Чтение онлайн

Позднее мне не раз пришлось беседовать с Александром Лебедевым на самые острые темы. Я видел перед собой умного, но слишком увлеченного своими идеями человека. Слишком отдающегося своим надеждам, что власти можно что-то доказать, убедить в очевидном. И разочарованного тем, что в течение ряда лет ничего из этого не вышло. Логично было бы искать иного приложения сил. Но «иное» состояло в том, чтобы провозгласить создание социал-демократической партии, разделить лидерство в ней с Горбачевым и возить его как экспонат по миру. Приверженность крупных предпринимателей к социалистическим идеям меня всегда удивляла (Лебедев, Бабаков, а ранее – даже опальный Ходорковский).

Против «Родины» действовали не только внешние силы, но и те, что были внедрены в ее избирательный штаб кремлевскими «технологами». Увы, зная об их присутствии и провокационной деятельности, лидеры блока так и не решились выгнать их взашей. Лишь упомянутый выше Гельман был отставлен от руководства вместе со своим агентством «Товарищ», чье название странным образом совпадало с названием, которое он навязывал блоку. Мягкость отношения к лицам, явно работающим на развал, была обусловлена опасностью ответных действий из Кремля, готового снять блок с выборов под любым предлогом, если тот попытается вырваться из-под контроля. Только очень тонкая игра позволила «Родине» не стать кремлевской марионеткой и не раздражать кремлян до той степени, чтобы лишиться права участвовать в выборах.

Показателен эпизод, когда кремлевские «партизаны» стали разыгрывать будто бы чисто умозрительный вариант снятия Александра Лебедева из кандидатов блока, где он числился под №1 в московской части избирательного списка. Эти люди явным образом продемонстрировали свою связь с командой Лужкова тем, что предлагали блоку настаивать на некоем социальном договоре блока с действующим мэром уже в период выборов. Это означало бы для блока явное предательство собственного кандидата на пост мэра. Мало того, создание московского штаба «Родины» было заблокировано, а на должность руководителя предложен человек, работавший на прошлых выборах с Лужковым – возглавлявший штаб «Отечества» по всему Центральному региону. Действия против Лебедева в собственном штабе Глазьев прямо назвал политической провокацией, но все ее участники остались на своих постах и продолжили действовать в прежнем духе.

Другой показательный эпизод высвечивает раскольнические действия Кремля, пытавшегося подстелить «Родину» под коммунистов, уже пошедших на сговор с бюрократией. Эпизод касался конфликта между тверским штабом «Родины» и «красным» губернатором Стародубцевым. Губернатор при плачевном состоянии хозяйства разбазарил бюджетные деньги, в чем и был публично изобличен нашими активистами. На блок сразу было оказано давление с целью оградить губернатора от критики. Высший Совет блока в данном случае проявил жесткость и на компромиссы не согласился. После этого «партизаны» решили больше не пытаться убедить Высший Совет, а действовать в обход – им удалось снять ряд начальников штабов в регионах, что серьезно сказалось на итоговом рейтинге блока.

Действия Кремля против блока начались с самого начала – с формирования списков. Увы, Глазьев принял эту установку Кремля за чистую монету, уверовав, что тамошние комбинаторы помогают ему создать союз народно-патриотических сил и обеспечить вступление в него КПРФ. Поэтому в округах выдвижение кандидатов «Родины» было поставлено в зависимость от выдвижения кандидатов КПРФ, которых ожидали под крылом Глазьева или среди давящих на руководство КПРФ с целью консолидации с «Родиной» во главе с Глазьевым. Подавляющее большинство таких кандидатов провалили выборы, не дав «Родине» попытаться провести своих одномандатников.

Накануне выборов: В.Геращенко, Д.Рогозин, С.Глазьев, Г.Шпак, О.Денисов, С.Шишкарев. Скоро каждый пойдет своим путем.

Наиболее постыдная ситуация сложилась в Рязани, где блок мог получить разветвленную инфраструктуру агитационной кампании, административную и финансовую поддержку. Плюс – целую систему контактов с крупнейшими оборонными предприятиями страны, соединенными через мемориальные мероприятия, посвященные уроженцу этих мест генеральному конструктору баллистических ракет В.Ф.Уткину, чье детище наши враги назвали «Сатана». В результате содействия местным коммунистам все договоренности были сорваны, в списки блока сторонники «Родины» не попали, по одномандатным округам в одном случае была сделана уступка КПРФ, в другом – весьма сомнительному персонажу, имеющему дурную репутацию у местного населения. Оба выборы провалили. Более того, использование коммунистическим кандидатом образа Глазьева в собственном ролике сильно подорвало доверие к «Родине» среди некоммунистических сторонников блока. В Рязани была полностью свернута работа штаба, а распространением материалов блока занимались энтузиасты, которым прокоммунистические интриганы, близкие к Глазьеву, ставили палки в колеса.

В снижении мощности блока серьезную роль сыграл ультиматум Кремля, откуда пришло прямое указание снять из списка блока таких-то и таких-то – преимущественно соратников С. Бабурина по «Народной воле», ставшей блокообразующей партией. Список блока облегчился на несколько десятков человек, по поводу которых кремляне объявили: либо вы их снимаете, либо мы найдем способ не зарегистрировать блок. Такого рода давлению трудно сопротивляться. Часть неугодных была снята юридическим управлением блока под надуманными поводами – мол, не так оформлены документы, не той формы справки и пр. Вместо организации помощи членам списка в оформлении документов, юруправление оказалось инструментом партизанских действий Кремля внутри блока.

Снятые из списков активисты были определены как национал-радикалы. Многие из них в свое время входили в состав РНЕ, имевшей стойкую репутацию фашистской организации, чему способствовали символика и ритуалы этой партии. Все эти люди без разбора были вписаны в блок Бабуриным, который потом долго возмущался проведенной чисткой и во всем обвинял Рогозина. В то же время, Рогозину не было никакого резона сражаться за людей, которых он не знал и которые ставили под вопрос само существование блока. Кроме того, именно требование кремлян обратило наше внимание на тот факт, что сторонников Бабурина на проходных местах в списках было невероятно много. В какой-то мере демарш Кремля уберег «Родину» от этого дисбаланса, который мог стать роковым в первые же месяцы существования фракции в Думе.

В духе провокаций действовали «спецы», подобранные М. Гельманом на всяческих политических помойках, вплоть до СПС. Их прямой задачей было превращение блока в левацкую партию без какой-либо национальной составляющей. Об этом говорит проект концепции избирательной кампании, разработанный этой группой к середине сентября и представлявший собой плохо скрываемую стратегию поражения. Авторы концепции продолжали упорствовать в том, что «Родина», якобы, должна конкурировать на выборах исключительно с КПРФ и чураться критики ЕР.

Концепцией прямо преследовались цели:

1. Предотвратить яркие выступления лидеров блока и свести их к скучным рассуждениям о социальной справедливости, которыми пробавляются все политики, а наименее дальновидные превращают в единственное содержание своей риторики («целесообразно сосредоточиться на развитии и социально ориентированных электоральных запросах»). «Родине» предлагалось делать политику вокруг миски с похлебкой и убеждать избирателя, что именно «Родина» накормит и напоит страждущих.

2. Не допустить разворачивания в свою сторону государственно-патриотического электората, оставляемого исключительно для «Единой России», («защититься от прямолинейной критики в национализме и разжигании национальной розни», поставить «границы для национально-патриотической риторики, для чрезмерного развития ее метафор и гипербол»).

3. Замкнуть электоральные перспективы на «облучение» исключительно ошметков избирателей КПРФ («Акцент на развитие социально ориентированной риторики (оператором которой традиционно является КПРФ и ее лидеры)»). При этом даже из опросов, проведенных штабом в летнее время, следовало, что это не расширяет, а сужает электоральную базу блока примерно в 8 раз.