Чтение онлайн

Пришлось теперь довольно улыбаться мне:

— Я, безусловно, польщена вашим шикарным предложением, но позволю себе сделать встречное. К счастью, у меня отличный адвокат, и в целом неплохие позиции для развода с Ермаковым на моих условиях, поэтому в настолько полной защите и покровительстве я все же не нуждаюсь. Но буду рада… сотрудничеству.

Захар Алексеевич мгновенно подобрался и уставился на меня очень серьезно. Весь этот псевдоромантический флёр и улыбочки исчезли, как по мановению волшебной палочки.

— Внимательно слушаю.

Да, вот теперь вижу серьезного, крупного бизнесмена, а не зажравшегося, хамоватого нувориша.

— Я предлагаю вам в доверительное управление десять процентов акций холдинга Ермакова, которые принадлежат мне, и еще двадцать девять, которыми я имею право распоряжаться ближайшие три года от имени своего сына.

Вспыхнувшие хищным блеском глаза Дымова подтвердили: с предложением я угадала.

— Сразили наповал, Элина, как обычно.

Куча мыслей и комбинаций наверняка мгновенно пронеслись в этой прошаренной, умной голове, поэтому я ждала конкретных уточняющих вопросов.

Дымов прикинул себе что-то там и поинтересовался:

— На какой срок и на каких условиях? Да и вообще, что от меня потребуется на самом деле?

— Пока на год, а там поглядим по результатам вашей хозяйственной деятельности. Меня интересует постоянное увеличение дохода акционеров, в частности чтобы эти средства покрывали наши с детьми нужды. Если совсем конкретно, то мне необходимо, чтобы ежегодный доход по акциям рос, значительно опережая инфляцию.

Захар спокойно кивнул:

— Разумно и в целом совпадает с моими намерениями.

— Я не желаю встречаться с Ермаковым на совещаниях и обсуждениях путей развития холдинга, а также участвовать каким-либо образом в процессе управления, но и доверить ему все ценные бумаги, как это было ещё десять лет назад, я не готова.

Дымов чуть ослабил галстук и внимательно на меня посмотрел:

— Понимаете, что сейчас я становлюсь, вашими стараниями, управляющим контрольным пакетом?

— Безусловно, — мрачно усмехнулась, — я это понимаю. Точно так же как и тот факт, что сейчас я доверяю вам гораздо больше, чем моему бывшему мужу.

— Только время позволит мне оправдать это доверие, но, в свою очередь, готов предоставить вашей дочери возможность возглавить один из моих петербургских филиалов. Если она так хороша в управлении, как говорят, освоить новое направление ей будет несложно. Естественно, поддержку я обеспечу как силовую, так и информационную.

Вот это внезапный разворот на полной скорости, я бы сказала.

Потерла виски и устало пробормотала:

— Это, конечно, интересно, но в настоящий момент, пока Марина пребывает на лечении, предложение, к сожалению, нереализуемо.

— Только скажи, что я могу сделать для тебя… — снова в мгновение ока жёсткий бизнесмен превратился во внимательного собеседника, который, кажется, хотел бы помочь, поддержать и успокоить тревожную мать в моем лице.

— Захар Алексеевич, спасибо большое. Буду рада вернуться к вопросу о смене рода деятельности моей дочерью через месяц-полтора, если это будет ещё актуально.

Дымов согласно закивал, а я на всякий случай уточнила:

— Я же правильно понимаю, что поддержанными машинами вы тоже торгуете? — и, дождавшись положительного ответа, заметила, — у меня есть «Ягуар», который я хотела бы продать.

— Да неужели? Тот самый, знаменитый на весь наш развесёлый городок? «Вишневый Яша»?

Не удержалась, хихикнула.

В свое время, когда Ермаков подарил мне эту жутко дорогую и пафосную машинку, мне показалось — это мило. Словно это был знак внимания и ежедневная забота мужа о том, чтобы баловать меня эксклюзивными редкостями. Такая прелесть вроде рояля.

Но сейчас я чётко осознавала: наш огромный модный и дорогой дом, белый уникальный рояль и даже мой «Вишнёвый Яша» — те предметы роскоши, которые необходимо продать, потому что либо они не имеют смысла, либо содержать их очень дорого. Да и некому.

И никому эти статусные вещи, по большому счёту, сейчас не нужны.

А деньги на постоянные курорты и санатории для матери, и для лечения Марины, а также для поступления Феликса и грядущей школы Ниночки мне понадобятся солидные.

Так что пора поскрести по сусекам и расстаться с теми предметами, в которых нет смысла, а один пафос.

Мягко улыбнулась Дымову:

— Буду рада, если вы найдёте для «Яшеньки» хорошие, заботливые руки.

Захар Алексеевич достал из внутреннего кармана, вероятно, свою визитную карточку и ручку с золотым пером. Что-то нацарапал на обратной стороне визитки и по столу толкнул её ко мне.

С любопытством прочитала написанное и вновь обалдела, примерно так же, как после его внезапного предложения руки и сердца.

— Это что за номер сотового телефона? — осторожно уточнила.

— Это сумма, за которую я готов выкупить вашу машину хоть сейчас.

Глядя на стоимость хорошей новой трёхкомнатной квартиры в Петербурге, я не могла понять:

— Зачем? Захар, зачем вам это?

Он легко поднялся из-за стола, дошел до одного из шкафов у стены кабинета, достал оттуда что-то, завёрнутое в шуршащую подарочную бумагу и вернулся ко мне. Поставил на стол передо мной огромную коробку, обнял за плечи и склонился к уху. Опалил его горячим выдохом шепнув:

— Ну, раз просто так замуж за меня ты не согласна, тогда пойдём традиционным путём. Ухаживания, подарки, свидания…

А я замерла сусликом, ошеломленно уставившись внутрь коробки, где рядком стояли баночки с икрой, и лежала копчёная рыба в вакуумной упаковке.

Вот это сюрпри-и-из!

'Всему свое время, и время всякой вещи под небом:

время рождаться, и время умирать;

время насаждать, и время вырывать посаженное;

время убивать, и время врачевать;

время разрушать, и время строить;

время плакать, и время смеяться;

время сетовать, и время плясать;

время разбрасывать камни, и время собирать камни;

время обнимать, и время уклоняться от объятий…'

(Еккл.3:1–5)