Чтение онлайн

А если не получится… ну, значит найдут кого сжечь.

Мы вернулись к реке без прежнего энтузиазма. Бобры уже вовсю копошились у своей плотины, и, стоило нам показаться на берегу, как сразу несколько чёрных глаз-бусинок уставились в нашу сторону с таким мрачным вниманием, что мне стало не по себе.

— Этот взгляд… — пробормотал Леон, стараясь держаться у меня за спиной. — Они словно мне прямо в душу смотрят.

Приближаться к плотине мы больше не рискнули. Честно говоря, после того как один из этих хвостатых застройщиков перекусил черенок моей лопаты, я не горел желанием проверять, что ещё они умеют делать своими зубами.

— И что теперь? — тихо спросил Леон.

— Теперь будем действовать осторожнее, — покачал я головой не сводя взгляда с животных.

Я пошёл вдоль берега поднимаясь выше по течению реки, при этом обходя компанию бобров по широкой дуге. Пройдя чуть дальше, туда, где над основным потоком росли несколько крупных деревьев, цеплявшихся корнями за подмытый берег. Вот это уже выглядело куда интереснее.

— И? Что за дом ты им собрался предложить? — огляделся по сторонам парень.

Я ничего не ответил, мысленно окидывая территорию.

— Идеально, должно сработать, — улыбнулся я.

— Что сработать? Максимус, ты меня пугаешь… — стоял рядом Леон, пытаясь понять мой замысел.

Река в этом месте делала небольшой изгиб и до старого пересохшего русла было метров сто. Вот только даже если прокопать туда траншею, то вода по прежнему будет течь по основному руслу, если только…

— Надо соединить пересохшее русло с рекой вот тут… — сказал я начинающему рыцарю.

— Мужики уже думали над этим, но вода не потечёт, основное русло глубже и больше, — разочарованно махнул рукой Леон.

— … и сделать основу для плотины, чтобы перекрыть основное русло, — закончил я свою идею.

Он уже открыл рот, чтобы в очередной раз возразить, но затем посмотрел на старое русло в ста метрах, затем на реку и в его глазах я увидел мысль «а может сработать». Но вместо этого он сказал:

— Да эту реку невозможно перекрыть!

— Не всё сразу, не всё сразу, — улыбнулся я, разминая руки.

Следующие несколько часов я без остановки копал траншею. Сначала при помощи дара, а затем, когда энергия заканчивалась — вручную.

— Давай, Леон, не филонь, просто представь какие у тебя будут мускулы, если ты продолжишь так тренироваться! — подбадривал я этого лентяя. Мне уже стало ясно какая мотивация действует лучше всего.

После подобных слов он работал с утроенной силой. Минут пять, прежде чем снова начинал скорее делать вид что работает, нежели реально помогать.

Всё это время, пока я работал, бобры не сводили с нас взгляда. Но теперь в их глазах было уже не столько злость и агрессия, сколько любопытство. Они сидели у своей плотины, чуть приподняв морды, и смотрели на меня с явно оценивающим видом.

— Ну что, поздравляю, коллега, мы это сделали, — довольно сказал я, осматривая свежевыкопанную траншею.

— Если у меня после этого не вырастут огромные мускулы… — задыхаясь, с трудом говорил лежащий на земле Леон.

Оглядев ещё раз наше творение, я удовлетворительно кивнул и вернулся к реке.

— А теперь смотри и учись, — бросил я Леону.

— Чего смотреть, я и так вижу, что ничего хорошего не будет, — мрачно ответил он.

Я сосредоточился и начал делать подкопы под корнями. Земля дрогнула, потом ещё раз. Сначала тихо, почти незаметно, а затем уже всерьёз. Подмытый берег затрещал, корни натянулись и спустя несколько секунд первое дерево с громким всплеском рухнуло в воду, перекрыв часть русла.

— Ого, — выдохнул Леон.

— Это только начало, — буркнул я, чувствуя, как тело начинает тяжело наливаться знакомой усталостью.

Второе дерево повалилось почти сразу следом. Пространство вокруг окатило брызгами, течение заметалось, ударилось о стволы и пошло в стороны. Потом с треском накренилось и упало третье.

Леон поднялся, осмотрел упавшие деревья и с видом эксперта по бобриным плотинам произнёс:

— И что? Вода всё равно течёт.

— Конечно течёт, — сказал я, тяжело выдыхая. — Я не всемогущий. Дальше должны действовать бобры.

— Бобры? — переспросил он, словно надеялся, что ослышался.

— Именно. Я дал им заготовку для нового дома. Большого, удобного и в хорошем месте. Достроить эту плотину им будет не сложнее чем восстановить старую. Но она куда больше, новее и, если у этих животных мозгов не меньше чем мышц, то они переключатся на неё.

Леон перевёл взгляд на реку, потом на бобров, потом снова на меня:

— То есть твой план буквально строится на том, что гигантские бобры сами всё доделают?

— Да, — кивнул я. — И звучит это куда разумнее, чем ритуальное самосожжение ради дождя.

— А если они не захотят делать плотину в новом месте? — спросил мой спутник.

— Ну, значит всё останется по старому, — пожал я плечами.

— Можешь возвращаться обратно и ждать, когда деревенские и тебя сожгут, — хмыкнул я, словно мне было всё равно. — А можешь пойти со мной и исполнить свою мечту стать настоящим рыцарем.

Конечно же это был блеф. Этот парень пойдёт со мной. Хочет он того или нет. Мне нужно в этот чёртов Шерин и мои познания местной географии уже привели меня в деревню, полную безумных сектантов. Так что без проводника теперь никуда.

— Настоящим рыцарем… — мечтательно протянул Леон.

Мыслям и он уже был не здесь, а сидя на могучем коне, в сияющих доспехах и со спасённой принцессой за спиной. Он был мой с потрохами.

— Я согласен, — кивнул он, практически не раздумывая. — К чёрту этот Лискон с его сектантами.

И я прекрасно знал, что именно это он и ответит. Всё-таки мой главный талант — умение понимать людей, их желания и потребности. Именно за счёт этого я был потрясающим риелтором в своём мире.

— Тогда идём в Шерин, — по-дружески хлопнул я его по плечу.

Бросив последний взгляд на реку, на упавшие деревья и на внимательно смотрящих на заготовку плотину хвостатых строителей, я хмыкнул, после чего развернулся и отправился в путь.

К утру мы вышли на большую дорогу. Хотя, большой её можно было назвать с такой же большой натяжкой.

— Ты это слышишь? — внезапно остановил меня Леон и поднял вверх палец.

— Помимо твоей болтовни? — уточнил я.

Всю нашу дорогу Леон не замолкая болтал о том, как он жил раньше и как теперь начнётся новая глава его жизни. О карьере воина, о доме, который он построит и в котором вырастит шестерых детей, причем конкретно четырёх мальчиков и двух девочек.