Чтение онлайн

Лучшіе люди всхъ слоевъ общества призываютъ бурю, чтобы она своимъ огненнымъ дыханіемъ очистила міръ отъ чумы, заразившей его, уничтожила ржавчину, подающую насъ, увлекла въ своемъ бурномъ порыв жалкіе остатки прошлаго, лишающіе насъ воздуха и свта, и принесла всему человчеству новый потокъ молодости, честности и благородства.

Въ такія эпохи забываютъ о насущномъ хлб, и люди, уставшіе отъ неподвижности и тупости окружающаго, задыхающіеся въ смрадномъ болот жизни, всми силами стремятся къ свту, къ прогрессу, къ обновленной, полной мысли и силы, жизни. Исторія въ своемъ прошломъ даетъ намъ яркій примръ подобной эпохи: паденіе Римской имперіи. Человчество переживаетъ сейчасъ такую же фазу глубокаго перерожденія.

Если революція неизбжна при современномъ экономическомъ и политическомъ стро, то она является прямо-таки необходимостью для полной переоцнки всхъ нашихъ нравственныхъ устоевъ.

Ни одна форма общежитія невозможна безъ нравственныхъ связей и извстныхъ обязательствъ, налагаемыхъ членами общества другъ на друга и переходящихъ постепенно въ привычку. Во всхъ организаціяхъ встрчаемъ мы эти нравственныя связи, эти соціальныя привычки. Особенно развиты он у первобытныхъ народовъ, этихъ живыхъ памятниковъ того, чмъ было человчество на зар его жизни.

Но неравномрное распредленіе богатствъ, неравныя условія, эксплоатація человка человкомъ, господство нсколькихъ избранныхъ надъ массами, подточили и разрушили съ теченіемъ времени эти основы первобытной жизни народовъ. Промышленность, основанная на эксплоатаціи, торговля, держащаяся обманомъ, господство привилегированныхъ, именующихъ себя „правительствомъ”, не могутъ существовать рядомъ съ принципами всеобщаго равенства и единенія, признаваемыми еще племенами, отброшенными на задворки такъ называемыхъ цивилизованныхъ государствъ. Какая можетъ быть рчь о солидарности между капиталистомъ и эксплоатируемымъ имъ рабочимъ? между командующимъ арміей и солдатомъ? правителемъ и подвластнымъ ему подданнымъ?

Первобытная мораль, основанная на отождествленіи каждаго индивидуума со всми ему подобными, уступила мсто лицемрной морали религіи, которая старается софизмами оправдать эксплоатацію и рабство и для виду порицаетъ лишь самыя дикія и жестокія проявленія господствующей власти. Религія освободила человка отъ его нравственныхъ обязанностей по отношенію къ ближнимъ и взамнъ этого внушила ему поклоненіе невидимой абстракціи — Высшему Существу, расположеніе котораго можно купить, хорошо заплативъ его такъ называемымъ служителямъ.

Однако, отношенія, установившіяся въ наше время между отдльными личностями, группами, націями, континентами, налагаютъ на человчество новыя нравственныя обязательства. По мр того, какъ исчезаютъ религіозныя врованія, человкъ начинаетъ сознавать необходимость нкоторыхъ обязанностей по отношенію къ тмъ, съ кмъ ему приходится входить въ сношенія. Онъ понялъ, что его личное счастіе всецло зависитъ отъ счастья всего человчества. Отрицательные принципы религіозной морали: „Не воруй, не убій”, уступаютъ мсто боле жизненнымъ положительнымъ принципамъ человческой морали. Повелнія Бога, котораго можно всегда ослушаться, умилостививъ его предварительно приношеніями, замняются теперь требованіями равенства и солидарности, гласящими: „Если ты хочешь быть счастливымъ, длай всмъ и каждому только то, что ты хотлъ-бы, чтобъ теб длали”. И этотъ простой положительный принципъ, не имющій ничего общаго съ предписаніями религіи, открываетъ сразу человчеству обширное поприще для самоусовершенствованія.

Необходимость измнить наши взаимныя отношенія, соотвтственно этому принципу, заставляетъ себя чувствовать съ каждымъ днемъ все сильне. Но ничто не можетъ быть и не будетъ достигнуто въ этомъ направленіи, пока эксплоатація, господство, лицемріе и софизмы останутся основами нашей соціальной организаціи.

Тысячи примровъ могутъ быть приведены въ подтвержденіе этого. Но мы здсь ограничимся лишь однимъ, — самымъ ужаснымъ, — примромъ нашихъ дтей. Что длаемъ мы изъ нихъ въ современномъ обществ?

Уваженіе къ дтству, любовь къ ребенку — лучшія качества, выработанныя человчествомъ на всемъ его тяжеломъ пути отъ первобытнаго состоянія къ современному. Сколько разъ приходилось видть самаго закоренлаго преступника обезоруженнымъ улыбкой ребенка! Въ наше время это уваженіе исчезаетъ; ребенокъ сталъ у насъ рабочимъ скотомъ или же, въ лучшемъ случа, игрушкой для удовлетворенія страстей.

Мы видли недавно, какъ буржуазія истребляетъ нашихъ дтей, заставляя ихъ работать на заводахъ и фабрикахъ [5] . Тамъ ихъ убиваютъ физически. Развращенное же до мозга костей общество убиваетъ ихъ и нравственно.

Оно свело образованіе къ безсмысленному заучиванію, которое, конечно, не можетъ дать пищи возвышеннымъ стремленіямъ и жажд идеала, проявляющимся въ извстномъ возраст у большей части нашихъ дтей. Оно, напротивъ, всми силами старается забить всякую талантливую, независимую и гордую натуру. Дти, боле или мене сознательныя, начинаютъ ненавидть школу, озлобляются и на всю жизнь замыкаются въ себя или съ отчаяніемъ бросаются искать какого бы то ни было выхода своимъ страстямъ и стремленіямъ. Они жадно накидываются на романы, стараясь найти въ нихъ поэзію, которой не дала имъ жизнь; они зарываются въ эту грязную, рыночную литературу, сфабрикованную для буржуазіи по пятаку за строчку и, начитавшись, подобно молодому Леметру, вонзаютъ ножъ въ горло какому-нибудь ребенку, чтобы стать знаменитымъ преступникомъ. Другіе со страстью предаются гнуснымъ порокамъ, и только т дти, у которыхъ нтъ ни порывовъ, ни страстей, ни стремленій къ независимости и самостоятельности, благополучно достигаютъ конца. Они снабдятъ общество достаточнымъ контигентомъ хорошихъ буржуа, съ ихъ скудной нравственностью и убогой добродтелью. Это люди, которые, конечно, не станутъ таскать платковъ изъ кармановъ проходящихъ, но тмъ не мене будутъ съ спокойной совстью, „честно” обворовывать своихъ кліентовъ. Они не предадутся сильной, безразсудной страсти, но будутъ исподтишка бгать къ своимъ любовницамъ, чтобъ развлечься и отдохнуть отъ однообразія семейнаго очага. Они всецло втянутся въ засасывающее болото пошлости и будутъ вопить, какъ только кто-нибудь захочетъ дотронуться до плсени, покрывающей ихъ.

Вотъ, что даетъ буржуазія своимъ сыновьямъ. Что же касается дочерей, она развращаетъ ихъ съ ранняго дтства. Нелпое чтеніе, разодтыя куклы, роскошные наряды, назидательный примръ матери, бесды въ будуарахъ, — все способствуетъ тому, чтобы сдлать изъ ребенка женщину, которая продастъ себя тому, кто дастъ за нее большую цну. Ребенкомъ еще она распространяетъ вокругъ себя заразу: дти рабочихъ съ завистью смотрятъ на эту двочку въ роскошномъ плать, съ изящной поступью, съ манерами куртизанки въ двнадцать лтъ. Если же мать добродтельна, на сколько могутъ быть добродтельны буржуа — тогда еще хуже. Двочка рано пойметъ цну двуличной морали, гласящей: „Люби ближняго, но грабь его, когда можешь! Будь добродтельна, но до извстной степени, и т. п.”; она задохнется въ этой атмосфер нравственности `a la Тартюфъ и, не найдя въ жизни ничего прекраснаго, захватывающаго и цннаго, бросится въ объятья первому встрчному, лишь-бы онъ могъ удовлетворить ея потребностямъ роскоши.

Вглядитесь какъ слдуетъ въ эти явленія, вдумайтесь поглубже въ ихъ причины, и вы убдитесь въ необходимости бурной революціи, которая очиститъ современное общество и вырветъ съ корнемъ то зло, которое съдаетъ человчество и служитъ источникомъ заразы.

Пока среди насъ есть паразиты, живущіе нашимъ трудомъ подъ предлогомъ управлять нами, эти паразиты будутъ очагомъ чумы и разврата для общественной нравственности. Праздные люди всю жизнь ищутъ безсмысленныхъ развлеченій; чувство солидарности убито въ нихъ самыми основами ихъ существованія; преступный эгоизмъ развивается самой ихъ жизнью; такіе люди всегда склонны къ самой грубой чувственности: они унижаютъ и оскверняютъ все, къ чему прикасаются. Своимъ золотомъ и животными инстинктами они развращаютъ женщину и дтей; они развращаютъ искусство, театръ, прессу; они готовы продать свою родину, продать ея защитниковъ и, слишкомъ трусливые, чтобы сами убивать, они, не колеблясь, заставятъ убить лучшихъ представителей родной страны, если только что-либо будетъ угрожать ихъ богатству — единственному источнику ихъ радости.

Чума у нашихъ очаговъ; надо уничтожить источникъ заразы и, если даже придется дйствовать огнемъ и мечемъ, — мы не должны останавливаться: дло идетъ о спасеніи всего человчества.

Въ предыдущихъ главахъ мы пришли къ заключенію, что Европа катится по наклонной плоскости къ революціи.

Изслдуя способы производства и обмна, установленные буржуазіей, мы замчаемъ, что гангрена охватила весь современный строй жизни.