Чтение онлайн

Правъ не даютъ, ихъ берутъ!

Молодые люди, я обращаюсь сегодня исключительно къ вамъ. Пусть старики, т е. старые духомъ и сердцемъ, оставятъ эту книгу и не утомляютъ даромъ глазъ надъ чтеніемъ, которое имъ ничего не дастъ.

Я полагаю, что вамъ восемнадцать, двадцать лтъ, что вы заканчиваете ваше образованіе или обученіе ремеслу и вступаете въ жизнь.

Я думаю, что вы свободны отъ предразсудковъ, которые вамъ старались внушить; вы не боитесь чертей и не станете слушать пустыхъ бредней священниковъ и пасторовъ.

Вы не принадлежите, конечно, къ тмъ печальнымъ продуктамъ человчества въ період упадка, къ тмъ жуирамъ, которые цлые дни мрятъ тротуары въ модныхъ брюкахъ, съ вылощенными физіономіями, и уже въ этомъ возраст мечтаютъ только о безплодныхъ развлеченіяхъ. Напротивъ, я думаю, что вы здоровые люди, жаждующіе разумнаго труда, и потому я обращаюсь къ вамъ.

Не разъ уже вы ставили себ, должно быть, слдующій вопросъ: кмъ я буду? Въ васъ ясно сознаніе, что вы изучали какую-нибудь науку или ремесло — на счетъ общества, замтьте это, — не для того, чтобъ воспользоваться ими, какъ орудіемъ для эксплоатаціи. Надо быть слишкомъ испорченнымъ и изъденнымъ пороками, чтобъ не желать въ вашемъ возраст посвятить вс свои способности, знанія и силы служенію тмъ, которые коснютъ въ невжеств и нищет.

Вы, конечно, мечтали объ этомъ?

Поговоримъ о томъ, какъ осуществить ваши мечты.

Я не знаю, въ какихъ условіяхъ вы родились и воспитывались. Можетъ быть, баловни судьбы, вы получили научное образованіе; вы будете докторомъ, адвокатомъ, писателемъ или ученымъ; широкое поле дятельности откроется передъ вами; вы вступите въ жизнь съ обширными познаніями, съ выработанными способностями къ труду.

Можетъ быть, вы будете честными ремесленниками; ваши научныя познанія ограничиваются тмъ немногимъ, что вы получили въ начальной школ; но зато вы хорошо знаете, какова тяжелая трудовая жизнь нашихъ рабочихъ.

Остановимся сначала на первомъ предположеніи. Представьте себ, что вы докторъ.

Завтра придетъ рабочій звать васъ къ больной. Онъ поведетъ васъ въ одинъ изъ тхъ грязныхъ, узкихъ переулковъ, гд сосдки черезъ улицу жмутъ другъ другу руки надъ головами прохожихъ.

При тускломъ освщеніи коптящей лампы, задыхаясь отъ спертаго воздуха и вони, подымаетесь вы въ пятый этажъ по грязной, скользкой лстниц. Вы входите въ темную, холодную комнату, гд въ углу, на куч грязныхъ тряпокъ, лежитъ больная, покрытая какими-то лохмотьями. Блдныя, исхудалыя дти, дрожа отъ холода, вопросительно смотрятъ на васъ широко открытыми глазами. Всю жизнь мужъ работалъ по двнадцати, тринадцати часовъ въ сутки, какъ-бы ни былъ тяжелъ его трудъ: теперь, вотъ уже три мсяца, какъ онъ не находитъ работы. Безработица бывала и прежде: она повторяется періодически каждый годъ. Но тогда жена ходила работать поденно... быть можетъ, стирать ваши рубашки, по полтиннику въ день.

Но вотъ уже три мсяца, какъ она не встаетъ съ постели, и ужасающій призракъ нищеты и голода сталъ передъ семьей.

Что посовтуете вы больной, господинъ докторъ? Вы, который знаете, что единственная причина ея болзни — недостатокъ пищи и воздуха? Хорошій бифштексъ каждый день, немного движеній на свжемъ воздух, сухую, свтлую комнату? Какая насмшка! Разв она безъ вашихъ совтовъ не знаетъ, что все это ей нужно!

Если вы сумете вселить къ себ довріе и захотите поговорить съ этой семьей, она разскажетъ вамъ, что за перегородкой живетъ гладильщица, которую постоянно мучаетъ душу раздирающій кашель, что въ нижнемъ этаж вс дти лежатъ въ лихорадк, что прачка, поселившаяся въ подвал, не дотянетъ до весны и что въ сосднихъ домахъ еще того хуже.

Что посовтуете вы всмъ этимъ больнымъ? Хорошее питаніе, перемну климата, мене изнурительный трудъ?.. Вы не ршитесь, конечно, этого сдлать и поторопитесь уйти съ разбитымъ сердцемъ, съ проклятіемъ на устахъ.

Вы еще находитесь подъ впечатлніемъ этой ужасной нищеты, когда вашъ товарищъ разсказываетъ вамъ, что за нимъ только что прізжалъ выздной лакей; онъ повезъ его въ роскошный отель къ свтской барын, изнуренной безсонными ночами, отдающей жизнь туалетамъ, визитамъ, танцамъ и безконечнымъ ссорамъ съ дуракомъ мужемъ. Вашъ товарищъ предписалъ ей боле спокойную жизнь, мене возбуждающую пищу, побольше прогулокъ и комнатную гимнастику, чтобъ замнить до нкоторой степени продуктивный трудъ.

Одна умираетъ оттого, что она никогда не была сыта и не отдыхала; другая чахнетъ оттого, что всю свою жизнь она не знала, что такое трудъ...

Если вы одна изъ тхъ дряблыхъ натуръ, которыя легко мирятся со всмъ, и при вид самыхъ возмутительныхъ фактовъ ограничиваются пустыми словами и утшаются кружкой пива, тогда, конечно, вы быстро свыкнетесь съ этими контрастами и постараетесь, чего-бы это ни стоило, поскоре стать въ ряды привилегированныхъ, чтобъ не попасть, какъ нибудь, въ число угнетенныхъ. Но, если вы „человкъ”, если вы реагируете соотвтствующимъ поступкомъ на каждое ваше чувство, если животные инстинкты не убили въ васъ окончательно мыслящаго существа, тогда, выходя изъ дома нищеты и страданій, вы скажете: „Это несправедливо, это не должно итти такъ дальше! Надо предупреждать болзни, а не лчить ихъ. Немного довольства, побольше умственнаго развитія и половина болзней исчезнетъ. Бросимъ вс лкарства! Воздухъ, питаніе, мене изнурительный трудъ, вотъ съ чего надо начать. Безъ этого медицина — только обманъ и надувательство!”

Въ этотъ день вы поймете, что такое соціализмъ. Вы захотите поближе познакомиться съ нимъ, и если альтруизмъ для васъ не пустой звукъ, и вы примните къ изученію соціальныхъ вопросовъ строгій методъ натуралиста, вы попадете въ наши ряды и будете вмст съ нами работать для соціальной революціи.

Но, быть можетъ, вы скажете: „Бросимъ практику! Посвятимъ себя наук. Предадимся, подобно физику, астроному, химику, тмъ безконечнымъ радостямъ, которыя даютъ изученіе тайнъ природы и развитіе нашихъ умственныхъ способностей”. Въ такомъ случа, скажите, чмъ отличается ученый, занимающійся наукой, отъ пьяницы, который ищетъ въ жизни только непосредственнаго наслажденія и находитъ его въ вин? Конечно, источникъ радости ученаго даете боле интенсивныя и продолжительныя наслажденія, но въ этомъ вся разница! Оба они, и ученый, и пьяница, преслдуютъ одну и ту же эгоистическую цль — личное удовлетвореніе.

Но вы не желаете этого эгоистичнаго счастья. Занимаясь наукой, вы хотите приносить пользу всему человчеству; эта мысль будетъ руководить всми вашими научными изысканіями...

Красивая иллюзія! Кто изъ насъ не лелялъ ее, отдаваясь впервые изученію науки!

Но если на самомъ дл вы заботитесь о человчеств, если счастье его — цль вашихъ научныхъ работъ, то передъ вами не можетъ не предстать слдующее ужасное возраженіе: наука въ современномъ обществ является исключительно предметомъ роскоши. Недоступная большей части человчества, она исключительно служитъ для услажденія жизни небольшого числа избранныхъ.

Посмотрите, вотъ уже боле вка, какъ наука установила здравыя космогоническія начала, а каково число тхъ, которые ихъ постигли и выработали въ себ критическое, научное отношеніе къ окружающему. Едва оно достигаетъ нсколькихъ тысячъ, теряющихся среди сотенъ милліоновъ, которые затемняютъ свой разумъ предразсудками и суевріями, достойными дикарей, и служатъ игрушкой въ рукахъ духовенства.

Посмотрите, сколько сдлала наука для выработки раціональныхъ основъ физической и нравственной гигіены. Она учитъ насъ, какъ устроить жизнь, чтобъ сохранить здоровье, какъ поддерживать въ хорошемъ состояніи людскія сообщества; она указываетъ намъ путь къ умственному и нравственному благосостоянію. И вся эта огромная научная работа остается мертвой буквой, не выходитъ изъ кабинета ученаго. А почему? Потому что наука существуетъ сейчасъ только для привилегированныхъ, потому что соціальное неравенство, раздляющее людей на капиталистовъ и наемниковъ, обращаетъ вс научныя указанія относительно улучшенія условій жизни въ издвательство надъ девятью десятыми человечества.

Я бы могъ вамъ привести еще много примровъ въ подтвержденіе моей мысли, но вы сами найдете ихъ: выйдите только изъ кабинета Фауста, уставленнаго книгами, съ запыленными окнами, не пропускающими дневного свта, и посмотрите на все то, что длается вокругъ васъ.

Въ наше время дло идетъ не о накопленіи истинъ и научныхъ открытій. Намъ слдуетъ распространить и вложить въ жизнь истины, добытыя уже наукой, сдлать ихъ всеобщимъ достояніемъ. Мы должны стремиться къ тому, чтобъ все человчество стало способнымъ ихъ воспринять, чтобъ наука стала основой жизни, вмсто того, чтобъ быть предметомъ роскоши. Этого требуетъ справедливость.