Чтение онлайн

— Количество вампиров на каждый город строго регламентировано мэром города и вампирским городничим. Если вампиров меньше положенного — ничего страшного. Больше — начинаются проблемы, — продолжил Рихард за Илберта. — Ваш городничий, как я понимаю, достаточно умен, чтобы иметь несколько свободных мест про запас.

— Верно, приходит наш малыш на прием к городничему и говорит. Хочу стать вампиром, мочи нет. Желаю навечно слиться с любимой в объятиях и никогда друг дружку не выпускать.

— Так и было, Нилион? — спросил Рихард у молодого вампира, смотря все это время на Илберта.

— Нет, все было совсем не так! — прошипел себе под нос Нилион.

— Да так все было. Мне городничий Синреэл все рассказал. Мы тут всей таверной от смеха давились, а Изабелла смеялась громче всех. Так вот, Синреэл посмотрел на него и сказал: «Да не вопрос, сделаем тебя вампиром. Стоить это будет столько-то». Нилион посчитал и понял, что это почти все состояние его отца. Ко мне заходил, интересовался, почем у меня кровь стоит. Посчитал, что оставшихся денег ему должно хватить, чтобы полгода питаться из моих запасов.

— Полгода — большой срок, — молвил Рихард.

— Именно столько ждала Изабелла, когда ее обратили. Только этому молодому дураку сказала, что ее дар проявился спустя два месяца. Обманула парня, хотела посмотреть, как он будет сходить с ума от жажды и пойдет на свою первую охоту беззубым слабаком. А еще ей было интересно наблюдать, как он медленно травит своего отца. Она мне рассказывала, как Нилиона трясло по ночам, когда через стенку его отец в кашле выплевывал свои легкие. Она нам всем рассказывала в красках, как малыш Нилион скулил!

Рихард повернул голову к Нилиону.

— Судя по тому, как ты смотришь на кровь, ты ошибся в расчетах. Когда истекают те «полгода», что ты себе отмерил?

— Через считанные дни. Этот гад разбавляет кровь для меня, и мне приходится брать еще. Я не напиваюсь.

— Нужно выйти на охоту. Кровь меченых может быть разбавлена максимум алкоголем, — констатировал Рихард.

Великая судебная реформа королевы Элис. Одним своим решением королева сократила численность преступников и заполучила вампиров в союзники. Одним из ее основных положений было смягчение наказания за грабеж, насилие и убийство. Вместо этого преступника настигала кара на порядок милосерднее, но маги выжигали на нем специальную татуировку — метку. В военное время вампир кормится врагами Кирсхена, во времена эпидемий — безнадежно больными. В мирное, спокойное время — мечеными. Вампирам нельзя нападать на простых мирных жителей, но убийство и пытки меченого никак не преследуются по закону. А уж кровососы — большие любители поизмываться над жертвами…

— Чтобы сразиться с меченым без сил, нужны яйца. Малыш Нилион их пока не отрастил, — послышался бархатистый голос сверху. По винтовой лестнице спускалась вниз сама Изабелла. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять причину такого высокого ценника. Природа наградила Изабеллу идеальной фигурой. Создатель Изабеллы вдохновлялся формой скрипки, когда сотворил ее. В глубокие карие глаза он добавил по капле ледяной воды, придавая им холодный блеск. Он аккуратно надавил большим пальцем на щеки, оставляя там две аккуратные ямочки, а губы он щедро обмазал гранатовым соком. Изабелла успела накинуть на себя шелковый кружевной халат черного цвета. Видимо, под цвет волос. Так и хотелось взглянуть на то, что скрывается под ним.

— Женщинам нравятся мужчины. А для Нилиона у крошки Изабеллы слабо развит материнский инстинкт, — голос принадлежал темноволосому вампиру, Гортеру. Он спускался вниз следом за Изабеллой. Над его внешностью создатель не сильно старался, впрочем и не халтурил тоже. Просто создал еще одного человека с крепким подбородком и широким лбом. Сложен вампир был хорошо, скорее всего, до обращения был воином. Его брат Хельст, что спускался молча, был почти точной копией своего старшего брата. Только если у Гортера волосы были цвета выгоревшей травы, то у Хельста трава была просто пожелтевшей, сухой. Гортер был одет в одни лишь штаны. Его голый торс был покрыт многочисленными капельками пота. Хельст в отличие от брата натянул рубашку. Оба брата были подпоясаны кожаными ремнями, к которым были приделаны небольшие ножны. Сталь или серебро?

— Мы приветствуем вас в нашей скромной обители, — Изабелла улыбнулась Рихарду, обнажая два аккуратных белых клыка.

Рихард почувствовал, как его грудь покрывается сотней маленьких поцелуев, будто его ласкает одновременно целый гарем. Сначала эти поцелуи были сосредоточены в одной точке, в зоне солнечного сплетения. Но постепенно они стали как маленькие бабочки разлетаться по всему телу. Особенно нежными эти поцелуи были в области сосков, шеи и мочки уха. Поцелуй в области губ был куда более долгий и совсем не невинный. Многие поцелуи опускались вниз по животу к самому чувствительному месту. Но Гортер и Хельст все испортили своим приветствием!

Ощущение от поцелуев смыло накатившей волной, и Рихард услышал свист стрел. Одна из них воткнулась в пол рядом с Рихардом, другая просвистела у самого уха. От братьев исходила холодная сила, а парящие стрелы напоминали древнему — тут не твоя земля и эта женщина наша. Видение исчезло, и Рихард обнаружил, что Изабелла стояла по центру, Гортер и Хельст по бокам, и все трое ждали демонстрации силы гостя.

Мощный порыв ветра подхватил Изабеллу и поднял до самого неба, чтобы она могла как можно ближе рассмотреть луну. Ее холодный блеск среди миллионов других огней в бескрайнем небе. Но наслаждалась Изабелла недолго, сила перестала удерживать ее на весу, а вместо этого потянула за ноги обратно вниз. Она плюхнулась в океан крови, поднимая столб брызг. Захлебываясь в ней, она вынырнула и, посмотрев по сторонам, не обнаружила берега. Сюрпризы не закончились, ибо от крови исходил приятный аромат, не свойственный ей. Изабелла слышала, что жен и наложниц Орхана Великого год купают в специальных маслах и благовониях, прежде чем допустить к правителю. Но что такое ванна с благовониями по сравнению с целым океаном крови? И все это для нее, сила таинственного незнакомца была на несколько порядков выше ее любовников.

Видение спало, и Изабелла не сразу поняла, что нервно прикусывает нижнюю губу. Гортер и Хельст стояли по бокам и закипали от злости. Рихард проигнорировал их приветствие и не показал свою силу, но они почувствовали, что Изабеллу он одарил вниманием.

— Все готово. Прошу за стол, — послышался робкий голос официантки. Она всегда смотрела на Изабеллу с завистью, как смотрит симпатичная девушка на красивую. Но только сейчас ей было непросто унять свою ревность. И если бы ее сердце могло биться, сейчас бы оно колотилось как бешеное.

— Благодарю, Э-ДЕ-лина, — ответил Рихард. Он посмотрел на девушку с какой-то неприкрытой досадой, но его лицо смягчилось, и он произнес. — Буду счастлив, если вы присядете рядом со мной.

Справа от Рихарда сидел Нилион, Эделина села слева. Изабелла расположилась напротив, Гортер и Хельст по бокам от нее, словно охраняя свое сокровище. Только вампиры не учли, что сидя напротив друг друга Изабелле и Рихарду проще рассматривать друг друга. Поскольку Илберт оставался вместо городничего, то он сел во главе стола.

— Все в сборе, — начал древний. — Ваши имена я уже знаю, позвольте и мне представиться. Меня зовут Рихард.

— Ммм, красивое имя, — Изабелла поджала губы, как бы пробуя имя на вкус. — И как вас, сэр Рихард, занесло в Кельборн?

— Я странствующий монах и ученый. Но сейчас я направляюсь в Самерлейк. Туда, где будет бой Даэ Вейна и Гаргамеша.

— Ученый? Как интересно. Редкая профессия в нашем племени, — усмехнулась Изабелла. — И какими же мыслями занят ваш пытливый ум?

— Собственно за этим я вас и собрал. Считаю, что важность моей работы очень сложно переоценить. Тем более, сделанные выводы не столь сложны, и, если до них додумаются не те умы, последствия для детей ночи могут быть катастрофическими.