Чтение онлайн

Такие ревизионистские действия только загоняли проблемы кон­центрации иуправления распределением ресурсов вглубь, расхола­живали аппарат и способствовали формированию «антисоветских» тенденций в общественном мнении. Ревизионизм руководства СССР, выразившийся в отходе от практики широкомасштабного ре­прессивного регулирования, привел в конечном счете к великой депрессии ресурсной организации: всеобщему дефициту ресурсов, перестройке и распаду СССР.

Перестройку и все, что за ней последовало, принято считать полным крахом советского социализма. Но никакого краха основ социализ­ма (кроме пустой к концу 80-х годов идеологии) не было. Основы-то как раз остались.

Перестройка и последующий период были глубочайшей комплекс­ной депрессией ресурсной организации СССР (потерей государ­ством инструментов управления ресурсами), в результате кото­рой страна распалась на фрагменты. Постсоветские государства сохранили социалистическую инфраструктуру, на базе которой сейчас идет восстановление управления ресурсными потоками, маскированное феноменами, делающими эти процессы сходными с рыночными.

Централизованные репрессии сейчас принимают ситуативные фор­мы борьбы «с самодеятельными застройщиками», «за упорядоче­ние использования торговых площадей», «защиты водоохранных

20

Ресурсное государство

зон», не говоря уже о «посадках» «незаконных предпринимателей», «нарушителей налогового законодательства» и «политических экс­тремистов». Это происходит не по чьей-то злой воле, а само собой при решении конкретных проблем, возникающих в практике управ­ления ресурсными потоками, когда оказывается, что никакими ины­ми методами, кроме репрессивных, нельзя обеспечить ресурсами социально важное направление государственной работы. Недавно принятый закон о борьбе с экстремизмом, включающий в себя та­кую санкцию, как конфискация имущества, может стать мощным ин­струментом восстановления контроля государства за ресурсными потоками.

Прогрессивные экономисты и политики, защищаясь от непосредст­венно данной им в ощущениях реальности, изобрели термин «пе­реходный период», в течение которого остатки социализма якобы соседствуют с ростками капитализма. Но никаких переходных пе­риодов нет и не было. Советские институты науки, образования, здравоохранения, военной организации государства, администра­тивно-территориального деления, социальные группы бюджетни­ков, сформированные для справедливого распределения ресурсов, сохранились практически неизменными и настоятельно требуют восстановления потоков к ним. Кроме того, полностью сохранилась система хранения ресурсов, так называемые мобилизационные мощности и государственные резервы.

Нынешние власти намерены удовлетворить запросы базовых ин­ститутов социалистического государства. Об этом свидетельствуют «приоритетные национальные проекты» по развитию образования, здравоохранения, сельского хозяйства, строительства доступно­го жилья, теперь еще и культуры. Национальные проекты фор­мируются и исполняются как привычные по советским временам ресурсные мероприятия. Для идеологов национальных проектов численность граждан, уровень их образования и состояние здоро­вья, количество квадратных метров жилья на душу населения, коли­чество мяса и молока на ту же душу представляют собой функции от ресурсообеспеченности. Ресурсов не хватает для удовлетворе­ния нормативных потребностей, поэтому необходимо создать ус­ловия для их увеличения. Условия создаются тем, что бюджетные деньги (и другие ресурсы) распределяются по социально-учетным группам работников образования, здравоохранения, сельского хо­зяйства, строительства и культуры пропорционально значимости этих групп для государства.

Однако в отсутствие великой государственной идеи и Госплана ре­сурсы распределяются нерационально. Социалистические начина-

21

Симон Кордонский

* ния пробуксовывают, а повышение зарплат «отдельным категориям Р работников» вызывает социальную напряженность, так как нару-\Г шает лежащие в подсознании членов социалистического общества принципы социальной справедливости.

I Из «пиара» национальных проектов следует, что технология цен­трализованного распределения ресурсов будет использоваться все более широко. Негативный опыт реализации нацпроектов не по­мешает расширению этой практики. Более того, многие трудности в реализации национальных проектов сейчас объясняются тем, что им мешает сложившаяся бюджетная и распределительная сис­темы, то есть порядок управления ресурсами. Попытки улучшить эти системы и создать правовой эквивалент порядка управления в виде разного рода кодексов (Лесного, О недрах, Земельного, Водного, Гражданского, Бюджетного, Трудового и пр.) вряд ли при­ведут к позитивному результату.

Порядок управления вариабелен, он складывается сообразно обстоятельствам в виде актуальных нормативных актов, в то время как другие акты не считаются для данных обстоятельств и времени актуальными. Кодификация порядка управления приведет к тому, что появится множество комментариев, дополнений и инструкций к Кодексам, которые и будут в себе воплощать порядок и которыми будут руководствоваться чи­новники. Законы в ресурсной организации нужны для квалификации нарушений по­рядка управления, но сам порядок устанавливается не правовым образом. Достаточно зафиксировать нарушение порядка управления, а статью для определения наказания подберет орган «басманного правосудия».

Весьма вероятно, что именно для исполнения национальных проек­тов в конечном счете будет создано нечто, обеспечивающее настоя­щий порядок и аналогичное советским органам регулирования ре­сурсных потоков: Госплану, Госснабу и Госкомцену. Функциональный аналог советских по сути форм управления трудовыми ресурсами в виде силовой Федеральной миграционной службы с ее квотами на трудовых мигрантов уже создан.

22

Ресурсное государство

Товары и деньги при ресурсной организации государства

/Для того чтобы концентрировать ресурсы, распределять и контро­лировать их использование, нужно определить фрагменты государ­ственного устройства, локализовать их и описать предназначение в терминах достижения великой цели и реализации национальной идеи. Определить объект в терминах социалистического мироуст­ройства означает указать его границы. Власти, в случае появления неопределенности в принадлежности к фрагменту, принимали меры по однозначной идентификации.

Отношения между разграниченными фрагментами социалистиче­ской вселенной планировались в общем случае как потоки ресур­сов между ними, а на практике принимали форму социалистиче­ских товарно-денежных отношений. Именно социалистических, так как социалистические деньги и товары виртуальны, они не более чем способ учета ресурсов, пересекающих границы между фраг­ментами государства.15 Социалистическая граница есть бесконеч­но тонкая черта, по обе ее стороны — ресурсы, которые только в момент нахождения на черте считаются товарами и деньгами. Товарно-денежное измерение ресурсов при социализме возникает лишь в моменты пересечения границ. В завершенном социализме, согласно политэкономии социализма, границы сами по себе отом­рут, поэтому в товарно-денежном измерении ресурсов не будет не­обходимости.

Ресурсное государство напоминает соты: множество разграни­ченных ячеек, через границы которых идут ресурсные потоки. Ресурсы в моменты пересечения границ между ячейками превра­щаются в товары и деньги. Ячейки вложены друг в друга, и самая большая ячейка — государство. Границы между ячейками необхо­димы для организации учета потоков ресурсов и контроля за ними. Ведь для справедливого распределения необходимо разделить на­селение, отрасли и регионы на группы — ячейки сообразно их важ­ности для достижения великой цели. Именно деление порождает границы между фрагментами. И для пересечения границ необходи­ма виртуальная трансформация ресурсов в товары и деньги.