Чтение онлайн

Потеря национальности и веры – признаки потери установок для полноценной человеческой личности. После этого обычно начинается разговор об «этнической чистоте», «чистоте расы» под лозунгами «мое – мне». Подобные невежественные крайности чрезвычайно разрушительны для исторически многонациональной, многокультурной России, особенно когда это касается состояния и перспектив системообразующих этнонациональных факторов как в стране в целом, так и в регионах. Речь в современных условиях должна идти о новом этапе развития России, а значит, прежде всего, и русского народа, а не о свержениях или оскорблениях внутри многонационального Отечества. Здесь надо возвращаться к таким универсальным качествам прежде всего самого русского народа, как соборность, открытость, духовность, нравственность, солидарность. Для русского человека Россия изначально была и остается святой Русью. И в Российской Федерации эти моменты должны быть в полной мере отражены не только в гербах и флагах, но и по духу. Нынешнее состояние русского этнонационального самосознания переполнено кризисами и потерями, при этом не понимая часто, что потеря имперскости никак ни есть потеря России, а лишь обретение ею нового статуса. Выстраивание более самостоятельной и свободной для русского и других народов модели сотрудничества и единства. А искать державность и патриотизм в империи, царизме неразумно и потому бесперспективно.

Одним из существенных моментов сути России и русского мира является многонациональности, многокультурие, духовность. Россия, конечно же, исторически – это русское государство, русская страна с русским языком, русской культурой и православной верой. Но узкое понимание характеристики такого рода суживает границы, статус и духовность современной многонациональной России, ибо культура, традиции, духовность обогащаются уже веками другими народами и культурами, и им надо оставлять место для самобытности, самостоятельности и достоинства. Русский народ в историческом взаимодействии, взаимовлиянии с государственными, культурно-языковыми и духовными достижениями и традициями всех других народов страны и образует русский мир – явление генетически самобытного развития русского народа, которое обретает более широкий смысл, включая в себя все многообразие духовного богатства и единства современной России. Такое широкое понимание русского мира и есть современная Россия. Корни этого многонационального единства сплелись в многоцветье российского социального духовного дерева. Это уже не одно дерево, не один цветок, а сад – прекрасный, многоцветный. Настолько богат многонациональный, многокультурный русский мир, который составляет во многом культуру и духовность других народов страны.

В современных условиях общие тенденции развития этнополитических процессов отражаются, прежде всего, и в жизни русского народа. Это тенденции, свойственные для каждой российской этнонации, к возврату и сохранению самобытности, а также стремлению к общероссийской интеграции, а где-то и попытки к самодостаточности и изоляционизму Кроме того, и в русской среде, как и в любой другой этнонациональной, проявляются крайности этнонационализма и национал-шовинизма, которым подвержены народы всего постсоветского пространства. Мы все еще увлечены запретным прежде разобщением и самодостаточностью и упускаем более важные тенденции к интеграции, сотворчеству. И тут важно не упускать моменты нашего российского национального единства, ибо от этого мы стали более слабее или разобщеннее.

Проявляются в этой сфере и последствия этнонациональной политики политических режимов прошлых веков. Известно, что русский народ политическими режимами традиционно как бы оставлялся вне или над общегосударственной этнонациональной политикой, считая, что объектом этой политики являются лишь «инородцы» (царское самодержавие) и нацмены (советский период). И сейчас подобные подходы не только не преодолены, но и возобновляются новые крайности, пользуясь нынешним кризисным состоянием русской этнонации и в целом этой сферы. Отсюда вновь искусственно вмонтированное в сознание противопоставление русских и нерусских – вариант, невозможный и опасный для современной России. Но именно такая политика становления стихийного господствует сегодня из-за отсутствия четкой и стратегической этнонациональной политики, отражающей проблемы русского и других народов.

При бесспорно разной историко-социально-политико-культурной роли в истории страны народы России – равноправные объекты и субъекты этнонациональной политики. По-другому не должно быть. И русский народ в обоих качествах несет на себе больше нагрузки, ответственности, активности во всех измерениях, чем любой другой народ России, – исторически и фактически. И исключение русского народа из этнонациональной политики есть на деле попытка его противопоставления другим народам. Более того, такая однобокость этнонациональной политики приводит к тому, что одни чувствуют себя лишь ее субъектами, а другие – лишь объектами. В результате все недовольны и все как бы ущемлены. Значит, разрушается среда, где этнонациональное и многонациональное могли бы гармонично развиваться в общности. Ситуация такова, что в реальности нет и не должно быть больших и меньших прав. Если чувствуется эта разница, то каждый чувствует себя неравноправным. В условиях единого государства не может быть и не должно быть более неблагополучного народа или менее благополучного. Невозможно социально-экономические показатели развития единой страны, ее граждан поделить по этнонациональному признаку. Активность отдельных этнонациональных групп людей различных национальностей в отдельных сферах тоже не преодолеть. Отсюда и необходимость объединения их усилий в единую российскую нацию, интеграция и мобилизация всей нации на решение кардинальных задач социально-экономического развития единой страны.

Недостаток интеграционных процессов снижает мобилизационную способность народов, страны, российской нации, государства. И говоря сегодня об этнонационализме, сепаратизме, шовинизме, надо исходить из того, что в основе их возникновения лежат не столько этнонациональные факторы, сколько искаженные политикой социально-экономические и духовно-политические факторы. Но нагрузка самого недовольства в этих сферах в многонациональном государстве переводится зачастую в этнонациональную сферу Следовательно, в государственной политике должно быть обеспечено необходимое и разумное взаимодействие различных сфер общества с учетом самочувствия всех этнонациональных моментов нашей многонациональности единства. Из-за того, что фактическое изучение этнонациональных проблем развития русского народа долгое время находилось как бы под запретом, данная сфера тоже оказалась перегруженной стереотипами и крайностями. В последние годы многие изыскания по данному вопросу ведутся не столько даже гуманитариями, которые все же понимают методологию ее изучения и тенденции практики развития этнонациональных отношений, а физиками, химиками, математиками, которые свои представления и недовольства, а, скорее, просто незнания и предрассудки выдают за мнение народа, за научную гипотезу и даже истину. Таковы, к примеру, изыскания П. Хомякова, Н. Фоменко и других. Интеллигенция в России – чаще всего не столько субъекты разумного начала, сколько носители чувственного, подсознательного. Более того, воспроизводители дум и мыслей, но не разума, не мудрости. Глубокая связь состояния этнонационального сознания и самосознания с различными сферами общественного развития зачастую упрощается и однобоко этнополитизируется. Процесс творчества этнонационального самосознания и его сотворчества в межнациональной сфере остается в своей глубине непознанным. Более того, со всех сторон проводится этнополитическая бездуховная ревизия сути этнонационального и многонационального, а порой на этой основе и «этническая чистка», и «геноцид» самой истории, где культуре и духовности не остается места. Общие закономерности и особенности развития народов и стран на определенных исторических этапах в должной степени не учитываются, особенно процесс их исторической взаимосвязи и взаимозависимости. Кроме того, разные этнонациональности в интерпретациях интеллигенции искаженно представляются в исторических процессах, гипетрофируя лишь прогрессивную роль и историческую миссию одних и недоразвитость, дикость других. «Свои» тут ясно в какой роли, в отличие от «чужих». Достаточно часто осуществляется этническая интервенция в историю другого народа. Это мне особенно видно в попытках написать отдельную героическую историю аварцев, даргинцев, кумыков, лезгин, лакцев, табасаранцев и других в исторически едином Дагестане. Вместо того, чтобы творить историю, многие творят что попало с историей, что им заблагорассудится, «загрязняют» общее историческое поле. Над величайшими культурными слоями российской истории накладывается настолько много пластов невежества и бескультурия, что есть угроза вообще остаться без систематизированной истории, работающей на формирование стержня национального самосознания. С этим Росия уже сегодня сталкивается.

А.В. Ключевский писал, что каждый гражданин России обязан быть насколько историком, чтобы не быть рабом, искажая и запутывая историю. Некоторые, видимо, хотят сделать других рабами «своей» истории. Многие пишут историю свою на костях других народов, не замечая их, оттесняя их на обочину. Идет недооценка исторического прошлого целого ряда народов страны, тем самым обедняя историю всего Отечества. В современной истории России некоторые вообще не находят места для многих народов страны. Такие подходы противоречат сути русской, российской цивилизации. Вместо исторической ориентации собирания и сотворчества народов, их противопоставление, гипертрофия одних и унижение других. Таким образом, готовя почву для восхождения на «лестницу Соловьева», которая ведет народ от самолюбования и самовосхваления к самоуничижению. «Принцип историзма» крайне важен в исследовании этнонациональных и межнациональных проблем. Некоторые хотят вытравить из сознания людей исторические ценности этнонационального, а другие изолируют историю своего народа самовозвеличиванием и лишают его перспектив межнациональной общности. Каждый народ, близкий и дальний, нуждается друг в друге. Без истории народ превращается в население. Но с ложной историей народ может прийти к трагедии. Р. Лайпе пишет с надеждами, что «в сущности Россия отрекается сегодня от своей истории в сегодняшних поисках новых путей» [305] . При этом разрушают и общие страницы истории народов России, их историческую общность. Господствует совершенно неоправданное деление народов на «древних» и «не очень», исходя из неизученности истории многих народов, отсутствия традиционных письменных и иных источников. Достаточно жестко и однозначно с различных сторон истолковывается вопрос о завоевании и присоединении царской Россией различных народов и территорий нашей страны. Чаще здесь господствуют позиции без учета и всей сложности всего конкретно-исторического процесса, времени и судеб конкретных народов именно в историческом измерении. Законы развития времени и взаимодействия народов и культур. В России, с одной стороны, жесткая колониальная политика в отношении некоторых народов, но еще в большей степени тот факт, что она спасла от уничтожения и гибели многие народы и культуры. Тут должен быть конкретно-исторический подход. Но самое главное, что опять после развала Советского Союза многие наши историки почему-то забывают, что мы уже давно соотечественники. Историческое сочленение не должно превращаться в новое взятие Казани Иваном Грозным или Москвы Тохтамышем. У каждой исторической эпохи есть свои законы, свои традиции, свои модели действия политических режимов, и это надо учитывать. Но при этом уважать не только национальное достоинство друг друга, каждого народа, людей разных национальностей, но и общее гражданское национальное достояние. К сожалению, во многих случаях этнонациональное сознание в силу отсутствия в нем созидательных ориентаций этнонациональной политики, прежде всего, замыкается на прошлое. Тем самым зачастую народы катятся назад вместо того, чтобы идти вперед. Они кувыркаются в грязи устаревших конфликтов. Сидим под хвостом прошлого, пачкаем друг друга вместо того, чтобы двигаться вперед и брать будущее за рога. Мстить истории не только бесполезно, но и крайне вредно. Не зря сказано: «Если стрелять в прошлое из ружья, то будущее выстрелит в нас из пушки» (Р. Гамзатов). Невозможна единая нация, если одни претендуют продолжать чувствовать себя имперской нацией, навязывают имперскость России, а другие продолжают обвинять первых в «имперскости» для проявления национал-сепаратизма. Все тут гипетрофированно, кроме взаимного уважения, а это главное для единой нации, единого отечества.

Мы живем в начале XXI в., в новом, совместном государстве – Российской Федерации. Плюрализм взглядов и подходов – это хорошо, но плюрализм обвинений, вражды, оскорблений – это недопустимо. Путь созидания и благополучия – это сотрудничество друг с другом, сотворчество культур. Даже самая сильная команда при отсутствии согласия друг с другом, понимания со стороны зрителей, болельщиков, всегда проигрывает команде соперников. Так в семье, в стране, в государстве. По-другому не бывает. На историю нужен исторический взгляд, а не буквалистский (фундаменталистский) – в смысле фундаментальный в своих предрассудках. И главную роль здесь тоже призваны сыграть те, кто пишет историю России. Пишет ее сейчас воистину каждый, но без исторического и философского образования, при этом упуская из виду, что мы пишем одновременно историю всех народов единой страны. Конечно, можно писать историю своего народа, республики, области, края, округа, города, но понимая, что он пишет еще и историю страны, России в целом. Попытка же написать историю друг без друга означает остаться друг без друга. Мы люди – граждане одного Отечества, но при этом мы люди с родовыми и одновременно с отечественными корнями. Нам нужна такая модель этнонациональной политики, в которой и в результате реализации которой каждый народ страны будет осознавать свои корни, свою родовую связь, культуру, историю, традиции и перспективы, но при величайшей общности духовного и социального самочувствия, осознания своей миссии в составе новой исторической общности, российской нации, следовательно, обретая наряду с этнонациональной еще и российскую идентичность. Это и есть общие черты государственной общности граждан различных этнонаций.

Русский народ исторически формируется как этнонация еще со времен князя Владимира, Ивана Калиты, Ярослава Мудрого, с Куликова поля, Дмитрия Донского, Петра Первого и т. д. «Русский народ возрастает в нацию в средние века, в эпоху формирования Московского царства» – справедливо пишут авторы. Мне кажется, этот процесс фактически завершил Иван Грозный, хотя о нации в политическом смысле еще говорить, видимо, было трудно. Формирование русской нации из-за увеличения многонациональной общности России одновременно сопровождается и процессом формирования российской нации. Эти явления взаимозависимы и взаимообусловленны.

В современных условиях происходит процесс дальнейшего становления российской нации, а значит, и гражданской идентичности как всех россиян, независимо от национальности, но и в новых условиях. При этом новое качество приобретают все этнонациональности – русские, татары, аварцы, украинцы, башкиры и другие. Это явления, которые не исключают друг друга. Осознание нашего самобытного многообразия в полной мере невозможно без осознания нашего единства, как и единство будет пустым, никчемным без многообразия. По качественным и количественным признакам идентичность, роль и миссия в российской общности могут быть различными, но на уровне личности качественные и количественные признаки должны охраняться едиными стандартами прав и свобод человека, его свободной связью со своей этнонациональностью, как и гражданской, политической нацией.

Совместить гармонично этот огромный и многообразный мир в сознании, в самосознании, в ценностных ориентациях и деятельности человека крайне тяжело, и отсюда он часто бывает ограничен и впадает в крайности. Но в крайности не должны, не имеют право впадать власть и государство, ибо они отражают, формируют общее, гражданское начало. Но у нас чаще почему-то наоборот. Именно неразумное, агрессивное, невежественное вторжение в этнонациональное бытие и сознание, как и в российскую идентичность, сознание, осуществляют политические режимы. Они загоняют эволюционный, естественный процесс в свое невежественное понимание, сужая процесс объективного взаимодействия этнонационального и национально-государственного в самом человеке-гражданине. Именно разорванность сознания приводит к конфликтам, к разрывам в стране и в общности. Это когда вместо модели сотрудничества и сотворчества внедряется модель «войны всех против всех». Эта модель особенно господствует в кризисные, смутные эпохи, воспроизводя этнические, этнонациональные конфликты и гражданские войны. Государство и сейчас часто ведет себя невежественно, предлагая крайние варианты этнонациональной политики: то где-то без русских, а то гипертрофируя роль и миссию одних только русских, то заигрывая с республиками, то их «разгоняя». Таким образом, государственная этнонациональная политика государства не успела идентифицироваться по целому ряду ценностных ориентаций и установок внутренней устойчивости. Отсюда в одном месте – равнодушие к этнонациональной составляющей общества и личности, а в другом – его преувеличение и доведение до национал-сепаратизма и национал-шовинизма.