Чтение онлайн

— Может, вы и правы…

— Олли, даже обычные люди подвержены такому беспокойству. А мы уж тем более. И все эти дурные настроения почти всегда оказываются необоснованными.

— Всё будет хорошо, — улыбнулась Регина.

— Да, я верю в моего малыша, — ответила Олли и воззвала к Фениксу внутри себя.

Его голос прошелестел для неё одной:

— Ты бы узнала первая, если бы я допустил непоправимое. Не отвлекай меня своими тревогами. Уймись наконец.

— Благодарю, мой возлюбленный бог, — прошептала она и прислушалась к Красным горам, впитывая их спокойствие. Все правы: нужно меньше терзать себя и позволить Ри выбирать свои дороги. Он справится. Иначе в этом мире выжить нельзя.

Глава 75

Обещания

Рихард

— Может, она наглоталась воды? — предположила Лукреция, опускаясь на корточки возле лежащей женщины.

Паренёк, сидящий напротив, вскинул на девушку недовольный взгляд. Рихард, стоящий за спиной Чародейки, заметил, что глаза у того были разных цветов, совсем непривычных, а под рассветным солнцем и вовсе казались будто из сказки. Однако голос звучал совсем обыденно — устало и грубо:

— Прости, леди, а ты тут лекарь? Когда я достал капитана, то сразу помог воде выйти. Похоже, я тебя должен поблагодарить за то, что так своевременно оказался рядом с госпожой?!

Лукреция пожала плечами. Рихард, греясь в покрове пламени, рассматривал гостей, и они ему не особо нравились: опасные, подозрительные, вся одежда в бурых пятнах. А судя по флагу, спорхнувшему в разгаре стычки с их корабля, они были пиратами — эта дородная женщина и жилистый вооружённый парень, который пытался отобрать свисток. Чародейка указала на грудь женщины, взволнованно спросила:

— А что тут? Давай посмотрим! Всё же в крови. Может, там рана?

— Прости, но в этой тьме было не разглядеть, поэтому не скажу, — озадаченно откликнулся паренёк, мотнув головой, отчего повязка со лба съехала почти до самых глаз.

— Давай посмотрим, — мягко предложила Лукреция и ойкнула, когда пират несмело положил ладонь на широкий ворот кафтана капитанши: — Твоя рука! Почему она такая? Совсем как наши щиты…

— Проклятье! Это я должен спросить, откуда у малышей, вроде вас, лодка со щитами из чешуи Боа-Пересмешников! Вы хоть знаете, сколько чешуи на это надо? Сколько надо нас?.. — От сильных чувств паренёк вскочил. Два клинка в ножнах на его боку стукнулись о палубу.

— Мы её украли с большого корабля, если тебе так будет легче, — вступил в разговор Рихард, скрестив на груди руки. Знал бы кто, как тяжело укладывать непослушную, висящую плетью опухшую руку в такую демонстративную позу!

Он обошёл лежащую со стороны головы, встал к пареньку почти вплотную, глядя снизу вверх и почти касаясь пламенем его одежды. Тот раздражённо сверлил Феникса взглядом, не отступал, не хватался за меч. Да, теперь было видно, что правый глаз белобрысого фиолетовый, а левый зелёно-голубой, почти как плащ Лукреции, — удивительные цвета. Рихард и представить не мог, что такие бывают на самом деле. Ребята несколько секунд пялились друг на друга, но никто не моргнул первым, не отвёл взгляд, и тут позади снизу раздался хрип. Паренёк тут же рухнул на колени рядом с женщиной. Громко стукнули по палубе мечи. Феникс оглянулся: полы капитанского кафтана на груди были раздвинуты. Лукреция отшатнулась, вскинула обагрённые руки и бросилась к борту. Там её долго и тяжело тошнило, пока капитанша что-то тихо говорила на незнакомом языке склонившемуся над ней мечнику. Из горла Паулины то и дело доносилось нехорошее бульканье, а белобрысого начало потряхивать и, чем дольше говорила женщина, тем сильнее.

Феникс смотрел, как торчащие вверх волосы пирата медленно заваливались на лицо, как на почерневших губах капитанши вздувались бурые пузыри, а под её головой и плечами натекала лужа крови. Смотрел, не ощущая к чужакам ни сочувствия, ни интереса, будто забыл, как это вовсе. Единственная, кто его сейчас беспокоила, находилась напротив, свесившись над водой. «Я должен позаботиться о Лу, как она обо мне. Но она боится огня. Если его уберу — околею», — раздумывал Рихард, глядя на содрогающуюся девичью спину под тонкими белыми одеждами. Он так и не решил, подойти или нет, а девушка, скрыв голову за чёрным капюшоном, уже побрела в надстройку.

— Как ты? Помощь нужна? — не приближаясь, окликнул он.

Лукреция отрицательно махнула рукой и опустила за собой реечную дверцу. Рихард скрипнул зубами, не зная, как и чем помочь. Приглушённая было злость усилилась. Пират задрал голову, взглянул на него через солому упавших на лицо волос, спросил с горькой усмешкой:

— Прости-ка, с твоей подругой всегда так: сначала бьёт, потом блюёт?

— Не зарывайся, а то за борт выкину! — огрызнулся Рихард и тут же испугался своей грубости, которая уже не в первый раз проскакивала с этой ночи. Он зажал рот левой рукой, а правая тут же предательски повисла.

— Не больно же, да? — указал на неё взглядом пират.

Феникс подумал, что в его словах есть какая-то уловка, но всё же ответил, как есть:

— Ну, поначалу было, а теперь с этой стороны совсем ничего не чувствую.

— Прости, но у меня для тебя такие себе новости, значит. Эти твари, которые тут кормились, называются агачибу. Их яд так и действует: отравляет тело изнутри, обезболивая его. Только холодно постоянно, а ты, вижу, греешься. Дня три у тебя есть от силы, — прикинул он и отвёл взгляд, добавил: — Так и помрёшь, ничего не чувствуя. Этот яд, что лишает чувств, распространится очень скоро, если, конечно, не добудешь где исцеляющую мазь из мозгов агачибу.

— С этим мы как-нибудь разберёмся, — пожал левым плечом Рихард, не поверив словам пирата про смерть, но полагая, что исцеление будет не таким быстрым и лёгким, как надеялся, и добавил: — Надо только доплыть до Макавари.

— О, как! Извини, а что там, в этом Макавари?

— Мой хороший друг. Он лекарь. Он мне поможет.

— Прости, не напомнишь — это где большая круглая бухта за белым маяком, удобный порт и три пирса?

— Да, это он! Макавари!

Паренёк оглядел бескрайние просторы, потёр подбородок, подтянул повязку выше на лоб, прижал ладонь на мгновенье к глазам и сказал, будто сам с собою:

— Хм, мы были там почти два дня тому назад. Хотели как раз лекаря взять оттуда. Не удалось. Да и к лучшему, наверное…

На капитаншу он старательно не смотрел, подпёр подбородок рукою, положив острый локоть на колено. Сейчас он не выглядел опасным, скорее, растерянным. «Почему он болтает со мной? Почему не с ней? Они уже наговорились?» — раздражённо подумал Рихард, взглянул из-за плеча белобрысого в лицо женщины, спросил:

— Она что, спит? Спит с открытыми глазами?

— Прости, но она умерла.

Даже под покровом огня Феникса прошиб холодный пот. Мальчик медленно обошёл женщину и присел напротив паренька. Через силу опустил взгляд.

Чёрный кафтан капитанши оказался широко распахнут. Поверх обагрённой блузки лежали алые шляпные ленты. Под ними, со стороны сердца был непонятный провал. Рихарду вспомнились личинки, которыми дома кормили фонарных светлячков. Те личинки также белели в банке среди бурой земли и желтоватых корешков. Только тут самым светлым в тёмном месиве были кости.