Чтение онлайн

– Без особых сложностей. Что тут такого? Да, ты наверняка откажешься, но в самом предложении ничего запретного или оскорбительного нет. Или тебя никто никогда ни о чем не просил, суля за это какую-то награду?

– Бывало, – подтвердил Олег. – Но ты же знаешь…

– Знаю. И за это тебя уважаю. Хотя, признаться, не всегда понимаю и принимаю чрезмерную принципиальность как таковую.

– Это потому, что мы все разные, – подытожил Ровнин. – Так насчет украшений. Какой в них может быть прок, если одна ведьма у другой его отожмет?

– Ты про потерю силы и все прочее? – усмехнулся вурдалак. – Это все сказки. Нет, там есть какие-то родовые цацки, которые сотворены в глубине веков, но они, если не ошибаюсь, персонализированы. Впрочем, не поручусь, что все именно так обстоит. Дело в том, что я не энциклопедист, хотя мне и льстит тот факт, что ты меня, похоже, таковым считаешь.

– Ясно, – отпив чаю, кивнул Олег.

– Я бы скорее предположил, что некой гипотетической ведьме кольцо нужно в качестве трофея, – добавил Ленц. – Эти дамы не слишком щепетильны, для них не столь важно, сами они сняли приз с трупа противницы или это сделал кто-то другой. Важен факт обладания, как свидетельство того, кто оказался сильнее и хитрее.

– Интересно.

– Распространённое хобби. Среди моих собратьев такое коллекционирование тоже встречается, правда, трофеем выступают передние клыки. Это единственная часть нашей мертвой плоти, которая не становится пеплом после конечной смерти. Почему – не знаю, но вот так.

– Надо же, – удивился Ровнин.

– Сразу – у меня такого хобби нет, – закинул ногу на ногу Арвид. – А вот у Ростогцева в кабинете имеется шкафчик, в котором находится затянутая красным бархатом серебряная доска, на которой закреплены клыки тех, кто брал на себя смелость идти против него. Ну и еще пяток пустых мест на ней присутствует, пока без трофеев, но зато с именами тех, кого он бы хотел занести в свою коллекцию.

– Твое там тоже значится? – уточнил Олег, догадавшись, куда гнет собеседник.

– Прямо в первом ряду, – подтвердил Арвид не без гордости, – верхнем. Мы давненько с князинькой друг друга недолюбливаем. Лет сто, если не больше. И поверь – рано или поздно мы выясним, у кого хватка крепче и горло мягче. Может, через год, десять лет или сто, но это случится.

– Я буду болеть за тебя, – пообещал Ровнин, причем абсолютно искренне. – Мне Ростогцев никогда не нравился. Слишком хитровыдуманный. Да и Францев его не жаловал.

– Лестно слышать, – чуть склонил голову вурдалак. – Не уверен, что тебе доведется этот поединок наблюдать лично, но если вдруг звезды встанут в таком порядке, то лучшего секунданта я себе не могу пожелать.

– Принимается, – опять же без тени иронии произнес Олег. – Почту за честь. Слушай, а вот еще про эту Айзу спрошу. Ты говоришь, она опасный противник. А чем? В чем ее сила, Арвид?

Увы, но на этот вопрос он толкового ответа не получил. Причем упрекнуть Арвида в том, что тот не захотел ему что-то рассказывать или в чем-то подобном не приходилось. Он на самом деле не так много знал об этой гражданке, что неудивительно. В делах они не соприкасались, делить им было нечего, серьезная вражда меж ними никогда не лежала, так что не сильно Ленц Айзой и интересовался.

Единственное, что он упомянул, так это то, что она огненными змеями повелевает. Не здоровенными, вроде несуществующего Змея Горыныча, и не теми, которые ко вдовым женщинам по ночам шастают, а небольшими, размером со среднестатистическую гадюку. Но небольшие-то они небольшие, а в закрытом помещении, особенно таком, где есть чему гореть, бед наделать могут ого-го каких. Полыхнет так, что ни одна «пожарка» не успеет приехать, так и сгорит все до угольков. Потому тогда, три года назад, когда его приближенные по скудоумию нанесли обиду одной из подопечных Айзы, он лично ей извинения принес, чем конфликт и исчерпал.

Но в целом Олег был очень доволен. Во-первых, он получил ответ на вопрос «кто», во-вторых, унес от Арвида в клювике телефонный номер Айзы. Не мобильный, городской, но это ничего не меняло. Если есть телефон, считай, есть адрес. Нет, возможен вариант, что он уже ей не принадлежит, но все равно это зацепка, и очень неплохая.

Выйдя из кафе и подумав немного, он направился на работу. Вероятность того, что Павла Никитична уже прибыла из своей поездки, была невелика, но ведь не на ней одной отдел стоит. Есть еще Морозов, который уже наверняка вернулся из главка, тоже может знать что-то про Айзу. Да и доложить ему о том, что убийца четырех мажоров выявлен, следует в обязательном порядке. Субординация есть субординация.

Все вышло ровно наоборот. Тетя Паша уже была в отделе, а Александр Анатольевич от начальства так и не вернулся пока.

А еще весь первый этаж благоухал земляникой, которую уборщица и в самом деле привезла из леса, причем в преизрядном количестве. Прямо в дежурке, на столе, стояла огромная корзина вроде той, с которой батя Ровнина, когда шел грибной «слой», за «колосовиками» ходил. В совсем уж раннем детстве маленький Олежка в нее с ногами залезал, после чего там раскачивался, цепляясь руками за стенки и заливисто хохоча.

– Это как же тетя Паша ее сюда доперла-то? – изумленно спросил он у коллег, которые кружком обступили указанный предмет, доверху заполненный земляникой, и поглощали сии дары леса, по-простецки зачерпывая их горстями.

– Сами в шоке, – ответил Ольгин, облизывая пальцы. – Принесла, бухнула на стол, сказала: «Остальных позови и хавайте, пока она сок не пустила», а после ушла к себе. А мы чего? Нам в радость.

– Витамины, – подтвердила Ревина. – Лесная земляника вообще очень полезна для здоровья.

– Чем? – заинтересовался Баженов, которому места у стола не хватило, и он потреблял вкусноту, перегнувшись через конторку.

– Всем, – ответила Ленка и зачерпнула еще горсть ягод.

– Опять свистишь, – констатировал Славян. – Олежка, чего стоим, кого ждем? В большой семье хлебалом не щелкают, если ты забыл.

– С вами забудешь, – вздохнул Ровнин. – Морозу хоть чутка оставьте, проглоты сухаревские!

– Не совсем же мы сволочи? – немного обиделся Антонов, вытирая рот. – Уж, наверное, всё в одну пачку не сожрем. Просто его нету, а ты тут. Кто видел и не съел, тот сам себе дурак!

– Какая одновременно мерзкая и верная формулировка, – отметила девушка. – Прямо как ты, Баженов.

– Дожил! – удивился Славян. – Ревина про меня что-то доброе сказала!

– Так-то она тебя мерзким назвала, – уточнил Василий.

– Но и верным тоже. В данном контексте – правильным. Или даже реальным. А это – похвала.

– ГосподидобрыйБоженька, – произнесла так, что слова слиплись в одно, Елена. – Баженов, ты лучше ешь, чем говори. Так от тебя вреда меньше.

Павла Никитична не проявила особой радости, когда, предварительно постучав в дверь и дождавшись раздраженного «кому неймется», в ее каморку вошел Ровнин.