Чтение онлайн

Первые тележки окутались дымом, небо потемнело от тысяч росчерков, и на врага обрушилось великое множество тяжёлых дротиков. Многие из них взрывались, разбрасывая дым, пламя, осколки и невесомую золотую пыль. Такие, даже ни в кого не попав, часто ранили ближайших лошадей и всадников, почти всегда нанося хоть какой-то ущерб. Увы, большинство снарядов обычной конструкции, чаще всего они безобидно мазали, зато в случаях удачных попаданий часто впивались на всю длину тонкого цельнометаллического наконечника, выводя бойца из строя. Доспехи от них спасали далеко не всегда, да и удары при этом выходили такие, что даже прикрытые магическими щитами зачастую вылетали из сёдел.

Вытащив тончайшую золотую пластинку, испещрённую рунными цепочками, я чуть напряг ладони и попросту её разорвал, будто обычную фольгу. Даже нож не понадобился.

Хорошо быть альфой.

Те самые мои «мины» из монет, что я наскоро использовал в бою при Козьем пруду, удалось усовершенствовать. Благо, если не торопиться и собрать более подходящие материалы, можно многого добиться. Увеличилась их стабильность и, главное, все они сейчас завязаны в единый контур, замкнутый на ту самую пластину, которую я так варварски изувечил.

Больше ничто не сдерживало силу, скрытую в одноразовых артефактах. Две с половиной тысячи простейших конструкций из монет и обломков кварцевых кристаллов, зарытых в неширокой полосе перед нашим строем, сработали одновременно. Великое множество коротких лучей ударило из земли, рассекая лошадиные туши и человеческие тела.

Я на эту мясорубку почти не смотрел:

— Камай, беглый огонь! Кими, за мной! Вешай Солнце слева, а я справа!

Скрывать свои возможности нет смысла, сейчас придётся выкладываться полностью.

Проехав по узкому проходу, оставленному в строе «тряпок» я подвесил сразу два Чёрных солнца на пути конницы. И только сейчас начал осознавать, что мой замысел сработал если не блестяще, то около того.

Сумасшедший огонь арбалетчиков, присоединившиеся к «тряпкам» дружинники и лучники Львёнка, да массированный залп «драконов» Паксуса устроили противнику форменное избиение. Всадники мчались быстро, но чем ближе к нам, тем чаще падали. А на дистанции около двухсот метров для них начинался и вовсе рубеж смерти, на котором южане уже не просто падали там-сям, они густо сыпались.

И именно на этом удалении от строя земля будто взбесилась, выстрелив тысячами убийственных лучей. Поразило ими не так много врагов, но это стало той самой последней каплей.

Нет, хвалёная конница Тхата не помчалась назад, она просто перестала торопиться. Все норовили пропустить всех, дабы как можно позже оказаться на страшном рубеже, где земля залита кровью, завалена рассечёнными тушами лошадей и изрубленными телами людей.

И мы бы, скорее всего, остановили врага, происходи дело на Земле.

Увы, здесь иной мир со своими особенностями, и у противника были сильные альфы. Вот они не дрогнули, «супер-воины» так и продолжили рваться вперёд. Сверкая вспышками сработавших защитных навыков и амулетов, игнорируя град дротиков и поток арбалетных болтов, опаснейшие враги неумолимо приближались. Там и сям то и дело падали, теряя коней, но тут же вскакивали и бежали дальше, почти не отставая от тех, кому удалось сохранить своих лошадей.

За этими «сверхчеловеками» потянулась публика попроще. Потери она несла большие, но когда перед глазами такие вдохновляющие примеры, бежать назад хочется меньше, чем прочим.

И альфы, наконец, добрались до нашего строя. Затрещали колья и рогатки, сносимые вульжами, молотами и тяжеленными секирами, зазвенела сталь, брызги крови полетели так часто и густо, что местами образовалась ужасающая багровая завеса. В ответ суетливо работали копья жиденькой цепочки пехотинцев, что растянулись на весь центр, пытаясь хоть как-то прикрыть «тряпок». Где-то их смели сходу играючи, где-то противники перед ними оказались не настолько могучими, их удар удалось сдержать.

Я очень хотел сохранить силы и кровь своей дружины, но видел, что момент критический. «Драконы» разряжены, да и неспособны бить почти в упор, в центре атакованные арбалетчики перестали стрелять и схватились за свои почти бесполезные бердыши. Те, которые на флангах, всё ещё выпускают болты, но уже как-то суматошно и не всегда в правильную сторону.

— Камай! Огонь по тем, кто с молотами, вульжами и тяжёлыми секирами! Выбивайте самых сильных!

Сказать легко, но попробуй сделать. В прокачанного альфу даже моим дружинникам попадать непросто, да и попробуй свалить такого одной стрелой. Даже артефактные зачастую бесполезны: амулеты, навыки защитные и прекрасные доспехи превращают высокоуровневых противников в подобия миниатюрных танков.

В свалке, что закипела на склоне, моя руководящая роль теряет смысл. Сейчас важны руки, а не голова.

Направив окта вниз, я выхватил жезл.

Первого альфу прикончил несколькими магическими атаками, быстро перегрузившими его низовой Каменный щит. При средних и даже низких уровнях прокачки он неплохо защищает от физических воздействий, вот только против грамотно применяемого волшебства почти не прикрывает.

Второй противник оценил стремительность расправы и решил, что перед ним маг, маскирующийся под воина. А маги, как известно, ближний бой не любят. Видимо щит у него как раз против стихийных атак эффективен, очень уж бесстрашно бросился.

Я, подыгрывая, выпустил в него пару низовых стихийных навыков, заряды вызывали лишь едва заметные вспышки какой-то непонятной защиты. Предсказуемо. Зато вульж, выхваченный из Скрытого вместилища в последний момент, прорубил тело вместе с доспехами от плеча до середины груди без каких-либо световых эффектов.

То-то самоуверенный воин напоследок изумился.

Снег предупредительно заржал, и я услышал над головой потрескивание зарождающегося Чёрного солнца. Кими своё разрядила как раз перед ударом альф, я это увидеть успел, а кроме неё у нас такие вещи подвешивать некому. Значит кто-то из южных магов то ли по свойственной им глупости, то ли по ошибке подсуетился. И теперь не только наши бойцы, а и прорвавшиеся альфы оказались в зоне поражения.

— Снег! Воздушный щит! И бегом! Бегом отсюда!

Окт лихо вынес меня из зоны поражения. Я лишь одно Игнорирование потерял, да и то не из-за Солнца, а потому что какой-то воин швырнул в меня арбалетчиком. Будто котёнка бросил, надеясь из седла вышибить.

Я удержался, но не без труда.

Справа показался ещё один альфа. Этот почему-то без тяжёлого оружия, с двумя тонкими мечами. Радостно скалясь, скачет среди разбегающихся арбалетчиков, небрежно размахивая руками.

И каждый взмах — брызги крови и оборванная жизнь.