Русские фамилии
Шрифт:
4.3. Фамилии в застывшей форме родительного падежа:
(I) в единственном числе. Имеются две небольшие группы фамилий в форме род. п. ед. ч. прилагательного:
а) Фамилии на – ово, то есть с окончанием, записанным фонетически, и конечным ударением: тип Дурново.
б) Фамилии, видимо, с церковнославянским окончанием – аго и ударением на а: тип Живаго.
Обе группы называются и рассматриваются на с. 138 — 139 .
Морфологически эти фамилии следует рассматривать как существительные, они подобны всем существительным на – о, которые не принадлежат к общеславянскому фонду или не имеют суффикса, не склоняются.
(II) во множественном числе. Эти фамилии известны как сибирские (см. с. 18 — 19 ): они оканчиваются на – ых, а после х, г, к, ч, ш, щ, ж — – их.
Ударение такое же, как в исходном прилагательном, например, Беспамятных (беспамятный), Ильиных (Ильин), Косых (косой), Коротких (короткий), Больших (большой).
В таких фамилиях (которые мало отличаются от фамилий на – ов/– ев, образованных от прилагательных), если они состоят из двух слогов, прослеживается тенденция к перемещению ударения на конечный слог, например Черных (чёрный), Долгих (долгий), Мелких (мелкий), Пятых (пятый).
Эти фамилии не склоняются.
5. Бессуфиксальные фамилии в форме существительных
Фамилии, представляющиеся простыми нарицательными существительными и не оформленные специальными суффиксами, которые рассматривались выше, довольно редки. Русский обычно удивляется, когда сталкивается с фамилией такого типа, как Мельник, Медведь, Жук. Он воспринимает ее скорее как название профессии или как прозвище, но не как фамилию в привычном смысле слова.
В этом отношении русский язык отличается не только от западноевропейских, но даже от большинства других славянских языков, для которых такие фамилии являются или обычными (например в украинском, белорусском, чешском, словацком, двух лужицких языках и словенском), или же отнюдь нередкими (в польском и хорватском). Только в сербском и болгарском разделяется русское неприятие фамилий в форме бессуфиксальных существительных. История этого типа фамилий еще ждет своего написания, но представляется, что большинство из них заимствовано или адаптировано из украинского или белорусского языков. Многие возникли в еврейской среде.
В них сохраняется ударение исходного нарицательного существительного. Если такие фамилии относятся к мужчинам, то в единственном числе они склоняются как обычные существительные, если же — к женщинам, то склоняются только те, которые оканчиваются на – а или – я: Цапля, род. п. Цапли и т. д. Женские фамилии, оканчивающиеся на согласный, не склоняются.
Для множественного числа нет твердого правила. Если фамилия этимологически прозрачна и омонимична обычному нарицательному существительному, то множественное число обычно избегается. Русские так привыкли к суффиксальным фамилиям, что для них фраза Жуки вернулись вне контекста будет скорее означать ‘жуки вернулись’, нежели ‘семья Жук вернулась’. Сходным образом фраза Мы провели день с Медведями будет скорее понята, что мы провели день с медведями, а не с семьей Медведь. В таких случаях, вероятно, должны быть использованы выражения семья Жук, семья Медведь.
Если фамилия непосредственно не ассоциируется с омонимичным нарицательным существительным, то во множественном числе она может склоняться, может и не склоняться. Примером тому, вероятно, может служить фамилия Пищик — персонаж из пьесы Чехова «Вишневый сад». Во-первых, его значение (‘писарь, переписчик’) затемнено написанием (Пищик вместо Писчик); во-вторых, само слово является устаревшим, замененным либо словом писец, либо словом писарь.
Русские бессуффиксальные фамилии с неясной этимологией в отношении склонения ведут себя так же, как иностранные фамилии, оканчивающиеся на согласный.
6. Суффиксальная модель русских фамилий
Суффиксы – ов/– ев (менее часто – ин и – ский) могут совпадать с суффиксами базовых существительных и таким образом создавать характерные для фамилии окончания. Это совпадение может происходить только при условии, что (а) корень или основа базового существительного полностью узнаваемы и (б) суффикс существительного сам по себе достаточно обычный, чтобы быть отграниченным от основы. Например, фамилия Никитушкин явно образована от Никитушка, уменьшительной формы крестильного имени Никита. Суффикс – ушк, соединенный с патронимическим суффиксом – ин, образует сложную концовку – ушкин, которая часто встречается в фамилиях, производных от крестильных имен или прозвищ, как, например: Коровушкин < коровушка < корова.
Фамилия Калашников и особенно фонетически менее точная Калачников образована от названия профессии калашник / калачник ‘булочник’ < калач (вид круглой булки); последнее слово произведено от коло ‘колесо’. Сложный суффикс – ников типичен для фамилий, производных от названий профессий. В фамилиях, образованных от крестильных имен, например Иваников, имя Иваник уменьшительное, образованное от Иван при помощи суффикса – ик, и сложным суффиксом становится – иков. Но конечное н в Иван втягивает рассматриваемую фамилию в широкий ряд фамилий от профессий на – ников, в результате очень часто появляется фамилия с двойным н: Иванников. Популярность суффикса – нников, возможно, объясняет написание фамилии Калинников с двойным н. Даже базовое крестильное имя иногда пишется с двойным н, хотя его производность от греч. никак не оправдывает такого написания.