Чтение онлайн

— Бронзовый? А волчица была тоже бронзовая?

— Нет, по-моему она была обычная, серая. А что?

— Я бронзовый! Все волки моего рода имеют бронзовый оттенок. Мой старший брат погиб от волчьей хвори много лет назад, его жена и ребёнок тоже заразились, возможно этот волчонок мой племянник Эдвин.

— Ну просто индийский фильм — фыркнула Аля.

— Что это? — не понял Эрик.

— Я рассказывала вам о фильмах. Индийские фильмы обычно пестрят неожиданными встречами разделённых родственников, потерянных и позже найденных при необычных событиях, близнецах. Будь мы в индийском фильме, на этой сцене зазвучала бы трогательная музыка и зрители синхронно разревелись.

— Ничего удивительного, в этом лесу несколько десятков заражённых волков, вывести тогда смогли только самых близких. — сказал лорд Найд.

— Подождите, как это? А остальные? Заражённых было много сотен судя по статистике.

— Их пришлось ликвидировать. — ответил Севрский — Эпидемия распространялась с немыслимой силой, заражённые были опасны, агрессивны, разрывали окружающих на части. Целители смогли заметить начало болезни у нескольких десятков оборотней до того, как они перекинулись, и только их смогли направить в Запретный лес. Как ты понимаешь, это были наши родственники и близкие. Спасти всех мы не могли. Мы были не готовы к этой вспышке, целители в большинстве тоже оборотни, сами заразились и их тоже пришлось ликвидировать.

— Какой ужас!

— Да, так что все, кого ты видела в том лесу наши близкие и родные, которых мы потеряли.

— Не потеряли. Я в лепешку расшибусь, но найду метод их лечения. Тундж почти не растёт, за последние полгода он вырос всего на пару сантиметров. Я его лечила после болезни, не знаю, может это последствия лечения, может я ему навредила, но сделаю всё, чтобы мой малыш рос и выздоровел

— Какой болезни? — спохватился Найд — оборотни болеют только одной болезнью — волчьей хворью.

— Я решила, что он простудился после того, как мы его нашли. Он дрожал, нос был горячий, глаза слезились и он почти всё время спал.

— Это волчья хворь. Он был агрессивен?

— Нет, он был напуган.

— Это последняя стадия. Вначале агрессия, потом страх и апатия. Он вообще не должен был выжить! — Найд возбуждённо пригнулся к самому столу.

— Я решила, что это просто простуда. В древности, когда не было современных лекарств, люди лечились вытяжками из разных трав, я вспомнила, что ивовая кора сильное противовоспалительное средство и давала ему пить вытяжку внутренней ивовой коры, и кормила мясом с ягодами, в качестве витаминов. Он оправился через несколько дней, а через неделю вообще вместе с Гаром вышел на охоту.

— Это неплохая поддержка, но этого всё равно было бы недостаточно для того, чтобы вывести больного ребенка из последней стадии хвори. Было что-то ещё. — допытывался Кастор.

— Ничего больше не было, у меня не было никаких лекарств под рукой, кормила его мясом, кашами, зеленью, ягодами и ивовой вытяжкой.

— Откуда зимой ягоды? — поинтересовался Найд.

— Мы с Гаром собрали много ягод ещё до начала зимы, я не разбираюсь в лесных растениях, он мне показывал съедобные ягоды, грибы, траву а осенью там было вообще много фруктов. Мы хранили их в стазис шкафу, или высушивали. В общем, витаминов было достаточно.

— Вспомни, что ещё было во время его болезни? Витамины, питание и поддержка — это замечательно, но хворь ими не победить. Ты ещё что-то сделала. — допытывался лорд Найд

— Думаю я знаю что она сделала. — магистр Кастор напряжённо взглянул на императора — она напитала его жизненной силой, открыв ему свой собственный резерв. И похоже не только ему. Гар изменился после встречи с тобой?

— Не особо… За зиму у них шерсть стала блестящая, но это потому, что я их часто расчесывала, они это любят.

— Нет деточка, ваши каналы раскрыты, вы объединили энергетические каналы. Видимо Гар открыл тебе свой канал когда спас тебя от смерти в воде, а ты открыла свой Тунджу, когда спасала его.

— То есть сейчас им тоже плохо? Я от них питаюсь? — вскричала Аля.

— Не думаю, связь с ними перекрыта, ты же не можешь с ними связаться?

— Я связывалась с ними, когда пришла в себя после этого ужаса на границе, но это потребовало слишком больших усилий, мы общались всего пару минут.

— Не бойся, ты им не навредишь, но твои потоки не стабильны, попав сюда, ты не успела их перекрыть, поэтому твой резерв не восстанавливается.

— Вчера мне не было так плохо. Опять запоздалая реакция?

— Скажи, в твоих видениях же участвовал Его Величество?

— Там было не одно видение — ответила после долгой паузы — я как будто прожила, одну за другими, несколько жизней. Одну здесь в плену, когда на моих глазах погибли Гар и Тундж и я ничего не могла изменить и в конце- концов умерла от отчаяния, вторую в своём мире, когда стала инвалидом после аварии на дороге, впала в кому и медленно умирала в больнице. Разве сами видения важны?

— Помимо того, что главный твой страх — быть бессильной и пленённой, что само по себе интересно, обычно это типично мужские страхи, важно, что пленил тебя, скорее всего император, который сидит сейчас здесь и является живым воплощением одного из твоих страхов.

— Ясно. Он для меня провокатор, я догадывалась, ну значит скоро это пройдёт, просто свыкнусь с мыслью, что всё, что было там это не настоящее. Кстати, вы получили мою записку?

— Да, она помогла. Спасибо тебе, мы и не представляли, что это настолько ужасно.

— А вы с чем столкнулись, если не секрет?

— У меня таких картин будущего не было, не успел погрязнуть в этих видениях, я скорее, заново пережил свои юношеские страхи, боязнь оказаться глупым, ненужным, думаю дальше было бы гораздо хуже, если бы император не вытащил меня из транса. Он пришел в себя первым и помог нам не завязнуть в этих кошмарах.

— Да, не представляю что бы со мной было, переживи я эти ужасы до конца. — лорд Севрский обхватил голову руками. — У меня дворец горел, весь двор не мог выбраться из-за пожара, который я спровоцировал, и я сам задыхался от дыма и уже чувствовал жар пламени. Выходит это боязнь смерти в огне и страх причинить вред?

— Наверное, а ещё боязнь боли.

— Страх Франца я точно знаю! Ты оказался в окружении прекрасных блондинок, которые презрительно кривились при виде тебя. — пошутила Аля.

— Ошибаешься дорогая, я неотразим даже в кошмарах! — под общий смех заявил Франц, потом спрятав улыбку признался — У меня было нападение на замок, все бьются, а я позорно сбегаю. Я трус и понимаю это, презираю себя, но не могу остановиться и бегу дальше, в какой-то момент понимаю, что теперь я отверженный и заслуженно презираемый всеми оборотень. По моему это самый позорный страх — оказаться трусом.