Рекорд приключений
Шрифт:
Демейль положил передо мной книгу в кожаном переплете и показал запись.
Я быстро прочел следующее:
"Генри Гай из французских колоний, 5 футов 6 вершков росту, седые волосы, седая борода, живет в вилле Виолет в Бандоле. Ведет обширную корреспонденцию, подписывается на английские газеты, между прочим, на "Гольф Иллюстрейтед". Имеет маленький автомобиль и часто играет на гольф-плацу в Гьере".
– Дальше?
– спросил я.
– Этот человек, - сказал Демейль, - разменял вчера в казино в Бандоле тысячефранковую кредитку, украденную в вилле, которую мы сегодня осматривали.
Я поглядел на свои часы.
– Как далеко отсюда до Бандоля?
– Семьдесят четыре километра. Мы были бы уже там, если мой друг Римингтон не настоял на том, чтобы мы подождали вас.
– Вы говорили, что Дженет Соул прибыла пароходом, - обратился я к Римингтону по пути в Бандоль.
– Но это ее девичье имя. Римингтон утвердительно кивнул.
– По какой-то причине она снова начала называться этим именем. Может быть, она узнала о Микеле нечто, давно уже известное мне.
Я овладел своим голосом, насколько это было в моих силах. Я не хотел дать заметить Римингтону, как близко я принимал к сердцу все, что имело отношение к Дженет.
– Что вы хотите этим сказать?
– Я полагаю, что Микель уже много лет женат на Луизе Мартин. Дженет Соул, вероятно, узнала об этом. Возможно, она приехала сюда, чтобы узнать правду. Нам известно, что она уже в течение нескольких месяцев не поддерживала с Микелем никаких отношений.
Шеф полиции задумчиво поглядел в окно.
– Интересно, - заметил он, - что величайшие преступники современности ускоряют свою погибель тем, что возбуждают против себя ревность женщин. Теперь на пути к Марселю находятся две женщины, желающие посетить Микеля. Американский сыщик, который уже несколько лет разыскивает его, выехал следом за Луизой из Нью-Йорка. Поездка Дженет Соул в Марсель укрепила в Римингтоне подозрение, что Микель находится именно там. Мой предшественник обыкновенно говорил: "Если хотите поймать мужчину, не упускайте из виду женщин".
Мы прибыли в Бандоль еще до наступления сумерек и подъехали к вилле Виолет, расположенной за городом. Это был очень красивый дом, построенный между двух скал у самой бухты. Мы оставили машину и поднялись пешком по дороге, ведущей к главному входу. На наш звонок тотчас же показалась полная, добродушного вида француженка, которая с сожалением покачала головой, когда мы спросили, дома ли Гай.
– Господин уехал в своем авто, - сказала она.
– Я жду его с минуты на минуту, но он может вернуться и очень поздно. Я не знаю определенно. Не оставите ли вы записки?
– Мы войдем и подождем его, - предложил Демейль.
Но женщина ни на шаг не отступила от порога.
– Это невозможно, - заявила она.
– Мой господин редко принимает гостей и не разрешает впускать в дом никого во время своего отсутствия.
Демейль положил руку на ее плечо и пытливо поглядел ей в глаза.
– Мадам, - сказал он, - я шеф марсельской полиции и иду, куда считаю нужным. Но, впрочем, ваше лицо кажется мне очень знакомым. Она отпрянула назад. Ее глаза злобно сверкнули.
– Шеф полиции!.. Но что случилось?
Мы обыскали салон и столовую Генри Гая и не нашли ничего, что могло бы принадлежать французскому колонисту, приобретшему состояние на сахарных плантациях. Но в шкафу его спальни я нашел палки, которыми Стэнфилд играл со мной в гольф в Вокинге. Я взял из футляра палку, которой он сделал решивший победу удар; даже в этот момент триумфа я восхищался его изумительной игрой в гольф.
– Наш обыск не закончен, пока мы не найдем его самого, - сказал Римингтон.
– Наш обыск закончен, - сказал я.
Мы оставались на вилле около получаса и тщательно обыскали ее. Маленький гараж был пуст, и Римингтон указал на шесть или восемь пустых жестянок, которые только недавно были опорожнены.
– Не думаю, чтобы мы сегодня увидели этого человека.
Мы решили уйти. Экономка теперь настаивала на том, что ее хозяин, вероятно, скоро вернется и пыталась, по мере возможности, задержать нас.
Демейль резко прервал ее.
– Мадам, я объявляю вас под надзором полиции. Один полицейский останется здесь, в доме. Завтра вас допросят. Лучше не пытайтесь завязывать отношения с вашими сообщниками до этого времени.
Женщина осыпала нас градом ругательств и обвинений на жаргоне французских воров, который был мне совершенно непонятен. Демейль некоторое время спокойно выслушивал ее.
Потом обратился к полицейскому, который сопровождал нас из Марселя.
– Не спускайте глаз с этой женщины. Она из портового квартала, где теперь прячется ее хозяин.
Полицейский сделал под козырек и опустил свою тяжелую руку на плечо женщины. Внезапно она рассмеялась и указала на улицу.
– Мой хозяин возвращается. Что вы ему скажете теперь, после того, как вы обыскали все комнаты и весь дом перевернули вверх дном?
Мы стояли у входа и должен признаться, я растерялся. Пожилой господин въехал на автомобиле и вежливо снял шляпу.
– Добрый вечер, господа! Вы, как я вижу, хотите навестить меня?
– Вы господин Гай?
– спросил Демейль.
– Да, это мое имя.
– И это ваш дом?
– Я арендую его.
Он вышел из автомобиля, вопросительно поглядывая то на одного, то на другого из нас. Я отлично знал, каким мастером грима был Микель, - но стоящий перед нами человек не был им. Глаза Римингтона встретились с моими. У нас обоих мелькнула одна и та же мысль.
– Мое имя Демейль, - представился шеф.
– Я начальник марсельской полиции. Будьте любезны ответить на несколько вопросов.
– Шеф полиции, - повторил Гай, и, если его изумление было притворным, оно было замечательно хорошо разыграно.
– Вот именно. С каких пор вы живете на этой вилле?
– Десять месяцев.
– Вы разменяли вчера в казино тысячефранковую кредитку?
– Да.
– Откуда вы ее взяли?
– Из ящика моего письменного стола. Она лежала там несколько недель.
Я решил на собственную ответственность поставить вопрос.
– У вас только одно авто?
– Понятно, - тотчас же ответил он, - в моем гараже недостаточно места для двух машин.
Я извинился, вышел на минутку и вернулся с палками для гольфа.
– Не принадлежат ли они вам? Он отрицательно покачал головой.
– Их оставил прежний квартирант. Я не играю в гольф.
Я пошел в гараж и выкатил оттуда шину, которая стояла у стены.
– Если у вас нет другого авто, чем же объясняется, что все находящиеся в вашем гараже шины на два номера больше колес автомобиля, на котором вы приехали?