ЖАНРЫ

Русская эпиграмма второй половины XVII - начала XX в.

Ершов Леонид Федорович

Шрифт:

1140. «Давно ли в шелковых чулках…»

Давно ли в шелковых чулках И в пудре щеголя-француза, С лорнетом, в лентах, кружевах Разгуливала наша Муза? Но русской барышне приелась старина: Всё то же платье, та же лента — И ныне ходит уж она В плаще немецкого студента. <1827>

1141. «Всё на твоей питейной роже…»

Всё на твоей питейной роже, Всё есть — и оспа, и позор, И красный нос и мутный взор, И ряд морщин на смуглой коже. Но, рассмотрев ее построже, Знаток решительно найдет, Что ей клейма недостает. Конец 1840-х годов

1142. «Взгляните, как умно Артюр, делец седой…»

Взгляните, как умно Артюр, делец седой, И с прибылью, и с долгом ладит: Он пишет приговор ворам одной рукой, А сам другою крадет.

Д. В. Веневитинов

1143. ЧЕТВЕРОСТИШИЕ

Я слышал, камены тебя воспитали, Дитя, засыпал ты под басенки их. Бессмертные дар свой тебе передали — И мы засыпаем на баснях твоих. Январь 1827

И. П. Мятлев

1144. <НАДПИСЬ ВНУТРИ ШЛЯПЫ И. П. МЯТЛЕВА, ПРИКЛЕЕННАЯ КО ДНУ>

Я Мятлева Ивана, А не твоя, болвана. Свою ты прежде поищи! Твои, я чай, пожиже щи.

М. А. Дмитриев

1145. «По чести, я не знаю…»

«По чести, я не знаю, За что ты сердишься, о Рифмин, на меня! Я, право, слушаю тебя». — «А доказательство?» — «Зеваю». <1821>

1146–1148. <НА П. А. ВЯЗЕМСКОГО>

1
Я, веря слухам, был в надежде, Что он Варшавой проучен; Знать, ложен слух. Как был и прежде, Всё тот же неуч он.
2
Ни пакостным стихом, ни пасквилем бесчестным — Ничем тебя не укорят, А Вяземского все ругают наподхват: Вот прямо выгода быть вовсе неизвестным.
3
Князь Вяземский жало На «Вестник» острил, Но критикой вялой Ему ж услужил. Не стоек он в слове! Я знал наперед: Бодливой корове Бог рог не дает! 1824

1149–1152. <НА А. С. ГРИБОЕДОВА>

1
Как он на демона похож! Глаза, черты лица, вточь Фаустов учитель! Одно лишь обнаружит ложь: В стихах-то он не соблазнитель.
2
Хотя из гордости брось перья, Чтоб не сказали наконец, Что Мефистофелес-хитрец У Вяземского в подмастерье.
3
Одна комедия забыта, Другой еще не знает свет; Чем ты гордишься, мой поэт? Так силой хвастает бессильный волокита.
4
«Супругов молодых» пустивши в шумный свет, Он думал подарить семейною нас тайной, Но в этой тайне нет загадки чрезвычайной: Из ней узнали мы, что он дурной поэт. 1824

1153. <НА А. С. ГРИБОЕДОВА и П. А. ВЯЗЕМСКОГО>

Вот брату и сестре законный аттестат: Их проза тяжела, их остроты не остры; А вот и авторам: им Аполлон не брат И музы им не сестры. 1824

1154. <НА В. Ф. ОДОЕВСКОГО>

В нем страстная к учению охота; От схоластических избавившись ходуль, Он в Шеллинге открыл, что бог есть нуль, А Грибоедов что-то. 1825

1155. <НА И. М. СНЕГИРЕВА>

Не умер я, благодаря судьбе, Могу я быть полезен снова: Быть в явной с Вяземским борьбе И молча плюнуть в Снегирева. 1820-е годы

1156. РАЗГОВОР ЦЕНЗОРА С ПРИЯТЕЛЕМ-СТИХОТВОРЦЕМ

«Не пропущу стиха, и ты бранишь неправо: Я не о двух ведь головах!» — «Я знаю, друг, ты не двуглавый, И век тебе не быть в орлах! Друг-цензор, пропусти безгрешные стихи! Где встретится в них мысль, где встретится в них сила — Сквозь пальцы пропусти, как Феб твои грехи, Как самого тебя природа пропустила». 1830

1157–1159. <НА М. Е. МАРКОВА>

1
Как должен быть ему весь кодекс наш знаком: Он то судья — то под судом.
2
Пять душ по списку послужному И ровно семеро детей, А по окладу годовому Всего три тысячи рублей! Играл он в банк, но неудача! Живет как все! За этим вслед Такая следует задача: Берет он взятки или нет?
3. ЗАМЕЧАНИЕ
Кто раз был под судом и вышел в подозрение, Тот, может быть, еще по случаю попал; Кто два раза, тот плут без всякого сомненья, Хотя б судья и оправдал. Но в утешение для честных остается, Что он и в третий попадется. <1832>

1160. ЭПИТАФИЯ КОМУ УГОДНО

Из ничего кой-как пробился И в жизни значил кое-что! И быв кой-чем, он возвратился По смерти в прежнее ничто! <1832>
Поделиться с друзьями: