Чтение онлайн

Напитки лились рекой, пар клубился, шутки становились все грубее и громче. Я смеялся вместе со всеми, хлопал Герарда по плечу, подшучивал над Аластором, как и он надо мной, но внутри был пуст и холоден. Мысль о тоннелях, о предательстве за стенами этой самой бани, жгла изнутри.

Поздно вечером, когда король с советниками, веселые и раскрасневшиеся, отправились по своим покоям, я вышел из бани один. Теплый пар вырывался за мной в холодный коридор клубами.

Голова гудела, но я был трезвее, чем казался. Гнев, копившийся весь вечер, теперь требовал выхода. И адресат у него был один.

Я вошел в спальню без стука. Галия сидела у камина, в ночной рубашке и теплом халате, и что-то шила.

Подняла на меня глаза и в них мелькнуло удивление. Видимо, мой вид говорил сам за себя: растрепанные волосы, запах бани, взгляд, в котором уже не осталось ни капли сегодняшнего утреннего подобия мягкости.

— Я думала, ты уже спишь сладким послебанным сном, — слегка подняв правую бровь, сказала Галия.

Я закрыл дверь на засов. Звук щелчка прозвучал в тишине оглушительно.

— Интересно знать, где бы я спал, — медленно двигаясь в сторону жены, начал я. — Если моя спальня — здесь.

— Ну, вчера же ты где-то спал, — пожав плечами, ответила Галия.

— А сегодня я хочу спать рядом со своей дорогой женушкой, — язвительно заявил я, вплотную подходя к Галии и наклонился, упираясь руками в подлокотники ее кресла, загораживая путь к отступлению.

— Этого не было прописано в нашем договоре, — абсолютно спокойно ответила она, подняв на меня глаза.

— Я этот договор придумал, — рыкнул я, теряя терпение. — Я его и отменить могу.

— Рикард, ты пьян, — попыталась усмирить меня эта несносная женщина. — Хочешь спать здесь — ложись и спи. Я найду себе место на ночь. В конце концов, за мной все еще числятся нижние покои.

— Я хочу знать правду! — прошипел я ей в лицо.

— Какую правду? — нахмурив брови, спросила Галия. — Ты там головой стукнулся, когда под землю провалился?

— Хватит играть со мной, женщина! — прорычал я, выхватывая у нее из рук поделку и кидая ее в камин. — Хватит делать из меня идиота!

— Да ты и сам прекрасно справляешься с этой задачей, — огрызнулась жена, отпрянув от меня.

Она смотрела на меня с вызовом и раздражением, но я был уверен, что это всего лишь игра. Желание получить ответы было сильнее голоса разума, который подсказывал, что выяснять подобное стоит более спокойным тоном.

Но когда бы я его слушал?

— Я знаю твою тайну, Галия! — выдохнул я ей в лицо, еле сдерживая себя, чтобы не схватить ее. — Поэтому либо ты сама признаешься во всем сейчас же, либо… хуже будет.

Галина

Если бы мне давали по рублю каждый раз, когда мужчина в моей жизни грозился, что мне “будет хуже”, я бы уже купила себе тот красный купальник и еще парео на сдачу.

Но Рикард, надо отдать ему должное, подал эту угрозу с такой театральной драматичностью, что я даже на секунду впечатлилась. Он стоял надо мной, весь такой с испепеляющим взглядом и раздувающимися ноздрями, будто дракон, который вот-вот чихнет огнем.

“Хотя, почему будто? — пронесся логичный вопрос у меня в голове. — Он ведь и есть дракон!”

Я откинулась в кресле, сделав вид, что задумчиво изучаю потолок.

— Хуже? — переспросила я с наигранным безразличием. — Интересно, что может быть хуже, чем сидеть в этой ледяной крепости, притворяться идеальной женой, да еще и знать, что твоя предшественница вела двойную жизнь? Ах да, наверное, оказаться виной всему, что здесь происходит.

— Что ты несешь? — прошипел он, и его голос приобрел тот самый низкий, звериный обертон, от которого у меня по спине побежали мурашки.

Не от страха, честное слово. Скорее от предвкушения дальнейшей игры.

— Я размышляю вслух, милый, — невинно хлопая ресницами, ответила я. — Это полезно для психики. И тебе бы не помешало.

Он двинулся вперед, и я, как честная женщина, не стала ждать, пока он схватит меня за шиворот. Я выскользнула из кресла с грацией, достойной советской гимнастки на пенсии (ну, почти), и рванула в другую сторону комнаты.

— Стоять! — прогремел он.

— Ага, ЩАЗ-З-З! — огрызнулась я, на ходу хватая с туалетного столика тяжелый флакон с духами (бесполезный, безвкусный, но хоть что-то). — Бегу и тапки теряю! В нашем договоре не было прописано, что ты будешь на меня орать, а я покорно это выслушивать!

Он шел медленно, целенаправленно, отрезая мне пути к отступлению. Его глаза в полумраке светились тем самым золотистым огнем, который сейчас казался менее ледяным и более… напряженным. Я отступила к кровати. Зачем-то.

— Галия, — сказал Рик хриплым голосом, — я устал от твоих игр.

— Добро пожаловать в наш клуб! — парировала я, отпрыгивая, когда он сделал рывок. — Но если думаешь, что, поймав меня, ты что-то узнаешь, то ты глубоко ошибаешься. Я сама еще не во всем разобралась!

Он поймал меня за руку. Его пальцы обхватили мое запястье — жарко, плотно, без возможности вырваться. Я дернулась, но он притянул меня ближе. Наше дыхание смешалось — его тяжелое, разгоряченное, мое — учащенное от адреналина и дикой, искрящейся злости.

— Говори, — потребовал он и его взгляд скользнул по моему лицу к губам.

Я это заметила. О, я это прекрасно заметила.

— А если не захочу? — выдохнула я, пытаясь вывернуть руку. — Отдашь приказ? Прикажешь мне быть откровенной? Это же так романтично, Рикард! Прямо как в старых добрых сказках, где принц угрозами выбивает из принцессы признание!

— Ты сводишь меня с ума, женщина! — прошипел он, и в этом не было уже чистой ярости. Было нечто другое — густое, терпкое, опасное. Его другая рука поднялась, собираясь притянуть меня еще ближе, но я извернулась и рванула в сторону, волоча его за собой.

— Вот видишь! — запыхавшись, заявила я, пятясь к камину. — Ты сам не знаешь, чего хочешь! То тебе тихая мышь нужна, то вдруг активную подавай, то ты ее в подвал ссылаешь, то ловишь по спальне, как кот мышку! Определись уже! Может, тебе на самом деле козла в жены надо? Он и блеять будет, когда нужно, и травку жевать — тихо, и по горам скакать может!