Чтение онлайн

Стас на дорогу смотрит, желваки играют.

Что, дорогой, рассказать тебе про секс? Хорошо.

– Был, Стас. Был секс. Ну, почти.

– Это как?

– Представляешь, не влез.

– Что? – опять хохочу в голос, глядя на изумленное лицо бывшего.

– Не влез, говорю. Большой очень. – а перед глазами блюдо с курагой. Мамочки мои, как мне смешно!

– Маш, ты сейчас серьёзно?

– Нет, а что?

– Ничего. Проехали.

Ишь ты! Проехали!

Ладно, Тихонов, проехали, так проехали!

До дома нашего… нашего с дочками пара кварталов осталась. Прекрасно.

О чём я?

Об изменах.

Надоело. Надоело уже об этом думать.

Измена для мужчин обычное дело. А для женщин обычным стало – «понять простить».

Почему? А вот так. Потому что. Потому что так проще.

Потому что у всех ипотеки, кредиты, дети, репетиторы, за институт платить надо. И одной это не вытянуть.

Посему вспомнили бабушкины наказы – «не карандаш, не сточится», «не мыло, на смылится». И вот это – «все они кобели, одинаковы», поэтому лучше уж пусть свой, пусть и неверный, но рядом.

Вот и получается, у всех несчастных одно – измена, прощение, снова измена, и снова прощение.

Замкнутый круг. Гонки по вертикали.

Я так не смогла.

Но разве в итоге я себе сделала хорошо?

Или ему?

Да уж.

Может стоило нам тогда к психологу вместе сходить?

Может помогло бы? Разложили бы нам по полочкам всё наше счастье и несчастье.

– Маш, так что с доктором?

– Стас, ты ведь понимаешь, что я уже все варианты посмотрела?

– Понимаю. Неужели совсем всё по нулям?

– Практически.

– Это как?

Вздыхаю. Не могу сказать, что я сильно умею врать, всегда была честной, всю жизнь думала, что все вокруг сразу понимают, что я лгу и поэтому старалась говорить правду. Стас тоже знает меня как правдолюбку, может, поэтому и не подозревает.

А я самозабвенно лгу.

Гадко ли мне?

Нет.

Гадко изменять. Говорить о любви, а потом бежать на свиданки к другому. Это гадко.

А спасать свою любовь и свой брак – вообще нет. Этим я и занимаюсь.

Спасаю нас.

Так что…

Выдыхаю еще раз.

– Ну, теоретически можно сделать операцию, но поможет ли она – большой вопрос. На мой взгляд это просто выкачивание денег. Операция, реабилитация – бабло, бабло, а потом финал один.

– Тебе бабла что ли жалко? – как-то зло выговаривает Стас.

Нормально? Бесит!

– Жалко, Стас. У меня столько нет, чтобы взять и выбросить.

– А на меня ты не рассчитывала? – о, теперь я понимаю причину злости. Мужчине не дали почувствовать себя мужчиной.

– Слушай, ну, давай так, если бы я знала, что толк будет, что спасти меня можно, конечно бы я пришла к тебе за помощью.

– Я помогу, Маш. Даже если толку не будет, давай мы это сделаем, а?

Голос у него такой сейчас…

Тёплый.

Любящий голос. Родной.

Он реально готов куча бабла потратить, чтобы спасти бывшую жену?

Или это бравада?

– А если я назову цену, Стас?

– Называй.

– Двести миллионов. Рублей.

Я не навскидку говорю. Тут я тщательно подготовилась. Нашла нужное заболевание, погуглила, даже доктора знакомого нашла, чтобы обсудить детали. Не говорила, конечно, для чего. Ну, доктор и не спрашивал, мало ли.

В общем, сумма охренеть какая.

Стас крякает, закашливается.

– Это того не стоит, Стас.

– Ты – стоишь.

Господи…

Придумать всё это стоило только для того, чтобы услышать эти слова.

– Стас.

– Маш, я найду деньги. Не волнуйся.

– Подожди только, Стас, ладно?

– Чего ждать-то?

Чего ждать! Того, самого!

Сейчас как начнёт продавать активы как не в себя, и останемся мы все у разбитого корыта!

– Я схожу к твоему доктору в эту супер-клинику. Схожу. После разговора с ним и будем думать, ладно.

– Ладно.

– Не вздумай ничего продавать и собирать деньги, ясно?

?- Маш, ты меня совсем за дурака-то не держи.

– Не держу. Успокойся.

– Успокойся… успокоишься тут… Упокоишься скорее. Прости.

– Ничего, нормально.

– Маш…

– Стас, знаешь, а Вика твоя приятная девушка.

– Неужели? – усмехается. – То есть, благословляешь, что ли?

– А ты бы хотел, чтобы благословила?

– Я-то?

Вздыхает, рука руль сжимает крепче. Обычно он за рулём всегда был расслабленный, а тут. Нет, я понимаю, со мной сейчас фиг расслабишься. И всё-таки…

– Я, Маш, хотел бы назад отмотать. Сильно назад. Даже не на два года, больше. В то время, когда… когда мы малыша ждали. По-другому всё сделать. Чтобы ты не переживала, не страдала. Поддержать. Не давать тебе в себе копаться, и самому не чувствовать эту вечную вину. Отмотать до момента, когда всё еще хорошо у нас, когда мы счастливы. Тогда бы и всего этого пиздеца не было.

И снова его слова меня накрывают.

Отмотать.

Если бы это было так просто.

– Я бы тоже хотела… отмотать.

Молчим.

Приехали.

Стас паркуется на том месте, где обычно ставил машину. Оно, как ни странно, свободно. Хотя, почему странно, лето, москвичи на дачах или в отпусках. А мы тут. Воюем за право быть счастливыми.

– У него член был крохотный, и сморщенный, как курага.

– Что?

– То.

– Прям… как курага?

– Я сильно не рассматривала. Мне было смешно.

– Представляю. Довела мужика, да, Маш? Довольна?

– А я-то тут причём? Я не виновата, то там…курага.

Смотрю на бывшего мужа, и мы оба неожиданно начинаем ржать.

Ну, не плакать же? Над курагой?

– Значит, курага?

– Ага…

– Соскучилась, Маш?

– По кому?

– По нормальному члену?

– Да где ж его взять-то, нормальный.

Наглый Тихонов берёт мою руку и кладёт на ширинку. Стоит, гад.

– Бери, весь к вашим услугам, мадам.

– Да, Мария…

– Я надеюсь, это останется между нами, доктор?