«Послушай, Клим, побойся бога!За взятки сколько раз уж попадался ты — А всё берешь; и так уж много,Друг милый, накопил! Да, чай, от простотыИ с бедного сорвешь?» — «Беру… от доброты: И бедных обижать не должно; Отказом ведь обидеть можно».<1826>
1246. ФРАНТ И ПАРИКМАХЕР
Быль
Франт парикмахеру сказал: «Сегодня еду я на бал;Поправь мне голову». А тот ответил смело (Смышленый малый был, не трус):«Поправить волосы — вот это наше дело;А голову, сударь, поправить не берусь».<1826>
А. Я. Римский-Корсак
1247. «Его стихи для уха сладки…»
Его стихи для уха сладкиВ твореньях малых и больших;Они, как пол лощеный, гладки:На мысли не споткнешься в них.<1827>
И. Бравин
1248. КУПЦУ-ПОЭТУ
Меркул старается весь свет переуверить,Что он заботится о честности одной.И что же? Всё-таки хоть мыслью, хоть стопойЧитателей в стихах не может не обмерить!<1828>
Ф. Н. Глинка
1249. СКЛОНЕНИЕ
Куда? Зачем? И с кем изволит ездить муж?На что мне?.. Если он… так хуже ведь ему ж!Однако же вчера была такая стужа,А я не дождалась до поздней ночи мужа…Решусь… осведомлюсь… и выскажу всё мужу:Скажу: «Сиди со мной! Не то — поверь — принужу…»Ну, слыхано ль? — жене не сладить с мужем!Будь всякой шаг его передо мной наруже!..Но после, думая сама с собой о муже,Сказала: «Будь, что есть… чтоб не случилось хуже!»<1831>
Н. А. Полевой
1250–1253. <НА Е. А. БАРАТЫНСКОГО>
1
Шалун, Гораций наших лет,О милый баловень досуга.Ты позабыл поэта-друга,Душемутительный поэт.О <Баратынский>! Ты поэт,И я поэт, мы все поэты.Ты среди волн туманной ЛетыНе утонул, поэт-атлет!
2
Зачем мою хорошенькую Музу,Голубчик мой, ты вздумал освистать?Зачем, скажи, схоластики обузуНа жар ума ты вздумал променять?Тебя спасал сто раз, скажи, не я ли?Не я ль тебя лелеял и берег,Когда тебя в толчки с Парнаса гнали,Душа моя, парнасский простачок?Гамлетов
3
Когда тебя свистком своим лихимДостигнет рой журнальных почтальонов,Поэт, мой друг! Не отвечая им,Перемени свой плавный стих НазоновНа бешеный ты Ювенала стих,И разом им, на все насмешки их,Не устрашась крикливого их строю,Махни в ответ насмешкой удалою. Гамлетов
4
Пришел поэт и пущен на Парнас.«А, здравствуй! — Феб сказал. — Да что за чудо:Ты мне знаком; я помню, что подчасТы плакивал в стишонках, и не худо.Что, нет ли, брат, плаксивого опять?»— «Нет, мудрый Феб! Я плакивал бывало,Позволь теперь смешное прочитать».— «Читай». И вот, не думавши нимало,Вдруг наш поэт с насмешливым лицомРазвеселить затеял эпиграммой.Чуть выслушал Латоны сын упрямыйИ закричал: «Эй, кто там?» С медным лбомПредстал школяр. «Вон вывести!» — «О милый,О добрый Феб! Осмелюсь ли спросить…»— «Ах, плакса! Что задумал ты! Острить?Чуть дышишь ты в элегии унылой!Пошел же вон — тебе ль смеяться, хилый!..» Гамлетов1830
1254. <НА П. А. ВЯЗЕМСКОГО>
Поэт Оргон вдруг выдумкой задорнойНа лад попал и начал сочинять:Чуть хитрый бес, ловя на мысли вздорной,Его тянул на рифму козырять.Запоем рифм страдая без пробуда,Их наш Оргон стаканом заливал;Но — ждал ли он неслыханного чуда?Вино в стихах он в воду превращал!Шолье-Андреев1830
1255. ЭПИГРАММА
<На голос «Мое собранье насекомых»>
На ниве бедной и бесплоднойРоссийской прозы и стиховЯ, сын поэзии холодной,Вам набрал травок и цветов;В тиски хохочущей сатирыЯ их ногтями положилИ резким звуком смелой лирыИх описал и иссушил.Вот Чайльд-Гарольдия смешная,Вот Дон-Жуания моя,Вот Дидеротия блажная,Вот Русской белены семья,Пырей Ливонии удалый,И Финский наш чертополох,И мак Германии завялый,И древних эллинов горох.Всё, всё рядком в моих листочкахРазложено, положено,И эпиграммы в легких строчкахНа смех другим обречено!Обезьянин1830
1256. ЭПИГРАММА
<Экспромт поэта Талантина>
Корчи харю философа,Сухопарый критик мой!Я молчу — в ответ ни слова,Но разделаюсь с тобой!С длинноухими осламиНас дубина разочтет,И с тобою не стихами —Палкой кончу я расчет!<1831>
1257. К N.N
Как не узнать тебя, пискливого Фрерона,Тебя, наездника на палочке верхом,Ферульной критики лихого Дормидона!Ты хохлишься индейским петухомИ мне грозишь беззубыми стихами,—Молчи, пискун! Ну, где ты находил,Чтоб льва могучего, с зубами и когтями,Когда-нибудь осел копытом бил?1842
Н. С. Голицын
1258. <НА Н. А. ПОЛЕВОГО>
Обритый сын брадатого отца, В статьях своих, прескучных и предлинных, Толкует всё, без меры и конца, О балах и гостинных;[69] Так и Вольтер о рае пел,Хотя войти в него надежды не имел.1825
69
Орфография г. Полевого (примечание князя Н. С. Голицына).
1259. <НА П. А. ВЯЗЕМСКОГО>
Преумный князь, Германии известныйРельефами Омировых пиров,Вдруг занемог болезнью столь чудесной,Что стала в пень вся стая докторов.Один чудак пришел с своей догадкойИ говорит: «Вот ей мой перевод:В стихах своих князь холоден как лед,А в прозе он ругатель самый жаркой;Озноб и жар тут видите, — и вотЯ заключил: князь болен лихорадкой».1820-е годы