Чтение онлайн

– Вот и мне перепало, – вздохнул Василий.

– Еще нет. Но если будешь так же козлить, то точно достанется. Все, Олег, пошли уже.

Морозов зашел в кабинет, определил на вешалку сначала плащ, в котором, как правило, ездил в главк, за ним китель, а после уселся в свое начальственное кресло.

– Вот что мне с ним делать? – закурив, спросил он у Олега, который уже устроился с другой стороны стола. – И убить жалко, и жить невозможно. Скажи, я был таким же, когда опером работал?

– Ты – нет, – честно ответил Ровнин, – но Ленка время от времени радуется, что ты стал начальником. Говорит, что с той поры у нее на попе синяки перевелись.

– Вранье, – заверил его Морозов. – Никогда я ее за задницу не хватал. Ну, может, только пару раз, на Новый год.

– Это ваши дела, я в них не лезу. Ты мне лучше про Машку и ее нового супруга расскажи. Он что, из большого милицейского начальства?

– Никак ревнуешь?

– Чего?

– Того! Ладно, шучу, шучу. Что до господина Ремезова – он не из наших, но от этого не легче. Депутат он.

– О как! Хотя не удивлен. Ее папаша в Думе уверенно карьеру делает, так что одно с другим сходится. Династийный брак и все такое.

– Мало того, Ремезов этот входит в комиссию, которая курирует органы правопорядка. Ясно, что влиять на что-то она сильно не сможет, особенно когда речь идет о больших звездах на погонах, но ты-то у нас лейтенант, за которого никто вписываться не станет. Кому ты нужен, кроме нас? Так что конкретно тебе этот товарищ в состоянии жизнь подпортить.

– Блин! – расстроился Олег, понявший, что дело и впрямь пахнет керосином. – Вот ему-то я где дорогу перешел? Или обиделся, что раньше него Машку оприходовал? Так я тоже не первопроходцем был, там кто-то до меня отметился.

– Дело не в этом, – покачал головой Морозов. – Думаю, он даже не в курсе, что ты его супругу еще в добрачный период почти год наяривал. Отец одного из убитых мажоров то ли его знакомый, то ли, что вероятнее, приятель кого-то важного из той фракции, к которой он принадлежит. Ну а поскольку фамилия Ровнин в связи с тем, что именно ты тела нашел, на слуху, твоя бывшая моментом и воспользовалась.

– Ну да, – согласился с ним Олег. – Он ей за ужином все рассказал, меня упомянул, а та сразу начала байки травить про то, что я такой, сякой, на жаловании у братвы состою, пью как не в себя… Похоже на Машку.

– Что-то подобное я сегодня от Ремезова и услышал, – усмехнулся начальник отдела. – Короче, могло бы все кончиться довольно грустно, если бы не замминистра, который лично курирует расследование. Он тоже тебя вспомнил, сказал, что министр высоко оценил твой вклад в ту прошлогоднюю историю с торговцами оружием, руку жал и медалью велел наградить. Дескать, такие офицеры наш золотой фонд и нечего на них напраслину возводить. Опять же вот – вся милиция Москвы четверых погибших найти не могла, а лейтенант Ровнин отыскал.

– Приятно, – не стал скрывать Олег. – И чего, Ремезов этот заткнулся?

– Само собой. Личной неприязни у него к тебе нет, а лезть на конфликт с замминистра дело не очень разумное. Нет, знай он, что ты когда-то его жену «раком» ставил…

– Блин, Саш!

– Я, кстати, упомянул, что медаль тебе так и не вручили, – добавил Морозов. – Не выполнили, дескать, кадры прямой приказ нашего министра. И звездочку третью не дают, хотя и по результатам работы, да и по сроку службы уже пора бы Ровнину старшим лейтенантом стать.

– Ну и?

– Он, конечно, какую-то пометку в ежедневник черкнул, но ты же знаешь высокое начальство. Оно запросто может забыть все, как только покинет кабинет.

– Это да, – вздохнул Ровнин. – Но вдруг?

– Бывают на свете чудеса. – Морозов затушил сигарету в пепельнице. – Но уже то хорошо, что ни неполного служебного, ни даже выговора тебе не будет. А в остальном… Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь.

– Александр Сергеевич Грибоедов, «Горе от ума», – с интонациями Саввы произнес Олег. – Да, Саш, вот чего хотел сказать. Нашел я убийц этих парней.

– Серьезно? – уставился на него Морозов.

– Более чем. С той, правда, поправкой, что сдать их ни замминистра, ни господину Ремезову возможным не представляется. Они из нашей клиентуры, не из ведомственной.

– Жаль. Отрапортуй мы о раскрытии дела, так, может, нам бы даже какую-никакую колымагу из казенного парка выделили. Но есть что есть. И кто отличился?

– Ты калмычку Айзу знаешь? – спросил у начальника Ровнин, дождался кивка, и после продолжил: – Так вот это ее работа, похоже.

Олег стоял шагах в двадцати от серого здания, которое когда-то, еще во времена развитого социализма, являлось то ли домом культуры, то ли просто неким местом народного просвещения, где днем общественные массовики-затейники с детьми хоровым пением занимались и показывали, как «топотушку» в народных костюмах отплясывать, а вечером для народонаселения постарше кино крутили и танцы устраивали. Скорее всего, его вообще построили в те времена, когда Дегунино еще Москвой не являлось, а было пусть и крупным, но селом. Потом город эти территории вместе с жителями в себя вобрал, понаставил типовых домов, к которым, согласно плану застройки, прилагались разные очаги культуры, а ДК этот так и остался стоять. Не рушить же его? Ну а в новое время разных «народников» с остальной самодеятельностью отсюда попросили, а вместо них разноразмерные кабинеты заняли коммерсанты всех мастей. Был дом культуры – стал офисный центр. Страшненький, обшарпанный, зато недорогой в плане аренды, потому и набилось в него аж четыре десятка офисов, среди которых имелся один, который Олегу был нужен. Где-то там, на втором этаже, находилось помещение, на двери которого висит табличка «Директор фирмы „Верный друг и я“ Бодниева Айза Джиргаловна». Ну, может, и не прямо такая табличка или вообще ее нет, но это сути не меняет.

Просто телефон, что ему записал Ленц, и который он в тот же день пробил через знакомую в соседнем ОВД, находился именно по этому адресу. Собственно, так он и название фирмы узнал. Не скрывалась от властей Айза Джиргаловна, работала официально, наверняка еще и налоги платила. Хотя, с другой стороны, с чего бы ей поступать по-другому? Ведь если бы не четыре покойника, в том же отделе никто до морковкиного заговенья про нее и не вспомнил. Просто потому, что, кроме тети Паши и Морозова, никто даже понятия не имел о том, что она существует в принципе.

Да и Александр Анатольевич, выслушав подчиненного, произнес банальную, но напрашивающуюся фразу:

– Надо же. Я про нее сто лет ничего не слышал.

– А сто один год назад чего случилось? – сразу же уточнил Олег.

– Да ничего особенного. Меня с ней Аркадий Николаевич познакомил еще при Горбачеве. Я тогда вроде Ольгина был – пришел не вчера, но из дежурки наверх еще не перебрался. Мы тогда с Францевым в Лефортово ехали, в метро с Айзой этой столкнулись, вот он нас друг другу и представил.