Чтение онлайн

– А нечего было таскать у него яблоки из сада!
– певуче отзывается Коралия, покачивая на руках ребенка.

– А тебе откуда знать?
– притворно хмурится Герб.
– Тебя тогда с нами не было!

– Вообще-то Ардин - мой муж и я знаю о нем все, - чеканит та. Ардин снова смеется, обнимает брата, похлопывая его по плечам. Потом берет младенца у Коралии и… картинка становится тусклой, звуки размытыми.

А я замечаю, что плачу.

Обычно плачут от какого-то горя, но мне невыносимо смотреть на идиллию, помня пустые стеклянные глаза Ардина, его то монотонную, то злобную речь без капли тепла, его отстраненность от дочери. С ним случилось что-то ужасное. Но… что?

Меня выбрасывает в сад. Коралия возится в земле, придерживая одной рукой саженец, а второй прикапывая его.

– Ардин, помоги, пожалуйста!
– зовет она мужа.

Тот, передав маленькую светловолосую девочку, которая уже заметно выросла, своему брату, сидящему на скамейке, подходит, и они вместе устанавливают саженец в яме и притаптывают его землей. Ардин взмахивает рукой, и вокруг деревца на миг возникает золотое свечение, которое тут же гаснет.

– Защита от ксаверов?
– смеется Коралия. Ардин тут же хмурится.

– Не шути так. Если они придут, то ничего здесь не оставят целым.

– Но они не придут, - та беспечно пожимает плечами, а потом прислоняется к нему.
– Твоя магия очень сильна, правда? И тот барьер, что ты поставил вокруг дома… ты самый мощный дракон из всех, кого я знаю, к тебе не сунутся.

Ардин снисходительно улыбается, обнимая жену, но тут же в его глазах появляется прежняя тревога.

Картина резко темнеет, как будто кто-то выключил свет. Миг - я оказываюсь в том же месте, да только воздух будто насыщен электричеством. Все вокруг трещит, щелкает, звенит. Одновременно я вижу двор, над которым по воздуху плывут какие-то смутные тени. И внутренности дома. Ардин там, внутри, его лицо искажено страхом. Он смотрит на беременный живот Коралии, потом на Герберта, который с трудом передвигается, опираясь на посох. Тут же я вижу, как купол вокруг дома вспыхивает желтым, по нему идут трещины, после чего он проламывается вовнутрь.

Меня поглощает тьма, на этот раз осязаемая - густая и удушающая. Едкий дым разъедает глаза, жар опаляет кожу и волосы, внутри у меня все сжато до предела, что я не могу вдохнуть.

Это не мой страх, а его - Ардина. Но он охватывает меня всю без остатка. А я подчиняюсь ему, позволяя себе прожить то, ради чего я отправилась в библиотеку в поисках ответов.

Яркая вспышка света. Посреди холла - огромный белый дракон. Его блестящая чешуя отблескивает огнями свечей. Он не атакует. Он отчаянно пытается отогнать ксаверов, пробирающихся сквозь окна и двери, как серая саранча. То и дело раздается его мощный рев. Он дерется - бьет их мощными когтистыми лапами, разбивая в пыль, орудует хвостом, но в то же время отступает от тех, которые, выставив руки, идут к нему.

Часть ксаверов прорываются сквозь защиту и бегут вверх по лестнице. Ардин в образе дракона издает еще один могучий рев и выпускает из пасти огонь - такой ослепляющий, что мне на миг глазам становится больно. Ксаверы отброшены назад. Некоторые погибли, а те, которые остались в живых - отступают от огня, который выглядит совсем не так, как обычный. Он огненно-красный, мощный и… с каждой минутой его становится все больше.

Огонь охватывает холл, цепляясь за гобелены, древние деревянные панели, ковры, поднимаясь вверх по шторам и прожигая потолок. Ардин вмиг превращается в человека и бежит по лестнице - в образе дракона он не смог бы пробраться в столь узком для него месте. Меня неведомой силой несет за ним.

– Коралия! Герберт!
– Его крик заглушается ревом пожара. Ардин в панике срывает горящий гобелен, отбрасывает от себя, бежит дальше, сметая по пути все, что видит. Его волосы опалены, руки в крови…

Он резко останавливается перед распростертым на полу гостиной маленьким тельцем. Подхватывает девочку на руки, и в то же время слышит крик:

– Ардин! Мы здесь, спаси нас!

Он бросается из гостиной, бежит на звуки родных голосов. Но тут перед ним срывается и падает огромная горящая балка.

Ардин едва успевает отскочить. Путь перекрыт. В этот момент весь дом вспыхивает, как пропитанная маслом бумага.

Я больше не чувствую жара, находясь в самом эпицентре всепоглощающего драконьего огня. Но Ардин… последнее, что я вижу, как он в полупрозрачной оболочке, которую выстроил вокруг себя наподобие защиты, смотрит на мертвенно-бледное личико маленькой дочери, бросает взгляд на обвал и… принимает решение.

Кажется, никогда не забыть его взгляд. Он словно утратил жизнь, стал тем самым тусклым и безжизненным - в нем будто бы выключили свет. Ардин возвращается в пылающую гостиную. Его полупрозрачная защита дрожит, дает брешь, в нее врывается дым. Ардин подходит к окну с выбитыми стеклами и… прыгает вниз.

Тут же защита вокруг него и ребенка исчезает. Он удачно приземляется на ноги и идет, пошатываясь, в сторону забора. На его руках, прижатая к окровавленной и обгоревшей рубахе, лежит маленькая, бездыханная Элис.

Пройдя еще немного, он падает на колени. Руки не в силах держать даже маленького ребенка. Он оборачивается на дом, который с оглушительным треском, который, кажется, сотрясает само небо, складывается внутрь себя.

Из груди Ардина вырывается вопль. Его плечи содрогаются в беззвучном рыдании. Он кричит, бьет кулаками по земле, рвет на себе волосы… Немного поодаль лежит ребенок и я… в наступившей в моих ушах тишине слышу его слабый стон.

Ардин тоже его слышит и вмиг замолкает. Переведя полубезумный взгляд на девочку, он берет ее на руки, с трудом встает и неверным шагом уходит куда-то в темноту.

Дальше я вижу смутно, словно на старой пленке телевизора, знакомое уже мне поместье Грейнморов. Измученный неузнаваемый, весь в саже, копоти, крови, в разодранной одежде, Ардин переступает его порог. Вокруг него собираются слуги. Вижу знакомое мне лицо Ричарда, а вот и Мэй, которой Ардин тут же отдает девочку. Мэй выглядит так, будто случился конец света, с ужасом глядя на ребенка на своих руках. Сам же дракон обессиленно падает ничком на пол.

Вокруг меня марево, в котором я лишь улавливаю обрывки фраз и цветные фрагменты жизни. Вот Ардин с пустым безжизненным взглядом выкапывает на пепелище яблоньку, которая чудом уцелела - ни один листочек не опален. Вот он в родительском поместье, садит эту яблоньку в саду, где нет ни одного фруктового дерева, сплошь цветы. Вот Мэй, закатывая возмущенно глаза, укачивает малышку, кормит ее с ложечки. Спустя время ее взгляд меняется и когда она прижимает крошечную Элис к груди, выражение ее лица смягчается. Вот Ардин у постели умирающего отца говорит с ним о чем-то. Вот магазин цветов закрывают, а потом меняют вывески, перестраивают в место продажи магической техники - передвигающихся по воздуху платформ, кристаллов - аккумуляторов магии… Вот слуги один за другим подходят к Ардину и тот выдает им по мешочку золотых и документ с рекомендацией для поступления на работу…

Поместье Грейнморов пустеет. Видения одно за другим гаснут. А я обнаруживаю себя на стремянке, давящуюся сухими беззвучными рыданиями.

Едва ощущая под собой ступени, сползаю со стремянки и сажусь на холодный пол. Дышу прерывисто, сердце бешено колотится. Перед глазами все еще стоит его лицо — не тирана и не монстра, а сломленного человека, раздавленного грузом собственной трагедии и чудовищной вины.

Узнала, что хотела. Но стало ли мне легче?

Все, что мне хочется - найти его и… что сказать? Разве здесь будет уместно хоть одно слово?