Чтение онлайн

Господа этой рабыни, видя, что она перестала прорицать, схватили Павла и Силу и повлекли на площадь, где обычно разбирались судебные дела, к городским начальникам (Деян. 16, 19). У римлян они назывались дуумвирами, сами себя звавшие и народом величаемые почетным именем преторы. Апостолы были обвинены как иудеи, возмущающие общественное спокойствие и обычаи города проповедью своей религии.

Под обычаями в широком смысле имеются в виду нравы общественной жизни, а в частности – обычаи религиозные и богослужебные. Чужие религиозные обычаи, противные языческой религии, у римлян было строго воспрещено вводить. А здесь, может быть, действовало еще свежее впечатление от указа императора Клавдия об изгнании иудеев из Рима (см. Деян. 18, 2).

Господа рабыни сумели возбудить и народ. Это было причиной того, что начальники, без всякого расследования дела подвергнув апостолов избиению палками, ввергли их в темницу под усиленный караул. Темничный страж ввергнул их во внутреннюю темницу, где содержались особенно тяжкие преступники, и ноги их забил в колоду (Деян. 16, 24), то есть большие тяжелые чурбаны с отверстиями, куда вставлялись ноги, чтобы они не могли убежать.

Но «чем строже заключение, тем славнее чудо», говорит святитель Иоанн Златоуст. Павел и Сила не впали в уныние. Напротив, исполненные радости, что удостоились пострадать за имя Христово, они стали молиться, громко воспевая псалмы. Вдруг от чудесно происшедшего землетрясения поколебалось основание темницы; тотчас отворились все двери, и у всех узы ослабели (Деян. 16, 26).

Страшась наказания за возможный побег узников, страж хотел покончить с собой, но Павел его успокоил, что все на месте. Страж потребовал огня и припал к ногам Павла и Силы, признавая их за посланников Божьих.

Государи мои! что мне делать, чтобы спастись? (Деян. 16, 30) – спрашивал он апостолов, выведя их во внешнюю темницу, куда, видимо, в страхе собрались и все домашние стража. Происшедшее чудо, видимо, убедило его, что эти узники проповедуют несомненно истинный путь спасения. Он изъявляет желание идти по этому пути и спрашивает, что для этого нужно. Апостолы требуют, как необходимого условия, веры в Господа Иисуса Христа и тут же оглашают всех учением Христовым, после чего было совершено над ними крещение.

Страж со своей стороны позаботился о них: он омыл и перевязал раны, которые были нанесены им палками, пригласил их в свой дом и устроил им трапезу. Греческое выражение, переведенное как приведя их в дом свой (Деян. 16, 34), указывает, что страж с семейством своим жил в верхних комнатах того здания, в нижних помещениях которого содержались узники. Этим и объясняется, что он и домашние его пробудились при сотрясении здания и все собрались около него.

За ночь воеводы, вероятно, одумались, что опрометчиво поступили, наказав без суда Павла и Силу. Потому, желая окончить все это дело тихо, они послали приказ стражу отпустить их. Но Павел воспользовался правами римского гражданина и потребовал, чтобы нанесенное ему и Силе бесчестие было снято так же публично, как было публично и нанесено.

Конечно, Павел потребовал этого не ради удовлетворения собственного честолюбия, а ради того дела, которому он служил. Если бы они тайно были выпущены из темницы, могли бы пустить слух, что они не без вины были заключены в нее и, виновные, убежали из нее, а это, конечно, повредило бы делу евангельской проповеди. Потому святой Павел и требует публичного оправдания и освобождения.

Римское гражданство освобождало носителей его от телесных наказаний. Павел, как уроженец Тарса, имел римское гражданство от рождения (см. Деян. 22, 28). Может быть, отец его или один из предков получил права римского гражданина за какие-нибудь заслуги во время войны или просто купил его.

Начальники испугались, так как за оскорбление римских граждан они сами подлежали наказанию, если бы Павел и Сила захотели на них жаловаться. Поэтому они, явившись лично, принесли им свои извинения, но просили их удалиться из города добровольно, опасаясь, чтобы их присутствие не привело к новым волнениям. Апостолы согласились, но прежде пришли к Лидии проститься с братьями и наставить их на прощание.

По смыслу текста, отправились только Павел и Сила, а Лука и Тимофей, вероятно, остались на время для устройства новооснованной христианской общины. По крайней мере дееписатель уже пишет в следующей главе не «мы», а «они».

По большой военной дороге, которая следовала через Амфиполь и Аполлонию, проповедники через четыре дня прибыли в Фессалонику, или Солунь (Деян. 17, 1), – главный город второго округа Македонии (как Амфиполь, который был главным городом первого округа), расположенный при Фермейском заливе Эгейского моря. Это был густонаселенный торговый город, в котором пребывал римский претор. Здесь жило очень много евреев и была синагога.

Апостол Павел, согласно своему обыкновению начинать проповедь о Христе прежде всего иудеям, вошел в синагогу и три субботы беседовал с иудеями, доказывая на основании Писаний, что Мессии Христу, о Котором были пророчества в Ветхом Завете, надлежало пострадать и воскреснуть из мертвых (Деян. 17, 3) и что этот Мессия, предсказанный и обещанный в Ветхом Завете, есть Иисус из Назарета, Которого он проповедует. В этом – сущность всей евангельской проповеди и всей христианской веры.

Плодом этих бесед стало то, что некоторые, как видно, немногие из природных иудеев уверовали, но из Эллинов, чтущих Бога, то есть прозелитов, присоединилось к Павлу и Силе великое множество… и из знатных по своему общественному положению женщин немало (Деян. 17, 4).

Однако не уверовавшие иудеи, которых было большинство, возревновав о том, что новые проповедники отвлекли от них великое множество прозелитов, а частью и природных иудеев, спровоцировали против них народное выступление. Из праздно шатавшихся бродяг они составили толпу и направили ее на дом иудея по имени Иасон, у которого, по-видимому, апостолы нашли гостеприимство.

Буйная толпа хотела учинить над апостолами самосуд. Но, так как апостолов в доме не оказалось, то она повлекла самого Иасона к городским начальникам, обвиняя его в том, что он дал приют возмутителям общественного спокойствия, а с ним и некоторых братьев (Деян. 17, 6), то есть уверовавших во Христа, которые в это время собрались в доме Иасона.

Обвинение, выраженное против них, было политического характера, конечно, только потому, что такое обвинение могло иметь больше, чем какое-либо другое, шансов на успех. Эта тактика была употреблена в свое время и против Самого Господа Иисуса Христа перед Пилатом. И все они поступают против повелений кесаря, почитая другого царем, Иисуса (Деян. 17, 7).