Чтение онлайн

Аделаида хихикнула.

— Я был так зол, что решил начать называть ее Хелен вместо «мам», просто ей назло.

— Вау, ты и правда был тем еще говнюком. Книжным червем-говнюком, если быть точной.

Я усмехнулся.

— Именно. Так или иначе, с годами это превратилось в нашу внутреннюю шутку, и это прижилось. Мне кажется, ей это теперь даже нравится.

— Хм. Почему-то я не могу представить, чтобы ты ввязался в драку, даже в детстве. Из-за чего она была?

Черт. Я как-то не подумал о том, что она спросит об этом. Я тяжело сглотнул, во рту внезапно пересохло.

— Не помню, — солгал я. Видимо, за последние несколько минут мои навыки обмана прокачались, потому что расспрашивать дальше она не стала.

Мы продолжили болтать обо всем и ни о чем, разговор тёк гладко и непринужденно. Спустя какое-то время Адди сказала:

— Эй, я только что поняла, ты, должно быть, ужасно устал. Который час в Париже?

Я отвел телефон от уха, чтобы посмотреть на экран.

— Пятнадцать минут четвертого.

— Боже мой! Прости, что так тебя задержала! Иди спать, увидимся завтра.

Вызов оборвался.

Она что, только что бросила трубку?

Хм.

Я звонил, чтобы просто узнать, как дела у мамы, а в итоге мы проболтали больше двадцати минут. Я не знал, как объяснить, почему оставался на линии так долго, кроме того факта, что за этот короткий промежуток времени она заставила меня улыбаться чаще, чем за весь день.

Выключив прикроватную лампу, я попытался уснуть, но не смог. Вместо этого я продолжал прокручивать наш разговор в голове и ловил себя на мысли, что мне почему-то хотелось, чтобы он продлился еще хоть немного.

Я когда-нибудь рассказывала тебе о своем времени в Париже?

В юности я провела там целый месяц, проходя факультативную клиническую стажировку во время студенческой практики. Моё романтичное сердце никогда еще не было столь переполнено.

Огни, вино, еда, архитектура… Всё это не могло быть более идеальным. Это были самые безупречные декорации для того, чтобы влюбиться, и, хотя со мной этого не произошло, я видела вокруг предостаточно тех, с кем это случилось. Предложения руки и сердца под Эйфелевой башней, украдкой сорванные поцелуи в Люксембургском саду, прогулки под луной вдоль Сены — я видела всё это.

Не знаю, почему я пишу тебе это именно сейчас. Возможно, потому что я думала о том, что хотела бы увидеть, если бы у меня было больше времени, и мне пришла в голову следующая картина: увидеть тебя с твоей любовью в Париже, как вы гуляете рука об руку по Монмартру и останавливаетесь выпить кофе с молоком и съесть шоколадную булочку — с улыбкой на губах и влюбленными взглядами.

Я всей душой надеюсь, что однажды тебе доведется это прожить, даже если меня не будет рядом, чтобы это увидеть. И пусть я не смогу засвидетельствовать это лично, сейчас я представляю всё это так отчетливо. Этого должно быть достаточно.

С любовью,

Хелен

Аделаида

Я была на кухне у Хелен, готовила рыбные тако — похоже, я не такой уж плохой повар, когда в холодильнике достаточно еды, — когда мой телефон завибрировал в кармане. Я достала его и улыбнулась, увидев на экране: “Стелла — мой самый любимый человек”. Ответив и зажав телефон между ухом и плечом, я сказала:

— Эй, подруга, как ты? Как прошла смена?

Она простонала в трубку.

— Скажем так: за последние двадцать четыре часа я повидала больше дерьма, чем большинство людей видят за всю жизнь.

Я не смогла сдержать смешок, сорвавшийся с моих губ.

— Да заткнись, — продолжила она, — я даже думать об этом больше не хочу. Клянусь, я услышала, как она вздрогнула. — Мне нужно, чтобы ты заставила меня думать о чём-то другом.

— Ладно, эм… ну, я на этой неделе получила свою первую зарплату на новой работе и чуть не расплакалась от радости, когда увидела сумму.

И это было вовсе не преувеличение. Мы с Маттиасом обсудили зарплату в общих чертах в тот день, когда я начала работать, так что я толком не представляла, сколько буду получать за каждые две недели, но это было… Это было более чем достаточно, чтобы снять огромный груз с моих плеч.

— Ну что, мистер Засранец хотя бы платит нормально?

За последние две недели у нас почти не было времени поговорить — с моим хаотичным графиком и ее безумными сменами в больнице, — так что я не успела ввести ее в курс дела насчет Маттиаса.

Я взяла нож и начала шинковать красную капусту.

— Кстати об этом. Он… он вообще-то не такой уж плохой. Последние три слова я, кажется, прошептала.

— О, правда? И с чего бы это? Даже не видя ее, я могла представить понимающую ухмылку и приподнятые брови.

— Не знаю, у нас, может, и было не самое гладкое начало, но теперь, когда я узнала его получше, могу сказать — он довольно классный парень. Я пожала плечами. — Он большую часть времени ворчит, но в остальном всё нормально.

— Угуугу-у-у. Ну что ж, значит, тебе придется взять те большие деньги, которые он тебе платит, и приехать в Монреаль, чтобы всё мне рассказать.

Переложив нарезанную капусту в металлическую миску, я сказала:

— Ха-ха. Мечтай.

— Нет, серьезно, ты еще думала о том, чтобы приехать сюда учиться в следующем году? — спросила Стелла.

Я вздохнула; она ведь не собирается от этого отступать, да?

— Знаю-знаю, ты устала от того, что я тебя этим достаю, но ты сама сказала — в этом году будешь хорошо зарабатывать. Так что тебя сейчас останавливает от того, чтобы приехать?

Если быть с собой честной, я действительно стала больше думать об этой идее. Но я бы ей этого не сказала — это лишь дало бы ей ложную надежду. Потому что какой бы вариант я ни прокручивала в голове, он всегда казался слишком нереальным, чтобы осуществиться. Слишком много переменных стояло между мной и воплощением этого замысла.

— Ну, во-первых, — сказала я, — Луи. Я же не могу просто взять и бросить его. И потом, действительно ли я хочу поступать в колледж? Может, это вообще не моё. К тому же наверняка есть тысячи людей куда более подходящих, чем я.