ледяной ком внутри начинает таять под теплом его рук.

– Чего ты хочешь, Аниса? Что мне сделать, чтобы ты не грустила?

Поднимаю глаза вверх и смотрю Давиду прямо в лицо.

– Я хочу есть. – Шмыгаю носом.
– Отвези меня куда-нибудь и закажи самые вкусные в мире хинкали!

Холодно, не смотря на огонь в камине. Почему-то последние недели в моем доме стало невероятно зябко.

Котельная работает.

Батареи шарашат вовсю.

Камин, опять же.

А я все равно не могу согреться.

Иду за пледом, и, накрыв ноги, снова беру планшет.

Так странно, что я до сих пор не бросил читать эту книгу. Обычно меня хватает на пять глав, чтобы все понять – и о сюжете, и о персонажах и об авторе. Я даже коммерческую выгоду могу просчитать, просто заглянув в историю, не изучая ее.