Чтение онлайн

На третьи сутки у нас случился кризис перепроизводства. Лишнее молоко пришлось выливать, холодильник оказался забит куриными яйцами снизу доверху, а от поросятины, плохо приготовленной Дастином, меня уже тошнило. Я взялся за кухонные дела сам и даже сумел вполне прилично состряпать копченую курицу. Кстати, в этот же день на птичнике вылупились несколько цыплят...

– Знаешь, мне становится скучно, - поведал за ужином Дастин.
– Сидят два человека на пустой планете, занимаются какой-то ерундой, будущее неопределенно... По крайней мере, когда приходили эсэсовцы или тамплиеры, нам было чем заняться и над чем подумать. И женщины, опять же...

– Чего?
– вскинулся я.
– Какие женщины?

– Овечка-Мелисента, например, - покраснел Дастин.

– Мама дорогая!
– ахнул я.
– Ты это всерьез? И где? На сеновале? Боже мой! Да это же гораздо хуже, чем трахать резиновую куклу!

– Вот теперь и ты признал, что они - не настоящие, хотя постоянно утверждаешь другое, - сдвинул брови Дастин.
– На мой непритязательный взгляд, было вполне себе ничего. И она мне показалась именно... взаправдашней. Теперь мы снова остались в обществе друг друга, к нам никто не ходит. Я с ужасом представляю, каково придется, если внезапно выяснится, что мы застряли здесь навсегда именно в том положении, в котором сейчас находимся. Два единственных человека на всю Вселенную. Адам... и еще один Адам. Воображаю двух седых немощных старикашек, которые лет через сорок по привычке, а не по необходимости, поковыляют доить очередную корову, подаренную неизвестно кем. Не хочу!

– А чего хочешь?
– осторожно спросил я, наклонив голову.

– Человек без общения - не человек, - хмуро ответил Дастин. Признаться честно? Я соскучился по Роланду, по всему этому идиотизму, который целую неделю нас сопровождал. Было интересно. Можно было думать как поступить, что сказать тому или иному человеку. Я помнил постоянных клиентов и знал, какое пиво они предпочитают, темное или светлое. Передо мной всегда вставали загадки, которые непременно надо разгадать. Эти три дня занудного фермерства меня достали!

– Но, кажется, мы ничего не можем сделать, - справедливо ответил я. Проще смириться и смотреть, что будет дальше.

– Да пошел ты!..
– рявкнул Дастин, смел ладонью со стола кружку с молоком, кружка рухнула на пол и разбилась, разбрызгав вокруг белые алебастровые пятна. Дастин вскочил, ругнулся под нос и ушел наверх. Я так и не понял, почему он обиделся. Тем более, что раньше обижаться напарник не умел. Обычно ему все было пофиг.

Да, и что же будет дальше? Загадка.

* * *

– Тео, хватит дрыхнуть! Кажется, у нас неприятности!

– Опять?
– простонал я, вырванный из глубокого, как омут, сна. Дастин стоял рядом и недоверчиво косился в сторону окна. Через тонкие стекла, скрытые льняными шторами, в комнату проникал розовато-оранжевый, чуть колеблющийся свет. Не пожар, не прожектор и не осветительная ракета. Свет был чересчур уж интенсивным и каким-то... неестественным, что ли?

– Слышишь?
– шепнул напарник.
– И звук этот странный... Что бы это могло быть?

– Навигатор, ты здесь?
– я повернулся к ближайшему коммуникационному устройству.

– Нет, погулять вышел, - сварливо ответил компьютер.
– Как ты думаешь, куда я могу исчезнуть в три часа ночи? Отправиться в бордель?

– И у тебя крыша поехала, точь-в-точь, как у Дастина, - вздохнул я. Только о борделях и думаете. А ну расскажи, что творится?

– Ничего, - ответил Навигатор. Мне так и представилось, как Некто, живущий в его процессоре, пожимает плечами.
– В округе все спокойно, как и на протяжении последних суток.

– Тогда что за новогодняя елка образовалась в небесах?
– я встал, машинально прихватил винтовку, дернул за шнур, отодвигающий шторы, и открыл дверь балкона.

Господи, что ж это такое? Столь ярких представлений мы еще не видели... Это не шло ни в какое сравнение даже с атомной бомбой, несколько дней назад рванувшей в саванне. Дастин, выглянувший из-за моего плеча, нервно икнул, а Навигатор как ни в чем не бывало затянул:

– Я не отмечаю...

– Заткнись. Не до тебя.

Компьютер, похоже, оскорбился, но заглох.

Зрелище сверхграндиозное. Над Комплексом сияла золотом и огненными факельными чашами титаническая лестница, протяженная не меньше чем на три десятка километров. Ее начало терялось где-то в звездной пыли за стратосферой, а последние ступеньки касались поверхности планеты. Антуражик соответствующий - на широких площадках возвышаются здоровенные соломенноволосые мужики с длинными трубами и мечами на поясах, за спинами белоснежные крылья, ризы сверкающи и девственно-чисты (такого эффекта никаким стиральным порошком не добьешься...), все окружено сиянием, блистанием и искрами, а вдалеке видна сверкающая арка, выводящая прямиком в небеса. За аркой - что-то неопределенно-голубенькое.

– Знаешь, что они играют?
– утекающим голосом спросил Дастин. Классика рока. "Led Zeppelin", "Лестница в небо". Держите меня крепче, упаду...

– Кто тут весь вечер орал, будто ему скучно?
– сквозь зубы процедил я.
– Вот тебе очередное нарушение всех законов природы в самом лучшем виде. Неудивительно, что Хозяин целых три дня отдал на разработку этого проекта. Нам что, предлагают подняться наверх?

– Ты как хочешь. Я не пойду, - замотал головой Дастин и отступил на пару шагов.

– Брось, зато нас возьмут живыми на небо. Тебе как католику подобное мероприятие должно импонировать. А красиво, молодец Хозяин. Ему бы в Голливуде работать, постановщиком спецэффектов.

– Смотри, идет кто-то...

Дастин обалдело таращился на Лестницу, по которой довольно резво спускался неясный человеческий силуэт с нимбом над головой. Трубы взревели с новой силой, но теперь ангелический духовой оркестр перешел на что-то исключительно возвышенное и бравурное. Сияющая фигура спустилась на дорогу желтого кирпича и зашагала к нашему Дому, передвигаясь чересчур быстро для обычного человека.

– Гости, - сказал Дастин, созерцая, как ослепительное сияние Лестницы постепенно меркнет.
– Надо же, Хозяин теперь решил вволю поглумиться над религией и догматами церкви... Веселый парень. Ладно, пошли одеваться. Придется угощать.

...Он уже сидел за нашим лучшим столиком и, скучая, барабанил пальцами по белому пластику. Мужчина лет пятидесяти, высокий, сухощавый, с острым взглядом серых глаз и коротко постриженными седыми волосами. Приличный деловой костюм серо-жемчужного цвета, темно-малиновый галстук, в манжетах бриллиантовые запонки...