Чтение онлайн

Макаров удивился, причем так сильно, что даже не смог этого скрыть.

– Мне кажется, вы ошибаетесь, Элеонора, – запротестовал он. – Это как раз тот случай, когда вблизи ситуация видится лучше. У Горохова сейчас две компании. «Барка» и «Карфаген». Деятельность первой фактически на стопе. У второй есть пара участков, но все на стадии проектов. Стройкой он не занят. Насколько я знаю, связано это с тем, что ему кредитов не дают. Из-за плохой репутации. Так что, не думаю, что за моими проблемами стоит он. Скорее, это Волины резвятся. «ВолГА» все время расширяет экспансию. Это вы и без меня знаете. И я тут у себя внутри нашел их «крота».

– Серьезного?

– К сожалению, да.

– Димочка. Серьезный «крот» – это фирменный почерк Горохова. Он на этом специализируется. Так что вы все-таки посмотрите в этом направлении. Лучше иметь запасную версию. Не всегда все так, как кажется.

– Хорошо, Элеонора. Я так и сделаю. Спасибо. И за понимание с лифтами, и за совет, и за внимание.

– На здоровье, Димочка. Вы прорветесь, я знаю. Привет вашей очаровательной жене.

– Спасибо. Передам.

Он положил трубку и задумчиво постучал пальцами по краю стола. Сказанное Бжезинской заставило его задуматься, потому что баба она была умная. Дверь открылась, и в кабинет впорхнула та самая очаровательная жена, которой он должен был передать привет. Макаров протер глаза, решив, что у него зрительная галлюцинация.

– Я – не видение, – успокоила его Лена. – Я привезла тебе лекарство, потому что ты забыл его в прихожей на тумбочке, а по твоему голосу мне стало очевидно, что тебе совсем хреново. Хреново, а, Макаров?

– Хреново, – согласился он, улыбаясь, как блаженный дурак. Так он был рад ее видеть. – Лена, какая же ты у меня молодец. Как же я счастлив, что ты у меня есть. А то я тут сижу один и подыхаю, как собака.

– Выживешь, – деловито заявила Лена, колдуя над чайником в углу и растворяя в кружке привезенный волшебный порошок, – потому что помереть я тебе не дам. Мне совершенно не улыбается остаться молодой вдовой. На, пей. Я же понимаю, что домой ты ни за что не поедешь.

– Не поеду, – согласился Макаров. – У меня тут такой бедлам. Меня Гордеев предал.

– Саша не способен на предательство, – сообщила Лена с небывалым терпением в голосе. – Я тебе уже говорила. Когда у тебя окончательно спадет температурный дурман, ты сам это осознаешь. Вопрос в другом. Как именно тебе придется перед ним извиняться.

– Извиняться? – неприятно поразился Макаров. – Мне?

– Ну, не мне же. Вы с ним оба, как на грех, одинаковые упертые ишаки. Поэтому сейчас каждый начнет пережевывать свою обиду и пестовать гордыню. Вместо того, чтобы сесть вдвоем и во всем разобраться.

– Мы с Феоктистычем разберемся, – пообещал Макаров. – Он тоже не верит, что это Сашка. Но я не понимаю, кто, если не он, если все доказательства ведут к нему.

– А так всегда бывает, если человека подставили, – в голосе Лены по-прежнему сквозило твердое убеждение в своей правоте. – Твой начальник службы безопасности – бывший полицейский. У них всегда все просто. Либо белое, либо черное. Шаг влево, шаг вправо – побег. А жизнь разноцветная и вообще крайне многообразная в своих проявлениях. Ты это учти на всякий случай. Тот, кто подставлял Сашу, знал, что служба безопасности действует прямолинейно и по инструкции. Поэтому твой Феоктистыч и не сможет распознать тонкую игру и увидеть сложную комбинацию. Ни в коем случае не хочу его обидеть.

– Его невозможно обидеть. Он совершенно нечувствительный. Как и все солдафоны. Так что в этом ты права.

От выпитого лекарства стало легче дышать, прояснилось в голове и даже температура, кажется, начала спадать. Макаров вдруг заново обрадовался, что жена догадалась приехать. Ему захотелось обнять ее крепко-крепко, усадить к себе на колени и никуда не отпускать. Час. Или два. А лучше до вечера.

– Ладно, я поеду. У Митьки сегодня собрание в школе, – засобиралась вдруг Лена, словно мысли его читая. – Доделывай свои дела и приезжай, чтобы хотя бы вечер провести в постели. Не срывай себе здоровье. Оно тебе еще пригодится. Димка, я уверена, что ты во всем разберешься, и все обязательно будет хорошо. Вот только с Гордеевым придется мириться.

– Если он, и правда, ни при чем, то помирюсь. И извинюсь. За мной не заржавеет. Ты же знаешь, что я всегда признаю, когда бываю не прав.

– Ну, что ты. Ты всегда прав, любимый. – Лена засмеялась, подошла ближе, поцеловала Макарова во влажный лоб и исчезла, словно и правда была видением.

Оставшись один, он немного посидел, собираясь с мыслями, а потом набрал номер человека, занимавшегося в областном УВД экономическими преступлениями. Однажды Макаров выступил у него экспертом в одном деле и здорово помог, получив в ответ обещание ответной услуги. Настала эта пора.

Сначала он хотел попросить информацию обо всем, что было связано с фирмой «ВолГА», однако неожиданно для себя дополнительно запросил данные по «Барке», «Карфагену» и предпринимателю Эдуарду Горохову.

Женя ехала по адресу Галины Корнеевой, сожительницы Александра Гордеева-старшего, которую тот бросил, влюбившись в свою Ренату. Вообще-то Женя не собиралась с ней встречаться, потому что пожилая женщина и так уже рассказала все, что знает, внуку своего незадавшегося любовника. Да и знала она не так уж много. Столько лет прошло.

Разумеется, Ренату она до сих пор ненавидела лютой ненавистью и смерти соперницы была несказанно рада. Ну и что это дает? Ничего. Если бы Корнеева хотела избавиться от Ренаты, то сделала бы это еще четверть века назад. Если верить ее словам, она и собиралась, да духу не хватило. А сейчас, когда прошлое поросло быльем, убивать Максимову ей совершенно незачем.

Кроме того, Женя была совершенно уверена, что убийство Ренаты как-то связано с неприятностями, навалившимися на Александра Гордеева и фирму «Турмалин», а уж тут Корнеева точно ни при чем. Бизнесом пенсионерка не занималась и уж своего обожаемого Сашеньку точно бы не подставила.

В том, что Гордеева подставили, Женя не сомневалась. Сам Александр был уверен, что все свалившиеся на его голову неприятности – дело рук Волиных. Зная все о недостатках бывшего мужа и свекра, Женя все-таки в этом сомневалась. Несмотря на жесткость ведения бизнеса и полное отсутствие эмпатии и сочувствия, равно как и несвойственной им жалости к конкурентам, до открытого криминала Волины все же никогда не опускались.

Она ехала к Корнеевой, потому что об этом ее попросил Александр Гордеев. Голос, которым он назначил встречу, был таким убитым, что Женя бросила все свои дела и уже через пять минут сидела в машине, мчась по продиктованному ей адресу. Клиент успел поведать ей о том, что его уволили с работы, поскольку шеф считает его предателем, занимавшимся промышленным шпионажем в пользу Волиных. Подобные подозрения Женя считала полной глупостью. И намеревалась это доказать.

Корнеева оказалась худощавой, даже сухонькой женщиной, полностью седой, с покрытым морщинами лицом. На взгляд Жени, она выглядела значительно старше своих семидесяти семи лет. Женя вдруг подумала, что так выглядят женщины, которые очень давно махнули на себя рукой. Не для кого им пытаться сохранить молодость. Не для кого и незачем.

– Вы Евгения? – спросила Корнеева, открыв дверь и оглядев адвоката Волину с ног до головы.

– Да. Можете звать меня Женей. Александр Петрович попросил меня приехать…